Катинка Энгель – Удержи меня. Здесь (страница 19)

К завтраку уже накрыт шикарный стол. Рис и Тамсин все продумали. Хлопья, свежие фрукты, тосты и джем. Рядом с кофейником, от которого исходит опьяняющий аромат, стоит пакет апельсинового сока. Тамсин положила ноги на колени Рису.

– Доброе утро, – с улыбкой говорит Рис. Вид у него счастливый, и я рад, что после тяжелых испытаний, которые он пережил, у него все хорошо.

– Доброе, – отзываюсь я, не сдерживая ухмылку. Не уверен, стоит ли рассказывать Рису и Тамсин о событиях прошлой ночи. Думаю, сначала надо обсудить это с Зельдой. Но скрыть мое хорошее настроение невозможно.

– Ты как заново родился, – замечает Тамсин. – Похоже, маленькая комната тебе понравилась.

– Что? Да я рад, что снова могу стоять во весь рост, – увиливаю я.

Я сажусь за стол и наливаю себе чашку кофе. И в этот момент слышу шаги. Когда я поворачиваюсь, появляется она. Сначала вижу только ее ноги в обтягивающих рваных джинсах. С каждым ее шагом вниз тонкие столбики перил открывают все больше. Ее руку на перилах, черно-белую полосатую футболку, такую короткую, что видно пару сантиметров кожи, ее шею, подбородок, щеки… а затем я вижу ее целиком, и мне приходится на мгновение прикрыть глаза, чтобы совладать с захлестнувшими меня эмоциями.

– Доброе утро! – радостно восклицает она и одаривает нас сияющей улыбкой. Одаривает меня сияющей улыбкой. Мы встречаемся взглядами, и меня словно бьет током.

Последние несколько ступенек Зельда перепрыгивает. Хотелось бы знать, из-за меня у нее такое хорошее настроение или по утрам в ней всегда столько энергии. Скорее всего, последнее. Я выдвигаю стул справа от себя, чтобы она могла сесть.

– Вот это сервис, – восхищается Зельда. – Вчера дверь, сегодня стул. – Широко улыбнувшись мне, она садится. По ее лицу невозможно ничего прочесть. Кроме хорошего настроения. Я хмурюсь. Возможно, нам нужен момент наедине, чтобы прояснить, что между нами. А чего я ожидал? Что она усядется мне на колени и поцелует? Надеялся – да, но не ожидал.

Зельда наливает себе кофе и апельсинового сока и обводит взглядом накрытый к завтраку стол. Чтобы отвлечься, я делаю глоток кофе. Сосредоточенно смотрю в тарелку и пытаюсь вести себя обычно. Мне хочется прикоснуться к ней под столом. Но понравится ли это Зельде? Вчера ночью ей много чего нравилось. Но сегодня – это сегодня. И дневной свет все меняет. Потянувшись за коробкой с хлопьями, она едва заметно дотрагивается до моей руки. Я наслаждаюсь искрами, которые вызывает на моей коже это прикосновение. Но всего секунда – и момент прошел.

– Я феноменально выспалась, – говорит она. – Вы тоже? По-моему, бревенчатый коттедж стал бы стоящим вложением денег. Бессонницы здесь точно ни у кого не будет.

– И я спала как убитая, – замечает Тамсин.

– Пойдем после завтрака гулять у озера? – Зельда непринужденно болтает, будто ничего не случилось, а я готов схватить ее и утащить в постель, чтобы сотворить с ней много всяких грязных вещей, так как не знаю, куда девать этот эмоциональный заряд. Как она может делать вид, что ничего не произошло? Включила голову и решила, что все-таки было плохой идеей связываться с отсидевшим парнем из Пурли?

– Мы тоже об этом думали, – отвечает Тамсин, намазывая тост маслом. – В любом случае мы с Рисом согласны.

– Я тоже, – поспешно вставляю я, хотя предпочел бы остаться наедине с Зельдой, пока Рис и Тамсин будут ходить вокруг озера. Мне нужно узнать, что между нами!

Когда все позавтракали, Зельда начинает убирать со стола. Тамсин еще не принимала душ и идет наверх, чтобы привести себя в порядок.

– Я выйду на улицу. Надо позвонить Эми и спросить, можно ли мне зайти сегодня вечером, – говорит Рис. Он надевает обувь и скрывается за дверью.

Зельда стоит перед раковиной, ее руки погружены в пену. Убедившись, что мы одни, я встаю около нее. Откашливаюсь.

– Насчет вчерашнего, – начинаю, но замираю, когда она поднимает голову и смотрит на меня ясными синими глазами.

– Насчет вчерашнего? – уточняет Зельда, вопросительно глядя на меня.

– Я думаю, это… – У меня нет слов, чтобы описать, как крышесносно это было.

В этот момент открывается дверь и возвращается Рис.

– Голосовая почта, – бросает он, а мне хочется вытолкать его обратно за дверь.

– Я буду вытирать, – осипшим голосом вызываюсь я. На меня накатывает разочарование из-за того, что нам не хватило времени поговорить.

Я хватаю полотенце для посуды с кухонного острова и беру тарелку из рук Зельды. Краем глаза замечаю, как она прикусывает губу. Щеки покраснели, а уголок рта дергается вверх. Как будто она старается сдержать смех. Что это значит?

– Отличный сегодня день. Так тепло, – произносит Рис, плюхнувшись в кресло. – Надеюсь, Тамсин немного поторопится.

– Мхм, – откликаюсь, пытаясь не замечать щекотку и покалывание в животе.

13

Зельда

Сегодня сказочно прекрасный день. Температура поднялась выше двадцати градусов. От легкого ветерка по воде озера разбегаются круги, и она сверкает на солнце. Камыши у берега покачиваются, время от времени слышны крики птиц.

В отличие от вчерашней прогулки, Тамсин и Рис стараются идти вместе с нами. Возможно, не хотят, чтобы у нас возникло чувство, будто мы им мешаем, а возможно, им хватило проведенного наедине времени; так или иначе, мы прогуливаемся вчетвером. Я бы не отказалась от шанса поговорить с Маликом. Мне нужно знать, что между нами. Это связь на одну ночь? И если да, как это пережить? Когда его не оказалось со мной сегодня утром, у меня возникли именно эти вопросы. С другой стороны, прошлая ночь была слишком классной, чтобы не желать ее повторить.

Я вспоминаю его историю. Вооруженный налет, машина для побега. То, о чем до момента, когда он рассказал об этом, я никогда не задумывалась. Считаю ли я, что это плохо? Страшно ли мне? Я пытаюсь прислушаться к себе, но одно знаю наверняка: Малика я не боюсь.

Я так погружена в размышления, что не слежу, о чем разговаривают остальные.

– Все в порядке? – неожиданно спрашивает Тамсин.

Испуганно оборачиваюсь к ней.

– Да, извини. Просто задумалась, – отвечаю я. Быстрый взгляд в сторону Малика сообщает, что он тоже это заметил.

– О своих родителях? – продолжает Тамсин.

– А что с твоими родителями? – присоединяется Малик. Вид у него встревоженный.

– Ничего. Нет, все нормально. Это из-за того дурацкого эссе, оно меня добивает, – переключаю их внимание я. Тамсин принимает это объяснение, но Малик, которому известно, что меня беспокоит, продолжает ловить мой взгляд. Мне не удается понять выражение его лица, как вчера вечером. Не то чтобы он изменился. Когда он на меня смотрит, мне кажется, я вижу ту же нежность и симпатию. И все же не уверена. Интересно, он тоже не уверен? А мы должны быть уверены? Не так много причин, чтобы считать, что у этой связи есть шансы на будущее.

Мы усаживаемся на плоском участке берега. Рис пускает камушки по воде. Тамсин закрывает глаза и подставляет лицо солнцу. Нас с Маликом разделяет расстояние, и я пытаюсь на него не смотреть. Не хочу ни к чему его принуждать. Если он тоже предвидит трудности, то, быть может, это и к лучшему.

Малик прочищает горло, будто хочет что-то сказать, но продолжает молчать. Вдруг большая теплая рука накрывает мою и крепко сжимает. Незначительный жест, который тем не менее значит очень много. Я поднимаю на него глаза, и он улыбается мне. И тогда это возвращается: притяжение, которое мы вчера чувствовали. Я вижу это по его взгляду. И немедленно все сомнения, которые успели у меня возникнуть, испаряются. Меня захлестывает облегчение. Значит, наша связь не исчезла.

На обратном пути к дому я более разговорчива и расслаблена, хотя и жду, когда нам с Маликом удастся поговорить.

Жаль, что выходные подходят к концу. Это место и все, что у меня с ним ассоциируется, прекрасно, и мне трудно с этим прощаться.

– Поедем вместе, Зельда? – спрашивает Тамсин. – Так будет удобнее.

О нет, этого я не ожидала. Я рассчитывала, что смогу поговорить с Маликом по пути домой. Оглядываюсь на него, и он еле заметно качает головой.

– Нет, спасибо, – говорю я. – Поеду с Маликом.

Тот расплывается в широкой улыбке, и у меня екает сердце.

– О’кей? – вопросительным тоном откликается Тамсин. – Я не против.

Мы молча загружаем в автомобили сумки. Я прощаюсь с Тамсин и Рисом. Благодарю за прекрасные выходные и шепчу на ухо Тамсин:

– Я тебе позже позвоню.

Мой «Мини Купер» скрывается за поворотом дома. Мы едем за ним следом по лесной просеке к дороге.

– Прости, что утром не дождался, когда ты проснешься, – начинает Малик. – Я не должен был уходить. Это было глупо.

Я поднимаю на него взгляд.

– Тебе не за что извиняться. Если ты передумал, я пойму.

– Что ты имеешь в виду? – спрашивает он.

– Прошлой ночью было здорово, но, возможно, ты прав. Возможно, это сложно.

– Когда я говорил, что это сложно? Для тебя сложно? – В его голосе звучит паника.

– Ты этого не сказал, но это единственная причина, которую я сочла бы уважительной, – объясняю виновато.

– С ума сошла? Хочешь узнать настоящую причину? У меня был убийственный стояк, и мне стало неловко. Поэтому я пошел под душ. Холодный.

– О, – выдыхаю я.

– Не думаю, что это сложно. Думаю, это очень даже прекрасно. Но сейчас немного не уверен, если честно. И я пойму, если моя история тебя смущает.