Кения Райт – Сладкое господство (страница 67)

— Когда?

— Завтра. Завтра бой с отцом.

— Его смерть давно перезрела.

— Да.

— В Глори погибли еще люди. Ты думаешь, я не знал?

— Я предполагал, что ты узнаешь.

— Ты должен был сам мне сказать.

— Я был занят...

— Влюблялся, — сказал я.

— Разбирался в себе, — добавил с нажимом.

— И разобрался, Лэй?

— Думаю, да.

— Я дал тебе полную свободу разобраться с отцом. Ты сам сказал: «Восток сам решает дела Востока».

Я плотно сжал губы.

Следующие слова он произнес с той ледяной, смертельно опасной ноткой, которую я знал слишком хорошо:

— Тогда, блять, разбирайся.

— Завтра ночью мой отец будет мертв.

— А если нет?

Я посмотрел ему прямо в глаза:

— Тогда мертвым буду я.

На лице Димы появилась трещина. Злость дала сбой.

— Мне не нравятся такие шансы. Я уже потерял слишком много тех, кого люблю. Ты не можешь умереть.

— Вероятность того, что я умру, низкая. Но если это все-таки случится, тогда Марсело, Кашмир и вся мощь Синдиката смогут объединиться и уничтожить его.

Дима даже не моргнул.

— Я не хочу, чтобы ты умирал.

— Но если я умру, тогда твоя очередь попытаться его убить и… — Я тяжело выдохнул и посмотрел вперед, наблюдая, как Мони, Роуз и ее сестры возвращаются к нам. — И… тогда ты должен будешь защитить мою Хозяйку Горы и ее сестер. По-настоящему быть ее советником. Присматривать за ними.

Я думал, он будет спорить.

Но вместо этого на его лице появилось печальное выражение. Он достал блокнот и начал что-то записывать.

Глава 23

Подарок для Джо

Моник

Мы с Роуз шли обратно, а мои сестры плелись позади.

Роуз улыбнулась:

— Спасибо, что согласилась на обед. Я могу попросить Диму прислать вертолет за тобой.

— Было бы здорово.

— И обед за мой счет.

— Огромное спасибо. — Я подстроилась под ее шаг. — Тогда, может, в следующий раз обед будет за мной, и мы устроим его где-нибудь на Востоке, когда я найду самые лучшие места.

— Мне нравится этот план. Полет на вертолете сюда был настоящим приключением. Этот район выглядит таким живым.

— Тут точно не бывает скучно.

— Могу себе представить.

В Роуз было что-то настоящее, и мне действительно хотелось узнать ее поближе. Возможно, неловкие, но трогательные надежды Димы на нашу будущую дружбу были не такими уж безумными.

Он же просто чертовски смешной.

Я усмехнулась про себя, представив, как мы строим планы на жизнь, руководствуясь его дикими идеями, и, знаешь что… мысль была не такая уж и неприятная.

В ее смехе чувствовалось тепло, в ней была доброта, которую мне захотелось понять. Обед с ней мог стать лишь началом новой дружбы, в этом сумасшедшем мире, в который я шагнула.

Лэй смотрел, как мы идем к нему, и мне показалось, что в его взгляде мелькнула тревога, хотя я не понимала, с чего бы вдруг. А потом он посмотрел на Роуз, и его взгляд потемнел, будто она ему совсем не нравилась.

Я решила, что потом обязательно спрошу об этом.

Когда мы подошли, Роуз вернулась к Диме, который теперь держал на руках белоснежного котенка. В том, как он осторожно прижимал к себе это крошечное существо, пока она довольно мурлыкала, было что-то настолько трогательное, что я невольно улыбнулась.

В исторических записях Лео он рисовал Диму как смертоносного гангстера с блестящим умом.

Но теперь я все больше замечала в нем и другую сторону, удивительно мягкую.

И в тот же момент Дима поймал мой взгляд и подмигнул, рассеянно поглаживая шерсть кошечки.

Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как внутри разливается странное, но приятное спокойствие. Все сомнения по поводу моей новой роли Хозяйки Горы словно растворялись в такие моменты. Все чаще я ловила себя на том, что меня окружают люди, готовые прикрыть мне спину, пусть и каждый по-своему.

Лэй вышел вперед.

Все взгляды обратились к нему.

— На Востоке есть одна традиция, — сказал Лэй и кивнул в сторону моих сестер. — Когда в нашу семью приходят новые члены, мы дарим им подарки. Это наш способ поприветствовать их, показать, что они важны, что они отныне часть нас.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

Я видела, как блестят его глаза, видела ту самую искренность, благодаря которой я влюбилась в него.

Не волнуйся. Если что, я заставлю их тебя полюбить.

— Эта традиция зародилась очень давно, — продолжил он, — как способ привязать новых людей к семье, дать им почувствовать себя дома, даже если все вокруг кажется чужим и непонятным. Это жест единства. Доверия.

Грудь наполнилась гордостью.

Я бросила взгляд на своих сестер.

Он точно привлек их внимание.

Даже Джо слушала его с интересом.

— Поэтому, — взгляд Лэя скользнул по ним, — я с глубоким уважением прошу вас принять эти подарки как символ нашей новой связи и той семьи, которую мы создаем вместе.

Я чувствовала, как волнение моих сестер переплетается с моим собственным.

Джо пыталась сохранить серьезное выражение лица, но я-то знала, что ей нравилось внимание.