Казимир Гайярден – История Средних веков. Том 1 (страница 12)

Хлотарь I умер в 561 году.

**II**

Последняя борьба Западной империи против варваров уже познакомила нас с вестготами. Этот народ уже не обладает, подобно франкам, дикой самобытностью германской нации. Умеренность Атаульфа была подражаема его преемниками; сохраняя вокруг себя некоторые остатки первобытных обычаев, короли и самые храбрые из вестготов усвоили римские нравы. Слава донесла до всех народов учтивость короля готов Теодориха II[13]. В Тулузе можно было видеть греческое изящество, галльское изобилие, итальянскую деятельность, королевскую дисциплину с некоторыми остатками варварских обычаев. У Теодориха была его стража из варваров, покрытых звериными шкурами; но у него была и императорская величественность. Он принимал послов народов, много слушая и мало отвечая. После этого он поднимался со своего трона, чтобы осмотреть свои сокровища или конюшни, или же отправлялся на охоту с важностью короля. «Я только что видел, – писал Сидоний Аполлинарий[14], – юного Сигисмера, царского рода, разукрашенного по моде своего народа, как молодой супруг. Он направлялся в преторий своего тестя. Он шел впереди коня, сияющего драгоценными камнями, сам покрытый пурпурной мантией, сверкающей блеском золота и белизной шелка. Маленькие короли, спутники, которые следовали за ним, имели страшный вид даже в мире; их ноги, колени были обнажены, только верх рук был покрыт рукавами. Их мечи висели с плеча. Их оборонительное вооружение было в то же время их украшением. В правой руке они держали метательные топоры, а в левой – искусно вычеканенный щит, отражавший свет». Сидоний Аполлинарий не жалуется на жестокость вестготов, хотя часто упрекает их за честолюбие, стесняющее Овернь. Они были жестоки только по отношению к католической религии, во имя арианства. Они должны были особенно желаться Испанией, которая, постоянно опустошаемая свевами, не находила защиты ни в чем, кроме побед вестготов.

В 476 году королем вестготов был Эйрик. Он правил между Луарой, Океаном и Роной; почти вся Испания принадлежала ему, и Одоакр, владыка Италии, распоряжаясь как император последними римскими провинциями, уступил ему остальную Галлию до Альп. Эйрик, поддержанный остготом Видимером, который пересек всю Италию, чтобы присоединиться к нему, перешел Пиренеи в 477 году. Он взял Памплону и Сарагосу и остался, таким образом, господином всей римской Испании; он загнал свевов в их Галисию и, перейдя обратно Пиренеи, захватил у Непота Арль и Марсель в 480 году[15].

Таким образом, королевство вестготов приобрело свои самые обширные пределы, которые не сохранило надолго. Аларих II, сын Эйрика, наследовал ему в 484 году; и в 507 году он подвергся завоеванию Хлодвига. Мы уже рассказали выше о битве при Вуйе, где погиб Аларих. Ангулем, защищаемый старыми стенами, видел, как они рухнули от ветхости при приближении франков, и сдался, несмотря на свой гарнизон. Некоторые готы попытались дать новое сражение близ Бордо, но их поражение послужило только тому, чтобы дать месту их смерти имя Арианского поля. Бордо, Каор, Родез, хотя и должен был отомстить за убитого франками Аполлинария, сдались. Тулуза, столица королей вестготов, постигла та же участь. Сокровища, отнятые у римцев первым Аларихом, перешли в руки Хлодвига: без помощи короля Италии, Теодориха Великого, вестготы не сохранили бы ничего в Галлии.

Этот защитник был тестем Алариха II и дедом юного Амалариха, которого знатные хотели исключить из престолонаследия из-за его возраста, предпочитая ему Гезалериха, одного из его родичей. Король Италии сначала взял для себя провинцию Марсель, затем победил Гезалериха и заставил его погибнуть у вандалов; он обеспечил готам сохранение Септимании и, согласно одним, заставил передать себе королевство Испании; согласно другим, он взял на себя только регентство во время малолетства Амалариха[16]. Его защита удерживала вестготов в зависимости и мешала им завоевывать; после его смерти (526 г.) Амаларих, женившись на дочери Хлодвига, получил от франкских королей, своих шуринов, провинцию Тулузу; но жестокость, с которой он обращался с женой, навлекла на него смерть. Разбитый Хильдебертом, королем Парижа, он бежал из Нарбонны; он был убит в Барселоне самими вестготами (531 г.). Его семья, правившая без перерыва со времен Алариха, угасла в нем. Королевская власть, переходящая отныне из одной семьи в другую, стала явно выборной и вовлекла вестготов во все распри избираемости. Первым преемником Амалариха стал Теудис, один из убийц Амалариха; у него франкские короли отняли то, что составляло приданое их сестры, оставив ему в Галлии лишь территории Нарбонны, Нима, Безье, Агда, Эльна и Каркассона; Теудис помешал взятию Сарагосы; но он был убит в 548 году. Теудисель, его убийца, правил два года и сам погиб за свои насилия посреди пира.

Эти внутренние волнения осложнились после его смерти имперской реакцией. Заговорщики, умертвившие его, поставили на его место Агилу. Сопротивление города Кордовы, отказавшегося его признать, и бегство, к которому он вынужден был прибегнуть, навлекли на нового короля презрение нации. Атанагильд поднял восстание и не побоялся для увеличения своих сил призвать на помощь императора Юстиниана. Патриций Либерий был послан (552 г.) с приказом вновь завоевать Испанию, как Велизарий и Нарсес сделали с Африкой и Италией. Агила был побежден и пал в Мериде от меча знатных. Но чтобы оплатить услуги греков, пришлось отдать им Валенсию, Кордову, Бетику и южную часть Лузитании. Так вестготы вводили в свою империю честолюбивого врага, которого они не смогли изгнать по своей воле[17]. Атанагильд породнился с франками, выдал двух своих дочерей, Брунгильду и Галсвинду, за двух королей Сигеберта и Хильперика; но он не устранил опасности, которую сам навлек. Лиува, преемник Атанагильда, избранный королем в Нарбонне, ассоциировал со своим правлением своего брата Леовигильда, который стал править единолично в 572 году.

Леовигильд должен рассматриваться как основатель или, по крайней мере, восстановитель королевства вестготов. Он разбил греков в стране бастатанов и изгнал их оттуда; он опустошил и вновь подчинил территорию Малаги; он призвал Кордову к повиновению и сдержал ее резней жителей сельской местности; затем он обратился против кантабров и взял штурмом город Амайю (Арегию, Варегию), расположенный между Бургосом и Леоном. После того как он успокоил некоторые мятежные движения в Септимании, он объявил свевам счастливой атакой об их близкой гибели и даровал им мир как победитель, чтобы возобновить войну с греками. Он изгнал их из гор Гранады и оставил им лишь узкую полосу побережья на Средиземном море. Столь блестящие успехи едва не погибли в гражданской войне. Герменегильд, сын короля, женился на Ингунде, принцессе Австразийской; он позволил ей обратить себя в католическую религию. Доведенный до крайности арианским рвением отца и дурным обращением, Герменегильд взялся за оружие и вступил в союз с командующим греков. Затем выданный своим союзником, принц принял смерть по приказу своего отца; а его жена Ингунда, пленница того же предателя, была уведена из Испании; франкские короли хотели отомстить за него и поддерживали свевов против вестготов; но пока они направляли свои усилия главным образом на Италию, Леовигильд напал на Галисию. Король свевов Эборих был низложен Андокой, острижен и заключен в монастырь. Леовигильд (585 г.) выступил мстителем за Эбориха. Андока, в свою очередь побежденный, лишенный волос и трона, положил своим падением конец королевству свевов. Испания, за исключением того, что еще удерживали греки, была объединена под единой властью. Таким образом, Леовигильд основал королевство вестготов, и он хотел основать власть королей, приняв скипетр, корону и королевскую мантию. Он умер в 586 году.

**Италия. – Остготы. – Лангобарды.** Сохранение Италии было для завоевателей более трудным. Центр древней Западной империи, казалось, притягивал к себе тех императоров, которые претендовали на возрождение римской власти. Поэтому реакция была упорной и длилась более века. Сначала варвар пришел от имени империи завоевать Италию на пользу римлян; затем полководец с Востока отнял ее у наследников этого варвара. Понадобилось лангобардское насилие, чтобы укоренить варваров в Италии.

Союз готов с людьми Константинополя восходил ко времени Константина. Остготы после смерти Аттилы, когда каждое варварское племя добывало себе владения силой, предпочли просить земли у империи, чем бегать на риск битвы[18]. Им дали Паннонию, и они защищали Дунай в качестве платы. В этом самом году (456 г.) у них родился принц, сын их вождя Теодемира, Теодорих, баловень византийцев, воспитанный Грецией в лоне цивилизации и призванный Римом, чтобы быть восстановителем[19]. Усыновленный императором Львом I, он сражался за Зенона; он был патрицием, он был консулом, у него была статуя в Константинополе, как некогда у гота Атариха, союзника Константина. На мгновение можно было подумать, что он будет варваром. Став вождем остготов после смерти отца, они увлекли его против своей воли на Константинополь. Но Зенон напомнил ему, что он консул, и консул устыдился, что поднял руку на Новый Рим. Зенон указал остготам на Италию как на добычу, которую они не должны были похищать для себя, и поручил Теодориху отнять владения у Одоакра и управлять Италией как частью империи.