Катя де Бесерра – Когда призраки позовут нас домой (страница 2)

Фон Ган выстроил Кашор-хаус по образцу семейного поместья – Ласточкиного Гнезда в Ялте. Ливадия, с её высоченными скалами, оказалась идеальным местом для того, чтоб отдать дань памяти покинутой родине. Говорили, что особняк был назван в честь несчастной возлюблённой барона, знаменитой балерины, эмигрантки Адрианы Кашаровой. Её короткая, но бурная жизнь оборвалась во время землетрясения 1933 года, когда скала, на которой стоял дом, дала трещину. Принимавшая солнечную ванну Адриана рухнула в море вместе с частью внутреннего дворика.

Тело так и не нашли.

Ходили и другие слухи – например, что название Кашор-хауса содержало в себе имя некоей демонической сущности, которую фон Ган призвал, желая заключить договор в стиле Фауста. Демон, который жаждал заполучить человеческое тело и любил красный цвет, надул барона и отказался уходить. С тех пор он обитал в доме.

Только когда Лейла начала фиксировать нашу жизнь на камеру, я стала понимать, чтó за место мы называли домом. Будь я внимательнее, я, возможно, догадалась бы, что Лейла действует не наугад. Но я была слишком заворожена, чтобы в чём-то заподозрить сестру или понять, как сильно она рискует.

В начале нашего пребывания в Кашор-хаусе меня как будто постоянно окружал густой туман. Всё время было что-то не так – кружилась голова, тошнило, давило в груди. Когда я пожаловалась родителям, они решили, что это нервы, или аллергия на пыль, или просто первые месячные, хотя они действительно случились тем летом, только позже.

На четвёртую ночь в Кашор-хаус произошли странные вещи. Ту ночь я помню с отчётливостью, которой недостаёт многим моим более поздним воспоминаниям.

Мама уже легла спать, когда свет вдруг замигал и погас; папе пришлось идти к распределительному щиту. Лёжа в тёмной комнате, я прислушивалась к его удаляющимся шагам. И тут явилась Лейла и посветила фонариком мне в лицо.

– Пора встать и отправиться на поиски, София Премудая, – сказала она, театрально раскланиваясь. – Ночь наша. Секреты Кашор-хауса нас ждут.

Она начала в шутку звать меня Софией Премудрой, когда мне было лет шесть. Я не отличалась мудростью – по крайней мере, на свой взгляд, – но походила на учёную сову из какого-то мультика. У меня были большие круглые глаза и кустистые брови. Ну и вдобавок моё имя означает «мудрость».

Лейла поманила меня за собой. Наши привычные роли переменились: я перестала быть младшей сестрой, которая украдкой преследует старшую. Но и в этом приключении я не была равноправной участницей. Подозреваю, Лейла уже держала в уме фильм и мою роль в нём. Но если бы тогда у меня и возникли какие-то подозрения, я бы от них отмахнулась. Я не желала сидеть одна в темноте – и пошла за Лейлой, которая освещала путь фонариком.

В ту ночь мы обнаружили тайную комнату, полную карнавальных костюмов и реквизита. Парики, закрученные усики, как у Эркюля Пуаро, лакированные потрескавшиеся маски. Старинные веера из лебединых перьев. Искусственные руки, уши, носы. В свете фонарика комната и её содержимое выглядели зловеще. Не требовалось больших усилий, чтобы вообразить, что всё это – сброшенные личины, которые носили во время какого-то тёмного ритуала.

Стены были занавешены простынями. Лейла сняла одну из них и взвизгнула. Казалось, со стены на неё прыгнул призрак. Лейла отступила на шаг, и призрак повторил её движение. Это было зеркало. Мы обе рассмеялись.

Она стащила остальные простыни. Зеркала были повсюду. В воздухе повисла пыль, и мы расчихались. Сразу мы этого не заметили, но потолок тоже был зеркальным. Кашор-хаус в нём казался вывернутым наизнанку.

Лейла взяла со столика старомодные очки в прямоугольной оправе. Одного стёкла недоставало, другое треснуло. Лейла надела их и устремила луч фонарика себе в лицо, а потом заплясала в темноте, кружась и корча рожи.

Впоследствии она воссоздала эту сцену в «Вермильоне», в эпизоде под названием «Гардеробная барона фон Гана». Лейла была за кадром – она держала камеру, а я танцевала в этих самых очках, и в свете фонарика моё лицо казалось призрачным.

Вы думаете, раз Лейла назвала свой фильм в честь цвета, который нравился демону фон Гана, значит, в фильме были реки крови, текущие с потолка, и ещё какая-нибудь жесть? Ничего подобного. Лейла снимала не расчленёнку, а нечто совсем иное.

Фильм, снятый Лейлой, и наша жизнь в Кашор-хаусе ушли в прошлое, однако события пятилетней давности продолжают на меня влиять.

Два года назад сестра пропала.

В последний раз мы общались в ту ночь, когда она исчезла.

«Я это делаю ради тебя. Я тебя люблю. Прости».

Это было её последнее сообщение. Лейла, видимо, думала, что я понимаю, о чём речь, но я до сих пор теряюсь в догадках. На мой взгляд, извиниться Лейле следовало только за то, что она сделала меня звездой своего фильма. Её послание ни о чём мне не говорило.

Пытаясь восстановить события, которые привели к исчезновению Лейлы, я обнаружила запись разговора со службой спасения. Соседка Лейлы по общежитию набрала 911, почуяв запах едкого дыма из комнаты моей сестры. Когда я читала эту запись, мне казалось, что я вдыхаю едкий дым. Но спасатели, приехав, не обнаружили следов пожара. Нет. Они увидели окровавленные стены, а на ковре – остатки круга из чёрной соли. Лейла исчезла.

Полиция поначалу решила, что сестру похитил какой-нибудь чокнутый «вэшник». Но затем появились новые улики. Камеры наблюдения на кампусе запечатлели Лейлу, которая выходила из общежития незадолго до звонка соседки в службу 911. Она подошла к ближайшей парковке, села в машину и исчезла в ночи. Хотя номер машины разглядеть не удалось, полицейские предположили, что это такси. Однако денег с карточки Лейлы никто не снимал.

У сестры не было с собой никаких вещей, не считая того, что могло лежать в карманах. Отслеживать её стало всё труднее по мере того, как загадочная машина ехала по шоссе 101 в сторону океана, а потом… Лейла пропала вообще. Как будто перестала существовать – только что была тут, потом исчезла, совсем как призрак в фильме. Но, в отличие от заглавного героя «Вермиллион», который всегда возвращается, машина так и не вернулась, и Лейла тоже.

Камеры глючат. В цифровые записи вкрадываются ошибки. Так полицейские сказали моим родителям. Не считая направления, в котором ехала машина, ничто не связывало Лейлу с Ливадией… с Кашор-хаусом.

Но я знаю, что Лейла отправилась именно туда.

Зачем? Что-то её вынудило? Может быть, ей правда угрожал какой-то фанат?

Примерно через год после исчезновения Лейлы появилась новая ужасающая улика. Но, поскольку существовала она лишь короткое время, полицейские не поверили мне, когда я им позвонила. Они не видели того, что видела я – фотографию Лейлы, в том виде, как она вышла из общежития. Лейлы на пороге Кашор-хауса.

Фотография пропала из Сети очень быстро – она как будто возникла нарочно, чтобы её увидела я, и больше никто. Фото выложили на сайте «Алый ужас», закрытом сетевом сообществе, в котором творчество Лейлы считалось реально пережитым опытом, а не конструктом поп-культуры. Никто в точности не знает, как возник «Алый ужас» и кто его модерирует. Впервые я услышала про этот сайт вскоре после того, как «Вермиллион», начав с бесплатного ролика на Ютубе, стал широко известен. В одной из рецензий упоминался быстро растущий форум, куда стекались фанаты, чтобы поделиться личным опытом после просмотра фильма. Там беседовали о призраках в искусстве… во всяком случае, в кино.

Сначала я зашла на сайт из любопытства. И тут же обнаружила, что доступ закрыт. «Алый ужас» не похож на другие фанатские форумы. Завести аккаунт, заплатить вступительный взнос… нет, всё не так просто. То есть взнос нужно заплатить, но не деньгами, а рассказами – историями о подлинном опыте встречи со сверхъестественным, о том, что невозможно объяснить. О том, что связано с Лейлой и её фильмом.

На форуме можно найти информацию обо всём, что касается «Вермиллиона» и Лейлы, – от некромантии и спиритизма до моды и макияжа. Целый тренд посвящён сравнению оттенков красной помады с цветом платья, который носит существо в фильме. Другой раздел, под названием «Умеют ли мёртвые танцевать?», предлагает пошаговую реконструкцию танца, который я исполняю в одной из самых жутких сцен. Есть закрытый раздел, посвящённый Пути, – там обсуждают мистические знаки, связанные с фильмом. Мне пока не удалось получить туда доступ; он напоминает святая святых, куда допускаются только посвящённые.

Есть раздел «Лейла Галич жива», который фанаты создали, чтобы обмениваться сообщениями о том, где и когда мою сестру якобы видели. Он возник вскоре после исчезновения Лейлы. Я туда проникла, раздобыв фейковые учётные данные через одну подпольную онлайн-контору, которая предлагает полную анонимность и не отказывается иметь дело с несовершеннолетними. Некоторое время этот раздел даже был полезен, а потом я обнаружила нечто необъяснимое – фотографию моей сестры на крыльце Кашор-хауса.

Насколько я могла судить, тут обошлось без фотошопа; это не была старая фотография Лейлы или моя, отредактированная так, чтобы я стала похожа на сестру. На снимке была Лейла – озарённая лунным светом, она тянулась к дверной ручке. Её лицо, невероятно грустное, а ещё – отчаянное, до безрассудства, поразило меня. Я лишь один раз видела Лейлу такой – когда на съёмках случилась неприятность и я чуть не погибла.