Кения Райт – Сладкое господство (страница 44)
— Ты в этом уверена?
— Более чем, псих мой.
— Вот и отлично. — Я поцеловал ее в лоб. — Расскажи мне про Тин-Тин.
— Она умная. Возможно, даже умнее нас с тобой. Назови кого угодно — и она уделает их в любой викторине на логику. — Моник напряглась, прижавшись ко мне. — Ее учитель по математике хотел, чтобы я отдала ее в частную школу для одаренных, но…
— Но что?
— Это было на другом конце города, а моя машина была ненадежной. Имей в виду, я даже вовремя за квартиру не могла платить, о какой, к черту, оплате школы могла идти речь?
— У нас здесь, на Востоке, есть две школы для одаренных и талантливых.
— Надо будет посмотреть, что там.
— Посмотрим вместе.
Ее тело стало мягче, расслабленнее.
— Ладно… но тебе не обязательно ехать.
— Мы теперь вместе. А значит, ты поможешь мне управлять Востоком, а я помогу тебе с сестрами.
— Ну… мне и не нужна помощь.
Я ухмыльнулся:
— Нужна.
Она вздохнула:
— Да… может, и правда нужна.
— А что любит Тин-Тин?
— Она может жутко зациклиться на чем-то, если это ее зацепит… Я даже не знаю, как объяснить. Это немного… неестественно. Ну… у меня и у моих сестер такого не бывает, поэтому я никогда не понимаю, как на это реагировать. А Тин-Тин выбирает какую-то тему и буквально проваливается в нее, становится одержимой, концентрируется на ней до предела.
— Приведи пример.
— Она может не спать всю ночь, сидеть с конспектами, рисовать схемы, и просто без остановки болтать об этом, и об этом, и об этом… будто просто не может отпустить.
Я закрыл глаза и вдохнул Моник. Просто впитал ее.
— Она немного похожа на Диму. В детстве он тоже был таким. Одержимым. Увлекался этими маленькими игрушечными гангстерами-солдатами. Кажется, он до сих пор их собирает.
— Да?
— Да. — Я наслаждался ее теплом. — Дима тоже очень умный.
— Надо будет с ним познакомиться.
Я тут же распахнул глаза:
— Только не скоро.
Она приподняла брови:
— Почему?
— Я слегка… собственник, когда дело касается тебя.
— Слегка? — Она хихикнула. — Ты конченый собственник.
Я нахмурился и снова закрыл глаза:
— Посмотрим еще, повезу ли я тебя когда-нибудь на Север.
— У меня есть вертолет. Я сама себя повезу.
— Ты не покидаешь Восток без моего ведома и одобрения.
— Ты такой смешной.
Я оставил это при себе. Не хотел спорить в этот теплый, интимный момент.
Но если она когда-нибудь и правда вздумает подняться в воздух и покинуть Восток на вертолете без моего ведома… пилоту и всем, кто в этом замешан, будет очень больно весь оставшийся месяц.
Моник не должна быть далеко от меня. Любое место за пределами Востока, уже слишком, блядь, далеко.
Не подозревая, насколько я одержим ею, она продолжила:
— В общем, сейчас Тин-Тин помешалась на Краунсвиллском Бандите и его сокровищах.
Зевая, я устроился поудобнее, прижимая мягкий, уставший член к ее бедру:
— Ты имеешь в виду ее сокровища.
— Что?
— Ее. Краунсвиллский Бандит была высокой черной женщиной.
— Что?! — Она приподнялась.
Я открыл глаза и посмотрел на нее сверху вниз.
Она уставилась на меня в полном шоке:
— В смысле, бандит была женщиной?
— Это секрет, известный только на Западе.
— Но в музее об этом ни слова.
— Им не нравится, когда туда начинают соваться всякие охотники за сокровищами, поэтому часть фактов искажают. Но на самом деле это вполне известная вещь.
— Тин-Тин, наверное, в обморок упадет от этой новости. Нам нужно будет заранее поставить за ней матрас, когда ты начнешь это рассказывать.
Я ухмыльнулся:
— Значит, поставим, потому что рассказов у меня будет много.
— Да? — Она прищурилась.
Я кивнул:
— Я даже несколько раз говорил с самой Краунсвиллской Бандиткой.
Она подозрительно посмотрела на меня:
— Как ты мог? Она ведь умерла.
— Мертвая, но покоя ее не найдешь. Сейчас она призрак, бродит у Озера Грез. На ней такой ковбойский стиль, и каждый раз она говорит мне копать в поисках деревянных кинжалов. Называет их ключами.
Моник покачала головой:
— Я… я даже не знаю, с чего начать разбирать все, что ты сейчас сказал.