Келли Боуэн – Квартира в Париже (страница 32)

– Просто… Сегодня годовщина. С тех пор… как забрали Рашель. У нее сегодня был бы день рождения, – добавила она, понимая, что говорит о Рашель в прошедшем времени.

– И с того самого дня я все думаю, как можно было что-то изменить. Как поступить, чтобы за пару тех драгоценных минут успеть спасти Рашель и ее родных. Чтобы Авива не осталась сиротой. И я тоже.

– Ты ни в чем не виновата. Откуда тебе было знать, как все обернется?

– Могла бы догадаться.

– Слушай, Алар, ты…

– Я не смогла им помочь. Не успела.

Она не хотела, чтобы он выдумывал ей оправдания. Да и своих слышать тоже, Господь свидетель.

– Ты старалась как могла.

– Знаешь, на следующий день они вернулись, – прошептала она. – Вынесли из квартиры Уайлеров все мало-мальски ценное. Мебель, ковры, книги Сержа, ювелирные украшения Рашель, столовое серебро ее матери. Наверное, в тот самый день я в глубине души поняла: они не вернутся.

– Не казнись, Алар.

– Не знаю, смогу ли.

Жером подошел ближе.

– Чем же тебе помочь?

Нежность в его голосе стала последней каплей. Она отвернулась, даже не пытаясь утирать катящиеся градом слезы. Жером протянул руку и аккуратно промокнул ей щеки рукавом, отчего слезы хлынули еще сильней. Тогда он просто крепко ее обнял.

– Мне страшно, – немного придя в себя, глухо пробормотала она ему в рубашку.

– Из-за чего?

– Не чего, а кого. Страшно за Авиву, – она вульгарно хлюпнула носом. – Боюсь, эту войну малышка не переживет. Боюсь не сдержать обещание ее сберечь. Боюсь, что эта проклятая война никогда не кончится.

– К сожалению, тут я ничем помочь не могу. Хотелось бы ее увезти за границу, но… ребенку это не по силам. Она просто не доберется до Испании через эти горы, реки…

– Я понимаю, – с несчастным видом кивнула Эстель. – Понимаю, потому и не прошу. Да у меня и документов на нее нет.

– Господи, – поморщился Жером, – прости, я даже с ними помочь не могу. Не знаю, кто стряпает документы в Бельгии, но могу попробовать выяснить…

– Не надо. Такими вопросами только лишние подозрения вызовешь, и конец конспирации. А от тебя зависят жизни стольких людей.

– Может, к Вивьен обратиться? Вдруг она в курсе, кто из местных может оформить…

– И выдать их обеих вместе с Авивой.

Эстель уже давно об этом задумывалась, но от идеи положиться на эту хрупкую женщину решила отказаться.

– Твоей сестре я доверяю, но больше никому, так что рисковать не стану.

– Понимаю, – ответил он. – Пока Авива здесь, вместе с тобой, ей ничто не грозит. Как бы ни было трудно, ты все-таки рядом, можешь ее поддержать, а большего и не требуется.

– Вот в этом я уже начинаю сомневаться.

– Ну и зря.

– Ты-то откуда знаешь?

Повисла пауза, нарушаемая лишь задушевным пением Тино Росси, доносящимся из граммофона в соседней комнате.

– Просто знаю, и все.

Эстель отпрянула и взглянула ему в глаза.

– Алар, сегодня я пришел сюда, потому что ты моя тихая гавань. Даже когда мир летит ко всем чертям, я знаю, что могу на тебя положиться. И Авива тоже. Не сомневаюсь, ты ради нее готова на все. И Рашель это знала. Потому и оставила ее с тобой.

– Ты так уверен.

– Да.

– Спасибо, – порывисто вздохнула Эстель, опуская руку ему на плечо, но тут же отдернула, потому что он вздрогнул и зашипел сквозь стиснутые зубы.

– Ранен, – догадалась она.

– Все нормально.

– Врешь.

– Алар, я все-таки врач. Раз сказал, значит, все нормально.

– Раздевайся.

– Что, прямо так сразу?

Эстель только пронзила его суровым взглядом и помогла аккуратно стянуть пиджак, под которым на рубашке расплывалось бурое пятно.

– Идем.

– Надо же, какая настырная, – отшутился он, но противиться не стал.

Эстель крадучись прошла в кухню и выдвинула стул из-под столика у стены.

– Садись, – велела она.

– Слушаюсь, мадемуазель.

– Рубашку тоже, – и отвернулась, доставая чистое полотенце, мыло и тазик с водой.

Когда с приготовлениями было покончено, Жером уже сидел голый по пояс.

Эстель наклонилась и внимательно осмотрела рану. Порез неглубокий, но длинный.

– На нож напоролся?

– Нет, на железный забор.

– Думаю, зашивать не нужно. Но когда уйдешь, следи за повязкой, чтобы грязь не попала.

– Да знаю я. Сам вообще-то врач, ты что, забыла?

– Ну так следуй своим же советам. – Она намочила полотенце и осторожно стерла запекшуюся вокруг раны кровь. – А то еще гангрену заработаешь до самой шеи, придется голову ампутировать.

– Очень смешно, Алар.

– А что, еще немного правее, и как раз без головы бы остался.

– Куда там. Да я вообще как кот.

– В смысле?

– Ещё мать говорила, мол, у тебя девять жизней. Я в детстве таким сорванцом был, что седых волос ей добавил будь здоров.

– Ну, в этот раз коты точно ни при чем. – Эстель бросила полотенце в тазик, и вода сразу порозовела. – Как же тебя угораздило?

– Неважно.

– Вот только не надо!

– Что?