Катя Майорова – Раньше девочки носили платья в горошек (страница 10)

Когда мы видим человека, допустим, полного, мы даже близко не представляем, что происходит в его жизни, в его голове. Да, он весит 100 кг и кажется вам толстым, но, может, полгода назад он весил 130 кг? И своим замечанием, пренебрежительным взглядом вы обесцените все его старания? Может, человек после операции и это не вес, а сильный отек? А может, эта женщина недавно родила двойню и у нее нет моральных сил сейчас взяться за похудение? К слову, умение не осуждать касается не только веса, а чего угодно.

Мы не знаем, какую войну ведет человек внутри себя. Может, у него даже не было операции, он не похудел на 30 кг, никого не родил, но каждый день переживает внутри эту боль несоответствия. Неужели нам тяжело проявить хотя бы каплю сострадания? Хотя бы миллиграмм эмпатии? Уверена, ни с вас, ни с меня не убудет.

Глава 7. Любовь к себе

Любить себя, в частности свое тело, трудно. И я сейчас говорю про теплое чувство, которое окутывает, наполняет, отчего тебе уютно и хорошо, а не про унижение других и пренебрежение их интересами. Я убеждена, что в 90 % случаев обозначить свои границы, высказать мнение, изъявить или не изъявить какое-либо свое желание можно спокойно и без агрессии. И вообще, любовь к себе – это исключительно про твои отношения с самим собой. Там нет и не может быть никаких других людей.

Любовь к себе – это не про отстаивание личных границ (что тоже важно, конечно).

Любовь к себе – это не про массажи и спа-процедуры (хотя и про них тоже).

Любовь к себе – это не про эгоизм, даже здоровый (хотя и без него никуда).

Как понять, что такое любовь к себе? Представьте человека, которого вы очень сильно любите: маму, мужа, подругу, ребенка. Того самого, которому простите что угодно, всегда его примете, никогда не откажете в просьбе и сделаете все, что в ваших силах, чтобы он был счастлив. А теперь попробуйте тот же самый вектор направить на самих себя: быть готовыми простить себе все, принимать себя при любых обстоятельствах, никогда не отказывать себе в просьбе и делать все, чтобы вы были счастливы. Сложно? Кому-то, безусловно, да. И мне было сложно, и сложно сейчас. Более того, мы выросли в культуре, где любовь, увы, не наивысшая из ценностей, а любовь к себе – то, о чем лучше промолчать и не позориться. В российской парадигме любовь заменяют жертвенностью, самоотверженностью, страданием во имя высшей цели, долгом. На мой взгляд, все это не имеет ничего общего с любовью и является антонимом счастья. Когда все приносят себя в жертву друг другу, то не счастлив никто. Если каждый делает счастливым себя, то удивительным образом счастливыми становятся все.

Моя любовь к себе началась с ненависти, а если точнее – с усталости. Усталости от ненависти. Десятки лет своей жизни я потратила на критику, осуждение, недовольство, попытки усовершенствовать то, что и так безупречно. И речь не про кубики и округлые ягодицы, а про тело, которое 24 часа в сутки работает на меня. Благодаря ему я хожу, дышу, вижу, слышу, чувствую, занимаюсь сексом, пишу этот текст, набирая буквы в телефоне, и иду вверх по Тверской на встречу с клиентом. Благодаря телу я танцую, путешествую, ем любимую еду, наслаждаюсь новым треком любимого артиста, читаю книгу, на которую все никак не находилось время, мечтаю, печалюсь, смеюсь, злюсь, плачу, окунаюсь в море и забираюсь на высокие горы… Но, к сожалению, все это обесценивается, совсем не берется в расчет, если вдруг на твоем теле появляются лишние килограммы, а какие-то изгибы оказываются недостаточно рельефными. Разве это не безумие? Не безумие, например, критиковать тело женщины за прибавку в весе или появившийся целлюлит, когда несколько месяцев назад оно произвело на свет нового человека? К слову, хочу напомнить, что мы живем в мире, где укор «растолстела после родов» настолько унизителен, что женщины готовы мучить себя диетами и спортом в период постпартума, лишь бы не услышать эту фразу, вместо того чтобы благодарить свое тело, быть нежной и деликатной с ним.

За последние несколько лет я набрала 10 или 15 килограммов, точно не скажу, я уже давно перестала взвешиваться. Кто-то скажет, что я распустилась, обленилась, но я просто начала жить. Когда я осознала все написанное выше, а также то, что я в любом случае умру, даже на ЗОЖе и ПП, последнее, чего мне захотелось, – это тратить свою жизнь на бесконечные и тщетные попытки соответствия. Я больше не хочу жить в ненависти к себе и своему телу, мыслить категориями «толстая» или «худая», «красивая» или «некрасивая». Единственное, что меня по-настоящему волнует, – счастлива ли я; комфортно ли мне; достаточно ли во мне ресурсов принять происходящее и – если нет – достаточно ли сил изменить его. Конечно, ты не всегда понимаешь, что именно в твоей жизни не так, хотя остро чувствуешь: что-то очень сильно не так. В такие моменты тоже надо быть мягче с собой, не трясти себя за плечи и не кричать: «Скажи, что не так!» – а позволить себе помолчать, дать немного любви этому молчанию и непониманию.

Я родилась в женском теле, как, думаю, и многие читательницы этой книги. Мне кажется, оно нуждается в еще большем количестве любви, но почему-то общество учит нас обратному: не любить свое тело любым из доступных способов. Мы должны быть всегда стройными, не иметь никаких запахов, кроме утренней розы, не иметь лишних волос на теле, а на голове должна обязательно быть густая блестящая шевелюра, мы не должны быть слишком маленькими, но и слишком высокими тоже, мордашка наша должна быть достаточно милой – без прыщей, с четким контуром бровей и губ. Мы не имеем права на плохое настроение, недомогания, какие-либо выделения, а на выписке из роддома должны излучать радость от материнства и не подавать виду, что несколько дней назад произвели на свет нового человека через боль, кровь, пот и слезы.

Возможно, кто-то решит, что я ухожу в крайности, мне бы и самой хотелось думать, что это так, но я каждый день вижу в жизни и социальных сетях женщин, которые только подтверждают мои слова. Я не очень хочу погружаться в историю патриархата, объяснять причинно-следственные связи, почему женщины так много внимания уделяют внешности, доводя это порой до абсурда и откровенного насилия над собой. Скажу лишь, что это действительно часть нашей культуры, в которой «мама красивая, а папа зарабатывает», хотя чаще мама и красивая, и зарабатывает, и детей рожает, и дома убирается, а папа просто пользуется своими привилегиями, которые ему дал патриархат: не занимается детьми, уход за собой ограничивает походом в душ и полностью отстраняется от решения бытовых вопросов. В таком раскладе нет возможности не то что разобраться с чувствами к самой себе, а просто выдохнуть и спокойно жить.

В своем блоге я время от времени пишу про менструацию, выкладываю или перепощиваю картины или объекты искусства, с этим связанные. Конечно же, получаю много хейта после этого, сообщения типа «Полоумная, еще говно свое выложи», но есть и положительная динамика: многие женщины и даже мужчины благодарят меня и других блогерок за снятие стигматизации с этого явления. Для меня говорить открыто про менструацию, рекламировать менструальные чаши, писать рассказы про месячные (как, например, мой рассказ «Красное пятно на серых “Найках”», который собрал за несколько дней три тысячи прочтений), рисовать картины – один из самых мощных способов женщинам заявить миру о себе. Вся эта неприкрытость говорит о том, что женщины перестают быть «просто красивыми», а в одно мгновение становятся живыми существами, которые менструируют, меняют тампоны, прокладки, промывают чаши, борются с диареей и запорами во время месячных, просят отгулы на работе, лежат дома в растянутых штанах и с грязной головой, ждут доставку из «Макдоналдса», пьют обезболивающее и хотят, чтобы их скорее отпустило. Словно кто-то возьмёт и резко сбросит красивый занавес, за которым кроется вся правда, узнав которую мир наконец-то дарует тебе свободу. Внутреннюю в первую очередь.

Я хочу верить, что настанет день, когда женщины по-настоящему полюбят себя и свои уникальные, удивительные, неповторимые тела. Увидят красоту в каждом изгибе, почувствуют свободу в самовыражении, тогда их жизнь перестанет быть постоянным донорством и снова начнет принадлежать только им: без жертв, чувства долга и страха. С тем ростом, весом, размером груди, попы и ноги, которые есть; с той гладкостью кожи, густотой волосяного покрова, четкостью контуров бровей и губ, которые есть; с теми запахами, выделениями и испражнениями, которые есть; с теми мыслями, желаниями, правами и возможностями, которые есть.

Еще больше я хочу верить, что те поколения девочек, которые будут жить и расти после меня, напишут книги о чем-то совершенно другом, и все, чему я посвятила первые страницы, будет для них настолько очевидным и естественным, что слова бабушки на остановке про платья в горошек станут просто словами, без какого-либо подтекста: «Сегодня не в платье, а в джинсах. Что такого?» Да, все будет именно так.

Часть II. Любовь и секс

Глава 1. Я никогда не потеряю девственность, или Все мои вымышленные любовники

Если верить моим личным дневникам (а я не вижу поводов им не верить), то о любви я начала мечтать с восьми-девяти лет. Какой там мечтать – я была одержима идеей о том, чтобы у меня появился парень. Забегая немного вперед, скажу: первые отношения у меня появятся только в 19 лет – с моим мужем.