Катерина Цвик – Шанс за шанс (страница 25)
Когда мы отошли довольно далеко по пустынной улице, я сказала:
- Ромич, спасибо.
- За что? - Удивился он.
- За то, что не стал с ней ругаться.
Уже было несколько случаев, когда Ромич дерзко отвечал на выпады Руниры. И за это отцу пришлось лично, на глазах у "обиженной" стороны пройтись плеткой по его спине. Да, был и такой закон: если раб оскорбляет свободного человека, то свободный может наказать его сам, с разрешения хозяина раба, или передать эту обязанность его хозяину. Хозяин также может настоять на том, чтобы самому определить и исполнить наказание. Те несколько раз отец брал эту обязанность на себя. Разумеется совсем не наказывать Ромича он не мог, тем более, что Рунира со совей бабушкой хотели видеть экзекуцию лично. Хорошо хоть ее мать, Мира, так и не решалась даже близко подходить к нашему дому. Бил он, конечно, не в полную силу, однако следы от плети еще довольно долго держались на спине парня.
- А разве я мог иначе? - С горечью ответил он и отвернулся. - Я раб, Лейла, и должен как выполнять просьбы своей хозяйки, так и нести наказание, если посмел слишком дерзко ответить завистливой малолетней идиотке.
Мне тоже стало горько, ведь он прав, во всем прав. И совершенно не имеет значения, что для меня или моих близких он давно перестал считаться рабом. Даже мама, и та давно уже свыклась с мыслью, что профессор, Ромич и Кирим в наших глазах не рабы. И относилась к ним как к друзьям или даже членам семьи. Но все это не отметало того, что в глазах других людей они так и остались презренными рабами.
- Ромич, ты же знаешь, что я никогда не относилась к тебе как к рабу!
На это он лишь криво улыбнулся.
- Давай, я поговорю с отцом и он даст тебе свободу?! - Воскликнула я.
Этот разговор происходил уже не раз и не два, но я все равно продолжала поднимать эту тему.
- И что это изменит, Лейла?! - Взорвался парень. И, размахивая руками, с неизбывной болью продолжил. - Разве ты не знаешь, что в Шалеме в глазах людей я навсегда останусь человеком с клеймом раба? Разве ты не знаешь, что никто никогда не даст мне нормальную работу и не будет платить, как рожденному свободным? Разве ты не знаешь, что потеряв вашу защиту, надо мной начнут измываться все кому не лень? Разве...
Тут я подошла к нему, обняла за талию и крепко к нему прижалась. А потом подняла голову и посмотрела в глаза.
- Ромич, но ведь ты можешь вернуться домой, в Фаргоцию. Там найдешь свою семью. Никто и никогда не узнает, кем ты был раньше. Отец поможет тебе деньгами и даже рекомендации даст. Я знаю. Он сам мне об этом говорил.
На это Ромич лишь тяжело вздохнул и погладил меня по голове.
- Лейла, я уже давно не помню своего дома, а моей семьей стали ты и ваша семья. И плевать я хотел на всех Рунир скопом. Поняла?
- Нет, Ромич, не поняла! - Теперь уже я вырвалась и его рук и начала ходить взад вперед размахивая руками. - Ты скоро станешь совсем взрослым! Тебе нужно будет определиться с тем, чем ты будешь заниматься в жизни, повидать мир, наконец! Потом найти хорошую девушку, жениться, наделать кучу детишек и жить долго и счастливо, ощущая себя полноправным членом общества! И как ты собираешься все это провернуть в Шалеме?
На удивление, Ромич не разозлился, как делал это обычно при таких разговорах. Он просто скрестил на груди руки и спокойно проговорил:
- Я уже все решил. Я буду помогать твоему отцу в торговле. Он сказал, что с тем образованием, которое я получил вместе с тобой от профа, я, со временем, вполне смогу стать его помощником. Там же и мир посмотрю. А что касается женитьбы...Лейла, вот о чем я сейчас думаю в последнюю очередь!
- Ага, конечно! - Подначила я его. - Именно поэтому ты тайком подглядываешь за соседскими девчонками, когда они купаются в море, умудряясь это делать не смотря на все кордоны, которые выставляют их родители.
Парень явственно покраснел и, смутившись, пробормотал:
- Ну посмотрел разок, так что теперь, бежать жениться? - И совсем тихо добавил. - И откуда ты только все это знаешь? Ведь и минуты свободной не имеешь, чтобы за кем-то следить!
В это время я усиленно прятала улыбку. Ну, не говорить же ему, что случайно зацепила у него это воспоминание, когда оно буквально выплескивалось из парня. Я даже не помню, дотрагивалась тогда до него или нет. Видимо, увиденное его очень впечатлило.
- Ладно, пошли домой, Ромич, а то наши с тобой крики скоро всю округу тут соберут.
Он обернулся и правда увидел, что из-за соседнего забора уже кто-то выглядывает.
- Пошли, чего уж тут.
И мы пошли домой.
А ночью мой уже такой привычный мир разлетелся на осколки.
Этой ночью я спала нервно, долго не могла заснуть, а уснув, видела какую-то кашу из образов и воспоминаний. В тот момент, когда чья-то ладонь зажала мне рот, я даже не сразу осознала, что все происходит на самом деле. А образы, завалившие сознание, вполне можно было принять за очередной бред из сновидений.
Войти в порт под видом торгового судна не составило совершенно никакого труда. Документы были составлены так, что комар носа не подточит, а действительно важное, как оказалось впоследствии, даже прятать особо не нужно было: осмотр корабля прошел без особого рвения, а сунутый проверяющему мешочек с золотыми вообще свел его к обычной формальности.
Таким образом на якоре у порта уже стояло три корабля Фаргоции, команды которых были полностью укомплектованы, а под видом рабов, спрятаны солдаты его Величества. Задачей этих команд стал захват Шалема изнутри и осада крепости, в которой засядет местное воинство, до прихода основных войск Фаргоции.
Как и откуда эти самые войска подойдут, он не знал, но его дело выполнять приказы, а не задумываться о том, был ли начальник в своем уме, отдавая его. Хотя сейчас его больше волновали Эльмирантийские корабли, что стоят на якоре недалеко от порта. Конечно, их обещал взять на себя адмирал Нордич со своей эскадрой, которая в режиме полной секретности преодолела долгий путь с самого северного порта Фаргоции.
Сначала он думал, что армию планируют доставлять именно этими кораблями, но вспомнил, что его друг Сольгер говорил, что их задача разметать Эльмирантийский флот, а с захватом и удержанием территорий им поможет регулярная армия, доставленная к Шалему другим путем. Больше друг ничего не мог ему рассказать, так как это было секретной информацией.
Сольгер тогда пробыл у него не долго, хорошо хоть Марта успела напоить его чаем. Он явно куда-то торопился, однако, перед самым уходом, друг внезапно запнулся и попросил.
- Ярел, у меня будет к тебе одна просьба. Знаю, она может показаться тебе необычной и даже губительной, но... я очень надеюсь, что ты ее исполнишь.
- Я слушаю, Сольгер. Ты меня заинтриговал.
- Совсем скоро ты со своей командой отправитесь в Шлем. Ну, да что я, мы ведь только что это обсуждали. Так вот, там живет один человек, который ни в коем случае не должен пострадать при штурме города.
И так смотрел при этом, что догадка сама пришла в голову.
- Этот человек - девушка? - Невольно, на лице показалась улыбка.
- Нет! То есть да, то есть нет!
- Так да или нет? - В голосе, вдруг, появилось неуместное веселье.
Сольгер тяжело вздохнул и начал рассказывать.
- Это девочка. Сейчас ей около десяти лет. Зовут Лейла. Она держит известную в городе кофейню "Лейма".
- Что? Девочка держит кофейню? Друг, тебе солнышко в макушку напекло? - И снова не удалось скрыть недоумения.
- Не удивляйся. - Краешком губ улыбнулся Сольгер. - Это очень необычная девочка. Ты сам все поймешь, когда ее увидишь.
- Я все понимаю, Сольгер! Необычная девочка и все такое, но ты уверен, что подобный риск необходим?
Ярел прекрасно осознавал, что если как-то предупредить девочку, это может сказаться на ходе сражения. Мало ли как она себя поведет, когда узнает об опасности, но хуже будет, если кто-то узнает, что ее предупредил именно он. Смертная казнь - самое малое что в подобное случае ему будет грозить. Конечно, есть вариант ее выкрасть, но тут тоже может возникнуть немало сложностей, однако, это вариант. В любом случае, на подготовку подобной операции у него будет слишком мало времени и людей, ведь посвятить в это дело он сможет лишь самых доверенных. В общем, слишком много "но", ради одной маленькой девочки.
- Ярел, я знаю все, что ты мне можешь ответить на данную просьбу. Но... Помнишь полгода назад я вернулся после одной крайне опасной операции.
- Это когда ты жаловался, что рисковал ради бумажек, которые впоследствии оказались чуть ли не пустышкой? И получил рану на руке, которая зажила с поразительной скоростью, почти не оставив шрама? Помню-помню! Номич, наш лекарь, тогда и тебя и меня за компанию буквально замучил вопросом, кто тебя так качественно залатал.
Ярел посмотрел на друга и недоверчиво прищурился.
- Да ладно!
- Да, Ярел, это была она.
Сольгер больше ничего не произнес, но Ярел многое прочел в его глазах: и немую просьбу, и глубокую благодарность девочке, и тяжесть долга перед ней, и что-то еще, чего Ярел уже не разобрал. И понял одну вещь: он исполнит просьбу друга.
На прощание друзья сжали друг другу запястья и Сольгер шагнул за порог. ( Примечание: Жест по сжиманию друг другу запястий, аналогичен пожатию рук в нашем мире.) Однако, уже закрывая дверь, Ярел услышал: