Катрина Фрай – Обрушение (страница 6)

– Твоему парнишке будет, о чём подумать, Глория. Нечего отвлекаться на разную хрень! Ну, Макларен, готов покорять преступный мир?

Тут я вспомнила, что забыла захватить галстук. Вернувшись в кабинет, я вытащила его незаметно из стола ящика и, быстро скомкав, сунула в карман пальто, чтобы не давать Шиллети повода для насмешек.

– Рей, в путь! – прокричала я из кабинета. – Нас ждёт куча дел, а остальные пускай протирают свои задницы на стуле!

– Удачи, коллеги! – прошипел Шиллети не очень-то вежливым тоном, когда мы проходили мимо.

Макларен показал ему средний палец, а я сделала вид, что ничего не заметила.

ГЛАВА 4

Сегодня стояло отвратительное, пасмурное и дождливое утро четверга. Такое унылое и злобное, будто на дворе не сентябрь, а февраль.

Я вывела из гаража BMW, черного цвета. Официально машины распределяются в департаменте, после чего, каждой паре детективов выдаётся служебная. Когда мне предложили ржавую развалюху, я отказалась. Предпочитаю передвигаться на своей. Моя машина всегда там, где нужно, и в ней никто не бросает на пол обертки от гамбургеров.

Для Рея это станет первым расследованием в звании сержанта и моего официального напарника. Поэтому он чуть из штанов не выпрыгивал, вертясь рядом на сиденье от эмоционального перевозбуждения.

– Неужели нам дали резонансное дело?! – бесконечно тараторя, переспрашивал он, задавая один и тот же вопрос в десятый раз.

– Да.

– А какое?

– Убийство несовершеннолетней.

Остановив машину на красный сигнал светофора, я залезла в карман пальто и, вытащив оттуда мятый галстук, демонстративно протянула Рею. Какое счастье: сегодня на нём светлая рубашка, – дешевая и такая просвечивающая, что видна грудь, – и серые брюки, почти приличные, сидящие на фигуре, как влитые.

– Примерь-ка!

Он посмотрел на галстук так, словно никогда подобного предмета не видел.

– Зачем? – испугано спросил он, беря галстук в руки, как нечто отравленное.

– Ты задаешь слишком много вопросов, Рей.

На какое-то мгновение я испугалась, что придется остановиться и самой повязать ему, чёртов галстук! Похоже, в последний раз Рей надевал его на первое причастие.

Однако долго рассматривая и крутя его в руках, он, в конце концов, справился. Сам.

– Клёво выгляжу, да? – спросил он, наклоняя солнцезащитный козырек, чтобы посмотреться в зеркало.

– Однозначно лучше, чем было, – отвечаю с иронией, смотря на дорогу.

Капитан прав. Одежда многое меняет. Галстук: шёлковый, серый с черными тонкими полосками, идеально подходил к белой рубашке Рея. Но кто-то умеет носить хорошие вещи, а кому-то не дано.

Рост у Рея достаточно высокий. Сам он узкоплечий, слегка худощавый, и выглядит лет на шестнадцать. Хотя в личном деле написано, что ему тридцать один. Короткие тёмные волосы, острые черты лица, неторопливая походка, словно выслеживающая добычу.

На Рее галстук казался краденым. Он бережно провел по нему пальцами:

– Клёвый! Откуда у тебя такой, Глория?

– Эндрю как-то оставил в кабинете.

– О, Господи! Только не говори, чем вы там занимались. В какой он был спешке, что забыл галстук в кабинете! – выпалил Рей, немного засмущавшись.

– Я ни слова не проронила, если ты заметил.

– Вот почему мне почувствовалось сразу, что ткань на галстуке весьма не дурна.

– Рей, тряпочка, что сейчас обвивает шею, стоит больше, чем твоя двухмесячная зарплата. Оставь себе, раз так приглянулся. Эндрю будет не против. Подвернется момент, купи себе несколько.

Он бросил на меня озадаченный взгляд и, кажется, хотел что-то ответить, но передумал.

– Спасибо, Глория. Весьма милосердно.

Мы выехали на более свободное шоссе и свернули направо.

– Мы едем за город?

– В парк Ван-Кортленд. Слышал о таком?

Он отрицательно покачал головой.

– Судя по названию, я там не был.

– Всё когда-то бывает первый раз. Можешь вспомнить, с чем самым страшным тебе приходилось сталкиваться на службе?

– Пока что на ум приходит только тот случай, когда мы выезжали с тобой в городок Виндзор. Дело «Кровавый ангел».

– Мда… Не лучшие времена. Не поспоришь. Такое даже мне трудно до сих пор забыть.

Рей пожал плечами:

– Я не первый год работаю в полиции, Глория. К чему подобные вопросы? Несмотря на непродолжительный срок служения в полиции, и мне приходилось видать разную жуть.

– Все полицейские, приходящие в убойный отдел, так считают, Рей. Когда-то я и сама так думала. Ничего ты не видел. Ты просто невинная овечка. Знаешь, совсем не прикольно, когда какой-то мудак отвлекается, отвечая на мобильный телефон, и сшибает на проезжей части ребёнка. Или, например, перед тобой сидит ребёнок, которого родители которого били головой его стену до тех пор, пока он не перестал дышать. Понимаешь, о чём я? Пока ты видел только несчастные случаи. Теперь, сможешь взглянуть на то, что люди делают сознательно. А это разные вещи, поверь, – похлопала я его по плечу, как бы подбадривая.

– А что там, куда мы едем? Ребёнок совсем маленький? С детьми мне не приходилось ещё работать.

Я нахмурилась.

– Ей всего девять. Предупреждаю, на месте преступления будет работать доктор Эдриан Курт. Как ты помнишь, он не питает к тебе особых симпатий. Прошу, держи себя в руках и веди себя тихо. Нам очень важно закрыть дело с положительным исходом, как для тебя, так и для меня. У нас нет шанса облажаться, Рей. Всё должно идти как по маслу. Я знаю Курта много лет, и сегодня он будет не в восторге от увиденного. А когда узнаёт, что предстоит работать с несовершеннолетним ребенком, вскрывая тело на металлическом холодном столе, настроение его сразу упадает. Ну, ничего. Если собираешься задержаться в убойном отделе и стать хорошим детективом, лучшего коронера тебе не найти. Дам дружеский совет. Постарайся подружиться с Эдрианом, найти к нему подход. Он настоящий профессионал.

Рей замер и слушал, не перебивая ни словом. Я впервые видела его совершенно неподвижным.

– Боже мой! Ей всего девять лет? – переспросил он, проигнорировал нравоучения насчет Курта.

– Да.

– Что произошло?

– Посмотрим на месте. Капитан не стал вдаваться в подробности.

– Вот же хрень! Нет, ну просто не укладывается в голове, – его лицо исказила гримаса разочарования. Он покачал головой.

– Ага. Запомни, когда окажемся на месте преступления, ты должен об этом забыть. Правило номер один: никаких эмоций при осмотре тела. Считай овечек, повторяй таблицу умножения, тупо шути – всё, что угодно. Если нужен совет, как бороться с чувствами, спрашивай.

– Я не зелёный новичок, Глория. Не надо со мной нянчиться. Буду в порядке.

– Надеюсь! Прости, если выступаю в роли мамочки. Смерть Брайана сказывается на мне. Хочешь в будущем стать детективом? Тогда тебе не помешает хороший наставник. Родителям девочки ещё не сообщали о трагедии. Личность жертвы не установлена. Надеюсь, к нашему приезду что-то более детальное прояснится. Криминалисты работают на месте. Когда родители узнают о том, что их ребенок убит, твои чувства их интересовать не будут. Они захотят быть уверенными, что у следствия всё под контролем. Ты станешь их надеждой. Понимаешь?

– Так и будет, Глория, не сомневайся. Я справлюсь.

– Прекрасно. На, почитай.

Я протянула отчет о вызове и дала ему полминуты на то, чтобы просмотреть текст. Сосредоточившись, он стал выглядеть старше и умнее.

– Когда приедем, что первое необходимо выяснить у свидетеля, обнаружившего тело жертвы?

– Кто и как обнаружил жертву?

– Это и так написано в отчете. Жертву обнаружил смотритель парка. Вряд ли он видит трупы малолетних девочек каждый день. Свидетель в шоке и первое время будет талдычить одно и то же, как заведенная кукла.

– Хочешь сказать, от него мало будет толку? – спросил Рей, отбивая ладонями по бедрам какую-то мелодию.

– Именно это и хочу сказать. Никакого!

Рей чуть поморщился. Я заметила это только потому, что внимательно следила за ним.