Кения Райт – Прекрасная месть (страница 123)
— О, боже... — простонала она, вцепившись в мои волосы и двигая бедрами в такт моему языку.
Мои руки скользнули под нее и сжали ее мягкую, податливую задницу, пока я обводил языком все более широкие круги вокруг набухшего бутона, переходя к удару
Я убедился, что мой язык достаточно мокрый, до чертиков мокрый, и начал действовать, как тигр: быстро и точно.
Без хаоса.
Только целенаправленно, сосредоточенно, с выверенной точностью, чтобы найти каждую ее чувствительную точку.
— Ох! — закричала Моник.
Я сосредоточился на этой зоне, работая языком.
— Аааааааа!! Ооооооооо!!
Я хотел, чтобы она почувствовала мои движения до самого сердца.
Она тяжело вздохнула.
Ее дыхание стало рваным.
Я углубился сильнее, ускоряя ритм, пока ее тело не содрогнулось, и она не закричала:
— Лэй!
Я отстранился на пару секунд, облизывая губы, наслаждаясь вкусом ее сладкой киски.
Когда я поднял взгляд, Моник смотрела на меня сверху с раскрасневшимся лицом. В ее глазах полыхала жажда. Нижняя губа дрожала.
Все мое тело звенело от желания.
— Скажи мне кое-что, Моник...
Она разомкнула губы.
Я медленно ввел палец в ее насквозь мокрую киску.
— Хочешь еще моего языка?
Она начала двигаться в такт моим движениям, палец скользил в ней и обратно.
— Ты, блядь, прекрасно знаешь, что я хочу еще.
Я ухмыльнулся:
— Тебе нравится, как я целую твою киску?
— Господи, да. Только не останавливайся.
Из моей груди вырвался темный, хриплый стон, и я вновь вернулся к ее влажному сокровищу, вытащив палец и начав демонстрировать
Я провел языком медленно, мягко по ее складкам, едва касаясь клитора, но оставляя за собой горячий след.
Язык должен был двигаться, как перо феникса, неуловимо, но дразняще, пробуждая каждую чувствительную точку легчайшим прикосновением.
Только когда я прижал язык к ее скользкому клитору, из груди Моник вырвался стон чистого блаженства.
Тем временем все мое тело горело от желания, и мне приходилось прилагать усилия, чтобы не потерять фокус.
Ч
Я облизывал и посасывал ее, пока дыхание Моник не стало сбивчивым, а мышцы не напряглись до предела, она была на грани.
— Бляяядь! — Моник затряслась. — Не останавливайся.
Я усмехнулся, готовый следовать ее просьбе… но знал: сейчас пришло время применить
Резко сменив тактику, я перешел к новому движению.
— ебать! — она выгнулась дугой. — Что это, черт возьми, было?!
Я хищно улыбнулся, чувствуя силу своего языка, прижав его к клитору и начав скользить вдоль ее складок медленно, по-змеиному, как учили.
— Ох, Лэй… Ты божественен...
Стон сорвался с губ, но я двигался точно, методично, не оставляя ни одного участка ее тела без ласки.
Каждый скользящий взмах языка был подобен змеиным движениям — тихим, гипнотизирующим.
Я обводил ее клитор влажными, ленивыми «S», вплетая поцелуи в каждый изгиб.
Бедра Моник дернулись.
Из моего члена вытекла предэякуляция.
— ААААХХ!! — она снова выгнулась. — Б-боже... ч-черт возьми...
Ее киска буквально текла, заливая простыни, и я сам оказался на грани.
— Ох! Ох! — она вцепилась в мои волосы и прижалась лоном к моим губам.
Я жадно втянул ее и ввел два пальца внутрь.
— О БОЖЕ МОЙ! Э-ЭТО СЛИШКОМ! — она задыхалась, извиваясь подо мной.
Стенки ее киски сжались вокруг моих пальцев.
— Лэй!
И вдруг, сильнейшая дрожь пронеслась по ее телу, словно все внутри содрогнулось от волны удовольствия.
Я стал работать языком быстрее, сильнее — изо всех сил стараясь довести ее до полного забвения.
— Ох! Ох! — стоны Моник наполнили палатку. Ее прерывистое дыхание звенело у меня в ушах. — О, Боже!
Внезапно ее влага хлынула фонтаном мне на лицо, она сквиртанула, и от этого зрелища я сам едва не потерял контроль.
Удовлетворенный, я с жадностью впитывал каждый солоновато-сладкий глоток, который она мне дарила, продолжая в то же время загонять пальцы глубже, быстрее.
— Л-лэй... — Моник дрожала подо мной, как в эпицентре землетрясения. Она откинула голову назад, закрыла глаза, тело начало содрогаться, дыхание стало рваным и тяжелым.
Пошло.