Кения Райт – Прекрасная месть (страница 4)
Я сжал пистолет, выдохнул и расправил плечи.
— Да, сэр.
Отец схватил петуха за голову и поднес лезвие к его шее.
В следующую секунду он перерезал ему горло.
Кровь брызнула мне в лицо и залила отцовские руки.
Дядя Сонг закрыл коробку и покинул сцену.
Отец бросил мертвого петуха мне под ноги.
Время пришло.
Вот для чего я тренировался всю жизнь.
На боку висела Парящая Драгоценность, заткнутая в ножны.
В заднем кармане плотно сидел деревянный кинжал от Шанель.
В руке я сжимал пистолет.
Отец провел кровавую линию на моем лбу.
Он шагнул в сторону и взревел:
— Начинайте!
Я рванул к тридцати шести мужчинам, подняв перед собой пистолет.
Первым делом надо убрать громилу с шипастым железным шаром.
Если он падет, остальные забеспокоятся.
Я направил на него ствол и нажал на курок.
Выстрела не было.
Я не сбавляя шагу, взглянул на оружие и снова нажал.
Только щелчок.
— Время умирать, маленький император.
Громила замахнулся массивным шаром и отправил его прямо мне в голову.
Я едва увернулся, резко нырнув в сторону.
В голове всплыли слова дяди Сонга:
Громила снова пустил шар в ход. Он чертовски хорошо владел этой штукой и почти достал меня вторым замахом.
— Он мой! — какой-то парень снес голову другому. — Убирайся с дороги!
Я начал разбирать пистолет на ходу.
За несколько секунд я оттянул затвор, снял его с рамки и выбил пружину.
Кто-то ударил меня в спину.
Другой вонзил нож в плечо.
Еще один попытался полоснуть по ноге.
Я отпрыгнул, увернулся, развернулся и уклонился от следующего противника.
Тем временем мой главный враг снова замахнулся этим чертовым шаром с шипами.
Держа в руках разобранный пистолет, я перекувыркнулся назад.
Шар едва не размозжил мне череп.
Вместо этого он врезался в пол, оставляя в сцене глубокую вмятину.
Кто-то ударил меня по руке.
Я сделал шаг вперед, крепко сжал в руках затвор от пистолета и прыгнул прямо на громилу в тот момент, когда он снова замахнулся шаром.
Я вогнал затвор пистолета ему в один глаз, а ствол — в другой.
Мужик завопил и уронил свое оружие.
Толпа взорвалась радостными криками.
Двое схватили меня за ноги.
Я рухнул на землю.
Они потащили меня прочь.
В толпе раздался женский крик:
— Боже, помоги ему!
Я извивался, пытаясь вырваться.
Одна нога освободилась.