Кения Райт – Грешные клятвы (страница 27)

— Тогда все будут ждать, пока он начнет есть, — кивнул Лео. — Хороший вопрос. Значит, слушаешь внимательно.

— Но разве никто не станет ждать, пока я начну есть, ведь я же Хозяйка Горы?

— Захотят. Но ты должна будешь сама обратить внимание на самого старшего в комнате. Если поступишь так, все за столом поймут, насколько серьезно ты относишься к нашим традициям. А это быстро принесет тебе сильных союзников.

— Поняла.

Мы вошли в огромную спальню.

Это пространство было воплощением роскоши, в оформлении идеально сочетались глубокий королевский синий и благородное золото. Стены украшали тяжелые гобелены и картины, каждая, сцена величия и силы.

В центре комнаты возвышалась огромная кровать с четырьмя стойками, обвитая бархатными шторами. Вокруг — кресла, обтянутые шелком, и резной комод внушительных размеров.

Но больше всего меня поразило огромное окно от пола до потолка, из которого открывался панорамный вид на весь участок и расположенный вдали дворец.

Я подошла ближе.

Захватывало дух.

Имение раскинулось до самого горизонта, пестрое, живое, как калейдоскоп из цветущих растений всех форм и оттенков, замысловатые дорожки и идеально подстриженные деревья складывались в живую, дышащую картину.

С такой высоты все внизу казалось россыпью драгоценных камней, рассыпанных по бархатному покрывалу зелени, они мерцали в мягком свете заходящего солнца.

За пределами поместья возвышался величественный силуэт дворца, очерченный на фоне ясного, лазурного неба.

Лео встал рядом, сцепив руки за спиной:

— Подходящий вид для Хозяйки Горы. Особенно если ей вдруг захочется передохнуть.

— Твоя жена любила этот вид?

— Настолько, что старалась бывать здесь или в саду хотя бы раз в день.

Я молча кивнула, полностью с ним соглашаясь.

Захватывающая картина передо мной одновременно будоражила и пугала. Будоражила, потому что теперь все это было в пределах моей досягаемости. Пугала, потому что вместе с этой красотой приходила и новая, незнакомая ответственность, которую мне предстояло принять.

Это теперь… моя жизнь.

Следующие слова Лео вырвали меня из мыслей:

— И запомни: алтарные зоны во многих домах считаются священными. Подходи к ним с уважением.

Я снова кивнула, впитывая его наставления, как губка.

Дело было не только в том, чтобы научиться ориентироваться в новой культурной среде. Речь шла о принятии, о понимании тонкостей, которые делают Восток таким, какой он есть, со всеми его правилами, верованиями и людьми.

Это все слишком много, но… думаю, я справлюсь.

Лео тяжело вздохнул:

— Ну а теперь, еще немного ответов на твои вопросы.

Я удивленно посмотрела на него:

— Ладно…

В его глазах мелькнула какая-то странная, глубокая грусть.

— Я принес книгу. В ней, все ответы, которые тебе когда-либо понадобятся. Но… тебе придется открыть ее самой. Я… я больше не могу.

— Какую книгу?

Он развернулся и указал пальцем.

Я проследила за направлением его руки.

На кровати лежала большая синяя книга.

Что в ней?

Я не могла поверить, что раньше ее не заметила. Наверное, из-за того, что комната была просто безумно огромной и роскошной.

Я подошла к книге:

— Там правда есть ответы, которые мне нужны?

Лео остался у окна, будто боялся подойти ближе:

— Да. Я верю, что многое ты найдешь именно в ней.

Но как такое вообще возможно?..

Нервы натянулись, когда я подошла ближе, и тут поняла, что это вовсе не книга, а большой фотоальбом. На вид, как самый обычный: потрепанная синяя кожа, позолоченные края.

Но судя по реакции Лео, внутри было далеко нечто большее, чем просто семейные снимки.

Что же там такое?..

Я выдохнула и села рядом.

Ну все. Сейчас я наконец узнаю, что, черт побери, тут происходит.

Медленно, дрожащими пальцами, я приподняла тяжелую обложку.

Давай посмотрим.

На первой странице была всего одна, большая фотография. Но стоило мне на нее взглянуть, и она вцепилась в душу мертвой хваткой.

О нет!!

Из груди вырвался сдавленный вскрик, а в глазах тут же защипало от слез.

— Ч-то?.. — я резко вскочила с кровати. — Н-нет. Нет… Я не понимаю. Я не понимаю.

Глава 8

Тихая боль

Моник

Я обхватила себя руками и медленно отступила от кровати:

— Ч-что?.. К-как такое вообще возможно?

Лео все так же стоял у окна и покачал головой:

— Вернись. Ты хотела узнать правду, вот она, перед тобой.

— Но…

— Вернись к альбому, Моник.

— Эта фотография… — я вздрогнула, сделала шаг вперед. — Как?

— Там все ясно. Перелистай альбом. — Его голос был едва слышен за грохотом моего сердца. — Давай, Моник.

Я подошла к потертому, кожаному альбому. Фотография все еще лежала на первом развороте и никуда не исчезла.