Кайра Руда – Джилл очень недовольна (страница 3)

– В медовый месяц, – отвечаю я, копаясь в сумочке.

– Шутишь.

– Ничуть. – Я поднимаю глаза на своего мужа, с которым живу двадцать два года.

– Мы же ездили в Кабо с Мишель и Брэдом.

– Было такое. – Мне очень не хочется заводить разговор обо всех упущенных возможностях, поэтому я направляюсь к белой керамической мойке в дизайнерском уголке кухни, которым, кстати, очень горжусь. Налив себе стакан воды, я отхлебываю и наблюдаю, как Джек изворачивается.

– И с классом Мэгги в Диснейленд. Да, и в Париж, – вспоминает он. – А как же насчет того раза, когда мы навещали моих родителей перед их смертью? Только вдвоем.

– Поездка в Палм-Дезерт в августе?

Он пожимает плечами.

– Ну, какая-никакая.

Я вонзаю в него взгляд. Джек прекрасно знает, что поездка в пустыню не в счет. Да и в смысле налаживания связей она провалилась. Его родители были крайне негостеприимны – просто воплощенное осуждение, особенно мама. После их смерти мы, по идее, должны были унаследовать их дом в Палм-Дезерт, но нет: все пошло на благотворительность.

– Так или иначе, мы едем в Юту.

– «Мы едем в Юту», – передразнивает он меня. – Нравится нам это или нет.

Я улыбаюсь, когда муж, как мальчишка, вприпрыжку выбегает из кухни. Ему следует поостеречься, но он пока не в курсе. С тех пор как Мэгги уехала в колледж, он повадился слишком сильно давить на меня. Видимо, без ее обожающих наблюдательных глаз он чувствует бо́льшую свободу быть самим собой.

Пока папина дочка надежно упрятана в Санта-Крус, папа снова превратился в Джека. Хотелось бы только убедиться, что это тот Джек, в которого я влюбилась студенткой, тот, кто стал моей судьбой. А не какой‑то незнакомец.

Теперь

Глава 3

В гардеробной – слава богу, у каждого из нас она своя – я выбираю идеальный дорожный костюм. Несколько недель я закупалась онлайн, коробки доставляли почти каждый день, так что выглядеть я буду зашибись, пусть отпускные наряды и грозят мне задолженностью по кредитке. Эту небольшую неприятность я улажу позже. Сейчас моя цель – как следует приодеться, чтобы Джек снова обратил на меня внимание.

– Не забудь взять свитер или жилет. По ночам там холодно, особенно в каньоне Брайс.

Джек слышит меня даже из своего гардероба, но я готова к тому, что ответа, скорее всего, не последует. Со времени нашей небольшой, так сказать, размолвки в кухне Джек меня игнорирует. Ничего. У нас так бывает. Мой психотерапевт доктор Клайн знает, что я давно пытаюсь бороться с этой манерой мужа, однако в одиночку ничего не получится. А Джек, я уверена, не согласится на совместные сеансы. Не стану даже предлагать.

Во время последней встречи доктор Клайн попросил меня оценить по шкале от одного до десяти, насколько я счастлива в браке. Я назвала цифру восемь, но на данный момент это лукавство. Джек витает где‑то в облаках, что меня дико бесит. Когда доктор предложил оценить, насколько я удовлетворена нашей сексуальной жизнью, я сказала: на десятку. В принципе, это правда. Физически нас действительно тянет друг к другу до дрожи. Нужно просто больше работать в данном направлении. И на ближайших выходных мы этим займемся.

Кто‑то может спросить, почему я решила сохранить наши отношения. Ведь на самом деле мы, как бы сказать… подзастряли, что ли. Ну, мне с Джеком хорошо. Он единственный мужчина, которого я когда‑либо любила и всегда буду любить.

Глядя на него, я вижу нас молодыми и счастливыми. Вспоминаю, что между нами было, и мне этого достаточно. Никогда не забуду, как он впервые заметил меня и засиял этой своей широкой улыбкой с ямочками на щеках. Я бы ни на что не променяла пульсирующее гравитационное поле между нами. Мы сцементированы на молекулярном уровне. Порой, однако, ему этого недостаточно. Не каждый может жить в искусственно созданном мире. Но я могу и добьюсь, чтобы Джек тоже снова полюбил наш общий мир.

Вот почему нам необходимо небольшое путешествие. Для перезагрузки. Чтобы вскрыть лед, так сказать. Ведь март на дворе. Поездка даст нам возможность наладить отношения, вспомнить правила и клятвы.

Я заканчиваю укладывать вещи и спускаюсь в кухню. Хочу приготовить что‑нибудь особенное на последний ужин перед отъездом. Что‑нибудь душевное и обнадеживающее. Бросаю взгляд за окно на свой пышно зеленеющий гидропонный огород. Это высокая башня с шестью ярусами по шесть растений на каждом. Раз в неделю я их удобряю и проверяю уровень кислотности почвы. Как только урожай собран, заказываю новые саженцы для своей башни, а еще я пристрастилась выращивать зелень из семян. Люблю добавлять в салаты лепестки цветов: на вершине башни буйно разрослись ярко-желтые и оранжевые бархатцы, а вьюнок в ее основании, украшенный белыми цветками-граммофончиками, создает симпатичную картинку, достойную того, чтобы похвастаться ею в интернете. Вот только я не любитель соцсетей: посещаю их лишь ради того, чтобы поглазеть на чужие посты. Как вуайерист. Своей жизнью я никогда не делюсь.

Метнувшись к башне, я срываю лист орегано и жую его, пока осматриваю остальной потенциальный урожай. Решаю, что на ужин будут салат из огородной зелени и запеченная рыба. Помнится, в морозилке есть лосось. Садовыми ножницами отхватываю немного листьев тосканской капусты, светло-зеленого римского салата, базилика, хрустящей пекинской капусты, яркого татцоя, бархатцев и белых колокольчиков. Россыпь нарядных цветков поверх зелени отлично смотрится в салатнице.

Блюдо, приготовленное с любовью, всегда доставляет особое удовольствие. Уверена, что Джек оценит мои старания.

Тогда

Глава 4

Ко времени знакомства с Джеком я проучилась в Университете Южной Калифорнии три года. И три долгих года искала мистера Совершенство. Поправка: у меня был список потенциальных партнеров, буквально список, приклеенный к стене в комнате общежития. Я начала вести его на первом курсе, в тот год, когда вселенная подарила мне Мишель Юнкин – соседку по комнате, ставшую моей лучшей подругой.

Я решила, что жизнь заладится, как только я найду своего суженого, и всю вторую половину первого курса перебирала парней из списка. Несмотря на подтрунивания Мишель.

– Настоящую любовь так не найдешь, – повторила она уже в сотый раз. – Это фантазия. Ты же этих парней даже не знаешь.

– Зато знаю, что ищу, – возразила я и перевернулась на кровати. – Правильного человека нелегко найти. Я хочу надежного, прикольного и симпатичного парня. У меня же никого нет, Мишель, ну, кроме тебя. Мне нужен друг, на которого можно положиться. Партнер на всю жизнь. Я устала от одиночества.

– Ты не думай, я тебя понимаю. Но ты всегда можешь рассчитывать на меня. – Она помолчала, задумавшись. – Вот только ты странным образом подходишь к делу.

– Тебе просто не приходилось сталкиваться с миром один на один. Иначе мой список не казался бы тебе таким странным, – парировала я.

Подруга прослезилась и крепко обняла меня.

– Ты найдешь свой идеал, я об этом позабочусь.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Мишель этого не знала, но в тот вечер у меня было назначено свидание с Номером 2 из списка. Я ощущала в себе силу и уверенность, что найду своего мужчину и заставлю его влюбиться в меня.

К выпускному курсу я побывала хотя бы на одном свидании с каждым из семи первых кандидатов в списке и сняла их с конкурса. Вылетали они по разным причинам, но обычно после первого свидания я уже понимала, кто из них зануда или эгоцентрик. Один заливался соловьем, хвастаясь, с кем встречается следующим вечером. Другой кичился своей семьей и ее богатством, так что я в бешенстве сбежала еще до окончания ужина. Зачем мне чувствовать себя ничтожеством и одноразовым вариантом?

И тогда я занялась Джеком Тингли, Номером 8. Выходец из семьи Тингли, проживающей в фешенебельном Бель-Эйре, президент студенческого братства, красивый и в ус не дующий, поскольку ему предстояло поступить на работу в семейную юридическую фирму и зашибать миллионы. Не один год я безуспешно пыталась привлечь его внимание на вечеринках в квартале студенческого братства. В тот день все должно было измениться.

Мы с Мишель выбрали свои самые нарядные платья в облипочку. Она отмахнулась от своего бойфренда Брэда, пообещав встретиться с ним позже: подруга хотела поддержать меня в судьбоносном предприятии. И вот когда мы стояли, как уже много раз в прошлом, на крыльце братского общества Джека, я заметила его. А он наконец заметил меня. Мишель подтолкнула меня к нему и исчезла в чаду вечеринки.

– Раньше я тебя тут не видел, – прошептал пьяный Джек мне в ухо. С первого курса я каждую неделю посещала пятничные сабантуи, которые устраивало его братство. Признаться, немного обескураживало, что он столько лет не обращал на меня никакого внимания. Но, слава богу, его глаз наконец‑то упал на меня. – Я Джек Тингли. Президент этого маленького сообщества.

– А я Джилл Ларкин и пришла сюда впервые, – солгала я и коснулась его плеча. – Здесь всегда так шумно?

– Да. Но я знаю местечко потише. Пойдем. – Он взял меня за руку, и мы ушли с вечеринки по улице в направлении дома, который он делил с двумя ребятами, оставшимися веселиться. Разумеется, снаружи я уже видела этот дом. Я себе такого жилья позволить не могла, да и остальные студенты шушукались по поводу золотой молодежи, обретающейся в большом старом доме в квартале студенческого братства.