Катя Ёж – Актриса. Маски (страница 36)
— А чем же плох настоящий возлюбленный, если ты боишься его родным показать?
— Не твое дело! — пресекла Ада неуместное любопытство. — Пойдем, буду тебе ночлег обустраивать.
— Где? — изумился Влад.
— Где, где, — передразнила она. — У меня в спальне. Папа не дурак, он понимает, что со своим парнем я в близких отношениях, поэтому не будем наводить его на подозрения попытками провести ночь порознь.
Пока Влад принимал душ, Ада перестелила постель. Идея выдать случайного знакомого за сердечного друга пришла ей в голову спонтанно, уже у ворот дома. Бесспорно, все это было глупо, ведь ничего не стоило соврать, что она задержалась у кого-то из подруг и потому вернулась так поздно, а затем сказать, что рассталась с любимым… Но все это Ада понимала уже сейчас, поразмыслив на трезвую голову, тогда как час назад ей казалось, что нет плана лучше, чем представить дома фальшивого любовника, сохранив имя Станислава в тайне. Ничего не попишешь, дело сделано!
— Вот твоя половина, вот моя — границу не нарушать! — сказала она Владу, завершившему омовение, и поняла, что чуть дольше, чем следовало, задержала взгляд на его обнаженных плечах и груди, где под кожей мягко перекатывались мышцы.
— Клянусь! — Влад поднял обе руки, но в глазах не переставая скакали чертики, и Ада не сомневалась, что он тоже давно оценил ее формы и составил свое особое мнение.
Тем не менее она не удержалась от претензии:
— Ты мог бы быть скромнее и не гулять перед незнакомой девушкой полуголым. Мы-то с тобой знаем правду!
Влад подмигнул ей и возразил:
— Так это я для твоего спокойствия. От голыша в одном полотенце ведь не будешь ждать подвоха?
— Ты о чем? — в голове Ады заметались тревожные мысли, а Влад, понизив голос до драматического шепота, пояснил:
— О том, милая Ада, что ты, хоть и строишь из себя взрослую и опытную женщину, на самом деле глупая девчонка. Смотри, что ты сделала: привела незнакомого мужика в дом, где живет твой отец-юрист. А вдруг он замешан в очень серьезном деле, и я — киллер, которого наняли убрать его?
Уже в который раз за вечер Аду захлестнула волна паники. На секунду, не более, потому что Влад тут же рассмеялся. Смеялся он хорошо, искренне, запрокидывая голову назад, не прикрывая рот и не таясь.
— Видела б ты себя, глупыха!
— Это вообще не смешно, — прошипела она. — На полу сейчас будешь спать!
— Э, не-е-е-т! — парень обвалился на постель и растянулся с блаженной улыбкой. — Как мягко, просто царское ложе! Раздели же его со мной, о, прекрасная пери!
— Чего?! Кто?! — на этот раз Ада действительно смешалась, не понимая Влада абсолютно.
Он перекатился на бок и внимательно посмотрел на девушку.
— Восточные сказки не читала в детстве?
— Нет… Я по русским народным больше…
— А я обожал по малолетству. Пери — это типа феи у персов, обалденно красивая девушка с крылышками… Ложись — расскажу. Побуду сегодня твоей Шехерезадой, если обещаешь не рубить голову с плеч. Эту-то сказку, надеюсь, знаешь?
— Знаю… — Ада осторожно присела на край кровати, во все глаза уставившись на Влада. — Ты кто вообще такой? С какого неба свалился, волшебник?
— С седьмого. С седьмого неба твоего счастья, — ответил Влад, а потом вдруг стал серьезным и с нажимом произнес:
— Тебе сегодня очень повезло, Ада. За тобой увязались двое, я потому и двинул следом. Когда ливануло, они умотали, но могли и напасть. Понимаешь, что они с тобой сделали бы?
— Зачем ты мне это сказал? — Ада опять ощутила, как тянет и сосет под ложечкой. Миновавшая опасность, о которой она даже не подозревала, пугала не меньше, чем реальная.
— Чтобы ты больше не делала так, как сегодня. Ты никакая не взрослая — ты маленькая и глупая, — тут он хлопнул рукой по покрывалу и закончил скороговоркой: — а мелким давно пора спать!
— Кто-то обещал сказку.
— Обещание действительно ровно пять минут, время пошло!
Так быстро Ада в постель еще не укладывалась. И никогда прежде она не лежала рядом с раздетым красивым парнем без всякого намека на близость…
***
— Утро красит нежным светом стены древнего Кремля! — продекламировал Андрей Савинов первые строки старой советской песни, но, увидев Важенина, замолчал.
Майор сидел за столом, склонившись над чашкой с горячим кофе так низко, что было непонятно, желает ли он насладиться его густым ароматом или, скорее, пробудить себя, окунув кончик носа в кипяток.
— Просыпайся, Валера, — капитан Савинов уселся на угол его стола, — у меня интереснейшие сведения по нашему парню с кухонными ножами.
— Ты почему на планерку не явился? — хмуро спросил Важенин.
— Дак с утра по Морошкиному делу гонял. Ты послушай, я полночи в клубе просидел…
— Хватит мурыжить этого Морошку. Я тебе что сказал? Бери группу и…
— Валера, да ты меня слышал? — начал терять терпение Андрей. Он от природы был человеком легким и незлобивым, но иногда Важенин и его доводил своим занудством и общей пасмурностью нрава. — Новости по Панасюк и Зотовой!
— У меня тоже новости, — ответил Валерий с несчастным видом. — На это дело будет назначен новый следователь.
— Кто?!
Важенин тяжело вздохнул и лег на стол лицом вниз. Уже оттуда он пробубнил, и голос его звучал глухо, словно из могилы, в которую их несомненно загонят:
— Сенцова!
— Твою… дивизию, — только и сказал Андрей.
***
Галина Сенцова была не просто одной из немногих женщин-следователей, успешно закрепившихся в должности. Ей мало было доказать свою состоятельность мужской части коллектива: она отличалась амбициозностью и бульдожьей хваткой.
Когда Валерий Важенин, отчаявшись добиться своего самостоятельно, поделился бедой с Сенцовой, она быстро смекнула, что речь идет о серии, а значит, следователь который доведет дело до конца, без одобрения начальства не останется. Вот только убийствами Яны Панасюк и Нины Зотовой уже занимался ее коллега, и забрать их себе было бы сложно.
Если бы не дело Репиной.
Обращаясь к Галине за помощью, Важенин надеялся не зря: у нее действительно была возможность получить копии документов. И нужный звонок следователь Сенцова сделала в ту же минуту, не откладывая. Об ответной услуге с “той” стороны не попросили, однако ехать за бумагами пришлось раным-рано. Уже к семи утра Валерий и Галина получили основное представление об обстоятельствах убийства Алевтины Репиной, так и оставшемся нераскрытым. После Сенцова отбыла к себе в прокуратуру, Важенин же помчался на оперативку в отдел. Прямо во время совещания Пал Палычу, начальнику Важенинского отдела позвонили. Поговорив совсем недолго, он, утирая пот со лба, сообщил, что дела Панасюк и Зотовой объединяют в серию с “каким-то третьим” и назначают нового следователя, “из прокуратуры”. Услышав это, Валерий сразу все понял: Галина Сенцова углядела в поимке серийного убийцы редкий карьерный шанс и вцепилась в него зубами.
— Быстро она все провернула-то, — хмыкнул Андрей. — Реально новые погоны хочет?
— Не знаю, чего она хочет, — вяло отмахнулся Важенин. — Мне перед Палычем неудобно.
— Почему?
— Андрюха, не тупи, а? — ощетинился майор. — Я ему ни слова не сказал о Репиной, не успел просто, а Сенцовой — все как на духу. Шефу знаешь как вставили за то, что подчиненные черти как дело ведут, не справляются и все такое? По самое не могу. Теперь он меня предателем и треплом считает! Стыдно — словами не описать.
— М-да, — Андрей поморщился. — Да еще с этой грымзюхой работать теперь… Или они и оперов новых назначат?
— Грымзюха очень просила оперов оставить старых, — прозвучал за его спиной хрипловатый женский голос. — Но если тебе, капитан, с бабой западло дело иметь, то…
Савинов и Важенин подлетели со своих мест как ошпаренные. В дверях стояла Галина Сенцова собственной персоной. От нее сильно несло табаком, словно перед тем, как войти, следователь выкурила полпачки сигарет, не меньше.
— Ладно, мужики, немые сцены оставим для домашнего театра, — сказала Галина, входя в кабинет и усаживаясь на свободный стул. — Давайте-ка поработаем. Копии томов дела Репиной будут к обеду, а до того я послушаю, что у вас по остальным двум убиенным. Кто хочет к доске?
***
В двух словах Валерий обрисовал картину преступлений в случае Панасюк и Зотовой — все, что было известно на данный момент.
— Итак, — изрекла Галина. — Значит, у нас две, вернее, уже три женщины схожей внешности и убитые одинаковым образом. Больше между ними никаких параллелей не прослеживается. Социальное положение, достаток, профессии не пересекаются. Алевтина Репина, убитая год назад, была учительницей. Сейчас у нас хозяйка ночного клуба и дамочка легкого поведения. Знакомы они между собой тоже не были…
Андрей Савинов поднял руку. Он встал и виновато поглядел на Валерия: извини, мол, не успели с тобой обсудить.
— Прошу извинить, Галина Иннокентьевна, Валера… — запинаясь, сказал он. — Насчет знакомств… Выходит, что Панасюк и Зотова друг друга знали. Вчера я одного свидетеля разговорил…
— Так-так, — заинтересовалась следователь. — Рассказывай, капитан.
А дело, со слов бармена Никиты, было так.
В один из первых вечеров работы клуба к ним заглянул мужчина, внешне похожий на фоторобот, который показал Савинов. Крепкий плечистый брюнет с большим носом и черными глазищами — так описал его Ник. Он не стал оглядываться и знакомиться с девушками, хотя в заведении их толкалось пруд пруди на любой вкус, и многие пришли с одной целью — подцепить парня при деньгах. Нет, гость направился прямо к бару и… с ходу начал болтать с Яной.