Кен Лю – Стена Бурь (страница 83)

Но офицер больше не смотрел на пиратов. Позади массы людей, позади брошенных ими судов горизонт заслонила высокая деревянная стена, увенчанная громадными парусами, белыми и чистыми, как пена прибоя.

Двадцать громадных кораблей, каждый с бортами высокими, как сторожевые башни Пана, и размером с небольшой город, покачивались на волнах.

Принц Тиму созвал в Дайе совет, чтобы обсудить, как быть с чужаками с громадных кораблей, которые высадились на северном берегу Дасу и разбили там лагерь. Похоже, на первое время сооруженный на пляже палаточный городок вполне их устраивал.

– Пираты ежегодно предпринимали набеги на побережье Дасу и Руи, – сказал Ра Олу, бывший регент короля Кадо на Дасу, а теперь премьер-министр Тиму. Его гладкие волосы были собраны в аккуратный тройной пучок, а мантия из дорогого желтого шелка очень шла к смуглой коже. – Это отчаянные, безжалостные люди, но в храбрости им не откажешь. Однако эти пришельцы с больших кораблей настолько запугали их и сломали волю к сопротивлению, что они готовы отдаться на милость императору. Что за монстры это должны быть? Нам следует немедленно атаковать их.

– Напротив, – возразил Дзато Рути, старый учитель и советник принца. – Нельзя утверждать, что пираты обладают настоящей храбростью, ибо они лишены нравственности. Байки, которые они рассказывают нам про чужаков, запутанны и противоречивы, им нельзя верить. Ну посудите сами! Огнедышащие змеи? Смертоносный дождь с небес? Подобное может разве что привидеться в горячке! Все это похоже на бред сумасшедшего. Даже если таинственные пришельцы и впрямь напали на пиратов, не исключено, что те сами их спровоцировали, а все бороздящие моря цивилизованные люди испытывают естественную антипатию к морским разбойникам. Означенные суда подходят под описание городов-кораблей из легендарного флота императора Мапидэрэ. Уж не послы ли это из-за океана, из Страны бессмертных? Мы ни в коем случае не должны вести себя как агрессоры.

– Но если ваше предположение справедливо, – промолвил Ра Олу, – то не кажется ли вам, что к этому времени из палаток должен был бы уже выйти какой-нибудь старый придворный тех времен?

– Возможно, люди Мапидэрэ и бессмертные ждут, когда мы поведем себя, как подобает хозяевам, и извинимся за убогий вид тех пиратов, мало похожих на делегацию, встречающую дорогих гостей на пороге Дара.

– Но если вы подвергаете сомнению слова пиратов, которые, строго говоря, тоже входят в число подданных императора Дара, то что заставляет вас верить в дружественные намерения неких неизвестных людей, совершенно чужих нам? – парировал Ра Олу, теряя терпение.

– Пиратам я не верю, потому что это отпетые преступники, которыми руководит лишь жажда наживы, тогда как об этих пришельцах мы ничего не знаем. Как сказал Кон Фиджи: «Обними чужака, пришедшего из-за моря, и он в ответ обнимет тебя».

– Едва ли Кон Фиджи имел в виду чужаков, заставивших безжалостных пиратов трепетать, словно осенние листья на ветру. Нам следует немедленно запросить помощи от Руи и от самого императора.

– Император занят подавлением мятежа, и его нельзя отвлекать, пока не будет убедительных доказательств опасности, – отрезал Рути. – Если принц Тиму кинется сейчас за помощью к отцу, то проявит себя как ребенок, которому еще расти и расти.

Последний аргумент убедил Тиму.

– Прежде чем прибегать к решительным мерам, нужно сначала все как следует выяснить. Мастер Рути, вы готовы выступить в качестве нашего посла и отправиться к чужеземцам? – Видя, что Ра Олу собирается возразить, принц поспешно добавил: – Однако принять разумные предосторожности не помешает. Я попрошу, чтобы эскадра воздушных кораблей с императорской базы в Руи выступила в качестве эскорта. Если чужаки настроены дружелюбно, корабли окажутся знаком высокой оценки их визита. А если враждебно – мы будем готовы к любому повороту событий.

Двадцать больших воздушных кораблей, построившись в линию, парили над господствующим над пляжем холмом. Каждый имел примерно сто восемьдесят футов в длину и формой напоминал изящного дельфина. Это были не самые большие суда флота – иные, сконструированные во времена Мапидэрэ, достигали трехсот футов в длину, – зато они оказались более новыми и быстрыми, а строительство их было не так разорительно для императорской казны.

Под ними, на склоне холма, выстроился двухтысячный отряд почетной стражи, сливки армии Дара. Солдаты застыли неподвижно и молча, их доспехи сверкали на солнце, а отполированные древки копий напоминали бамбуковый лес. Единственный нарушавший тишину звук издавали хлопающие на ветру бордовые армейские плащи конных офицеров.

За их спинами, на вершине холма, хаотично стояли сотни дорогих карет. На свободных пространствах между экипажами были воздвигнуты из бамбука и шелка временные укрытия и зрительные платформы. Множество представителей знатных и богатых семей Дайе решили стать свидетелями исторического события: посланнику принца Тиму предстояло встретиться с прибывшими из-за моря бессмертными.

– Как думаешь, бессмертным понадобятся жены?

– Ха! Уж не для себя ли пару ищешь?

– Нет уж, благодарю покорно, у меня и так есть из кого выбрать. Но поскольку ни один парень с Дасу для тебя, видимо, не гож, авось хоть бессмертный из-за моря сумеет тебя удовлетворить – как в спальне, так и вне ее… Эй, прекрати щипаться!

– Ну, насчет замужества не знаю… Но было бы забавно переспать разок с бессмертным. А вдруг вызнаю их секреты и сама стану такой же? Разве не здорово?

– Интересно, а у бессмертных по утрам изо рта воняет или нет?

Разодетые мужчины и женщины рассматривали предстоящее зрелище как забаву. Возбуждение царило среди толпы этих людей, которые удобно расположились на подушках под полупрозрачными шелковыми навесами, угощались лакомствами, потягивали чай и обменивались наблюдениями и замечаниями касательно конических белых шатров, заполнивших пляж, словно ракушки каури, но казавшихся крохотными на фоне громадных кораблей позади них.

Когда время от времени кто-то из чужестранцев показывался в промежутках между шатрами, зрители издавали восклицания и хихикали. Представители мелкой знати прикидывали, как лучше завязать дружбу с бессмертными, дабы улучшить таким образом свой общественный статус. Богатые землевладельцы шепотом обсуждали планы, как по заоблачным ценам продать чужакам небольшие земельные участки и убедить их переселиться из шатров в роскошные усадьбы. Купцы смотрели на покачивающиеся на волнах громадные корабли, пытаясь определить, какой груз содержится в их трюмах, и строили догадки, какие товары окажутся больше всего интересны пришельцам.

Как-никак на календаре был год Крубена – время, когда море обещает особенно щедрые дары и возможности.

Толпясь позади знати, бедные крестьяне, изгнанные из домов появлением чужестранцев, наблюдали за разворачивавшейся перед их глазами сценой, пребывая в более серьезном и тревожном настроении. Единственное, что их занимало, – это смогут ли они теперь вернуться на свои поля и продолжить жить как прежде. С прибытием бессмертных – если только это действительно были бессмертные – бедняки не связывали никаких радужных надежд, ибо давно усвоили: что бы ни случилось в Дара, все выгоды неизменно получают богатые и могущественные, тогда как простым людям достаются одни лишь объедки.

Дзато Рути спокойно уселся на белую, без единого пятнышка, лошадь и направился к лагерю чужаков. Его сопровождала дюжина солдат, тоже верхом, с подарками от принца Тиму. Огромный флаг Дасу, представлявший собой красное поле с синей фигурой всплывающего крубена, реял во главе небольшой процессии.

Рути и его спутники въехали в далекий лагерь. Все взгляды были прикованы к флагу, похожему теперь на крошечный огонек в заснеженном поле. Интересно, какие диковины и чудеса видит сейчас Рути?

Глава 36

Чужаки

Шатры, представлявшие собой приземистые цилиндры высотой в человеческий рост, с плоскими коническими крышами, были сшиты из шкур – Дзато Рути понял это, когда приблизился к поселению. Лагерь чужаков был обнесен невысокой изгородью из костей животных, связанных между собой сухожилиями. Все столбы были увенчаны черепами с острыми челюстями, а на верхушках острых белых шестов – «Ребра, что ли?» – установленных перед каждым из шатров, развевались хвосты разных зверей, ну прямо как вымпелы или флаги. За шатрами покачивались на волнах похожие на горы города-корабли, словно киты, приткнувшиеся к берегу, чтобы отдохнуть.

«А у них весьма своеобразные представления об архитектуре», – подумал Рути.

Ему бессмертные представлялись некими бесплотными существами, использующими для строительства тончайшую паутину и шелковые облака наряду с цветочными лепестками и покрытыми росой листьями. Он видел в них утонченных поэтов и философов, общающихся с богами и презирающих все плотские нужды. Поэтому присутствие здесь шкур и костей, наводящих на мысль об убийстве животных, показалось Рути несколько неуместным.

В изгороди имелся проход – своего рода ворота, сделанные из гигантских челюстей акулы. В целом вся картина лагеря производила впечатление суровой силы и дисциплины, скупой простоты и деловитой элегантности.

Когда Рути подъехал к проему, из шатров появились люди. Человек пятьдесят или около того высыпали наружу и преградили ему путь. Он остановил лошадь, чтобы получше разглядеть чужаков.