Катя Маловски – Влюбиться не предлагаю (страница 56)

— Лиль…

— Девушка, могу взять стул? — слышится за моей спиной.

— Можете, он свободный, — не обращая внимание ни на Дину, застывшую с открытым ртом, ни на Карину с Машей, в недоумении на меня смотрящих, выхожу из столовой.

Шагаю, куда глаза глядят, без какой-либо конечной цели в голове. В одну секунду торможу у первого попавшегося окна. Присаживаюсь на широкий подоконник. В нерешительности кручу в руках телефон. До конца перемены ещё есть время. Поэтому надо решиться сейчас, а то каждая минута, откладываемая на потом, как будто отдаляет меня от Артёма ещё дальше.

Извиняться всегда сложнее. Проще обвинять в чём-либо. Слова обвинений и претензий вылетают легко, на эмоциях. А вот извиниться — целая наука. И честно сказать, я в ней не особо сильна. Так как привыкла больше обороняться, чем раскрывать душу. Ведь признаться в том, что была не права, своего рода откровение.

Выдыхаю. Не думать ни о чём. Просто набрать номер. А дальше всё будет зависеть от того, ответит ли Артём на мой звонок, что он мне скажет, с какой интонацией.

Вот, уже анализировать начинаю.

Ещё раз выдыхаю. Пара комбинаций клавиш по дисплею. И звонок улетает. И, как специально, сопровождается ужасными, длинными, раздражающими гудками.

Абонент «Артём» не отвечает. Два раза.

Моральный груз на моих плечах становится ещё тяжелее. И настроение из «просто тоскливого» трансформируется в «ниже плинтуса опустившееся». Разворачиваюсь лицом к окну. Унылое серое небо. Снег. Размашистый. Хаотичный. Противный. Сырой. Точно придётся шапку свою дурацкую надевать.

А кто-то без шапки ходит. Морозит свои оттопыренные уши. А я бы их руками согрела… И сама бы согрелась, уткнувшись в широкое мужское плечо. Но, «мужское плечо» где-то далеко и трубки брать не хочет. Так что правильно говорят: сама дура виновата.

Всё, соберись. На лекции пора.

Оставшаяся пара тянется бесконечно. С Диной, которая сидит рядом со мной, не разговариваю. Она и не пристаёт. Молча, опустив голову, строчит в тетради за бодреньким голосом препода. А я лекции потом у кого-нибудь перепишу. Не до них мне сейчас. Мысли другим заняты. И вполне себе конкретным «другим».

Как только учебный день заканчивается, на крыльце универа, который немного спасает от бушующего за его пределами снега, снова достаю телефон.

За это время мне так никто и не перезвонил.

Значит, позвоню ещё раз я. Секунды разговора начинают бежать почти сразу. Тут же телефон прикладываю к уху.

— Алло, — раздается неожиданно запыхавшийся женский голос.

Я в недоумении снова смотрю на экран телефона. А я точно звоню Артёму? Точно.

— Алло? — уже вопросительно и нетерпеливо.

Отключаю звонок. Растерянно хлопаю глазами. Пытаюсь не делать поспешных выводов и не поддаваться гадкому чувству необоснованной, вылезающей откуда-то из глубин сознания ревности. Я не должна Артёма ревновать. Но, блин, какого хрена на его телефон отвечает какая-то левая девушка? Или это снова «мимо проезжающая» мачеха? Сколько там у него ещё родственников женского пола?

Телефон в сумку. Капюшон на голову. Руки в карманы. Топаю в сторону автобусной остановки. Успев занять в общественном транспорте место у запотевшего окна, достаю запутавшиеся проводами в морские узлы наушники. Распутываю и, чтобы как-то заглушить свои мысли, включаю рандомный плэйлист. Но лиричная музыка лишь подталкивает на размышления. Плавно вытаскивает из моей головы одно за другим.

Что нас связывает с Артёмом? Дружба? А существует ли она между парнем и девушкой? Возможно. Но лишь до того момента, пока одна из сторон не начинает раскачиваться влюблённостью по отношению к своему другу. И тут либо признаёшься, либо молчишь, боясь всё испортить.

Твой друг может и не догадываться, что ты испытываешь к нему чувства. И тебе остаётся мучиться неразделенной любовью, сохнуть. Только в своих мечтах и сокровенных снах представлять, каково это, касаться, ощущая его ответные прикосновения. Каково целовать, ощущая вкус его манящих губ. Каково делить с ним одну постель на двоих, согреваясь запахом и теплом. Не пожелала бы себе таких сердечных страданий.

Хотя сама увязла в истории похлеще. В дружбе с привилегиями. И к привилегиям относятся и обнимашки, и поцелуйчики, и умопомрачительный секс. Вот только понимать, что за этим, скорее всего, ничего больше не последует, невыносимо, так как я сама слышала, что Артёму не нужны сейчас отношения. Между нами вообще может всё в любой момент закончиться, если уже не закончилось…

Вот если бы я совсем не знала, каким Артём может быть: нежным, чутким и одновременно страстным и горячим, может быть, было бы легче. А так… Как все эти ощущения из сердца вырвать? Как перестать фантомно чувствовать на себе его взгляд, тепло и запах? Как перестать думать о нём?

Я даже не знаю о его личной жизни за пределами нашей дружбы. А то отвечают тут всякие женские голоса на звонки. Да и вообще Артём мне ничего не обещал и ни в чем не клялся.

Так что, я бы ещё поспорила, что труднее: дружить, любить и только мечтать о близости и отношениях или дружить, любить, быть в близости (которая сносит голову и отключает разум) и мечтать об отношениях. Ведь стоит всё рассказать, возможно, ты потеряешь и друга, и, что самое нестерпимое, того, кого любишь.

Глава 39. «Вот она какая, первая любовь»

Лиля.

Возвращаюсь с вечерней пробежки. Хотя вечерней её можно назвать условно. Темнеет на улице рано, а на часах нет и шести. Обычно я бегаю в более позднее время. Но дома тусуется отец, который будучи в подтаявшем состоянии, начал докапываться до меня из-за того, что в ванной на полотенцесушителе, по его мнению, слишком долго висит бельё. И почему это я его не снимаю? Оно там, наверное, уже трескается из-за своей сухости.

Алкогольный маразм крепчает. Поэтому практически сразу, как приехала из универа, решила подышать свежим воздухом. Ну, или, если быть честной, просто сбежать из дома. От отца. От вопросов и ответов, которые в моей голове сами себя перебивали и не давали сконцентрироваться хоть на чём-то.

Сворачивая во двор, слышу настойчивый рингтон своего телефона, доносящийся из кармана спортивной куртки. И когда вижу на дисплее «Артём», кажется, глотаю от неожиданности слишком большую порцию морозного осеннего воздуха.

Я уже и не надеялась, что он перезвонит.

Скольжу пальцем по круглому зелёному значку с изображением телефонной трубки. Пару раз то ли промахиваюсь, то ли телефон глючит, но ответить на звонок получается не сразу.

— Алло, — произношу, выдыхая при этом пар изо рта.

— Привет.

Боже, как же я скучала по его голосу.

Ослеплённая светом фар проезжающей мимо машины, зажмуриваюсь, стоя на тротуаре. Представив перед глазами лицо Артёма, отвечаю несмело:

— Привет.

— Ты мне звонила? — его мягкие интонации с ноткой искреннего беспокойства подкупают, вызывая на моём лице улыбку.

— Да. Я бы хотела с тобой встретиться. Желательно сегодня, — решаю не откладывать разговор на потом. Да и вообще, дико хочется его увидеть.

— Давай. Когда? — на удивление быстро соглашается.

— Через час устроит? А то я только что с пробежки, — шмыгаю носом. — Мне бы душ принять, переодеться.

— Окей. Я буду ждать тебя около кофейни в виде стакана, возле парка которая. Помнишь, мы там на лавочке сидели?

— Да, помню.

— Кофе попьём, да и мне проветриться не помешало бы после работы.

— Хорошо, — блуждая взглядом по многоэтажке, обращаю внимание на свет в окне кухни. Значит, её оккупировал отец для своих очередных возлияний.

— Тогда увидимся.

— Ага, — снова зажмуриваюсь, на этот раз, ловя порыв холодного ветра в лицо.

Пока поднимаюсь на лифте до своего этажа, гоняю мысль, что вот где бы я сейчас желала оказаться, так это в квартире Артёма. Да даже не в квартире. Всё равно где, лишь бы с ним. Рядом. Он вселяет в меня спокойствие и веру в лучшее. Хочется сразу «перейти с быстрого бега на медленный шаг», оставив позади каждодневные проблемы. Просто наслаждаться моментом, замечая вокруг себя то, на что раньше не обращала внимание. А пока приходится возвращаться в свой серый, унылый, привычный мир.

Открываю входную дверь. Не только кухня, но и прихожая встречает меня включенным светом. Отец, не заметив моего появления и бубня себе под нос что-то нечленораздельное, больше похожее на язык животных, поднимается из коленопреклонной позы и по стеночке, как по ориентиру, уплывает в свою комнату. Мечты мечтами, а реальность никогда не забудет вернуть меня с небес на землю.

Быстро приняв душ, одеваюсь потеплее и выхожу на встречу с Артёмом даже раньше оговорённого времени. Но это лучше, чем ощущать на себе гнетущую атмосферу малогабаритной квартиры, воздух которой с каждой минутой становится мне противен. Везде мерещится запах едкого отцовского одеколона вперемешку с перегаром.

Мне бы тоже не помешало проветриться.

Подхожу к кофейне, ещё издалека замечая фигуру стоящего около неё Артёма. Непривычный трепет сковывает моё тело, когда он неожиданно поворачивается и встречается со мной горящим взглядом.

— Я думала, ты затаил на меня обиду и больше не хочешь со мной общаться, — виновато вжимаю голову в плечи.

— Ой, перестать, — совершает ещё один неожиданный в данный момент поступок: целует меня в щёку.

Артём такой тёплый, манящий, близкий и далёкий одновременно.