Катерина Цвик – Шанс за шанс (страница 27)

- Не стоит благодарности. Своего человека я оставлю не для того, чтобы он защищал этот дом или вас. В той суматохе, которая здесь совсем скоро поднимется это будет бессмысленно и опасно для жизни.

Я недоуменно посмотрела на него и он тут же пояснил.

- Он будет следить, чтобы до начала штурма никто не вышел из этого дома, чтобы предупредить кого-либо о надвигающейся опасности. - После чего внимательно посмотрел мне в глаза и спросил. - Это понятно, Лейла?

Признаться, подобная мысль созрела у меня сразу же после того, как я узнала о штурме. Нет, я не собиралась бежать к ближайшему патрулю и все им выкладывать. Во-первых, никто не поверит такой малявке, как я. Да и пробраться в крепость, где дежурят знающие меня офицеры тоже не получится. А во-вторых, если поверят, то встанет вопрос: откуда я знаю о надвигающейся опасности. Пока суть да дело, штурм давно начнется, а вот какая участь ждет меня лично - большой вопрос. Поэтому я, конечно хотела предупредить людей, но не всех, так как выйдет все то же самое, что было описано выше, а хотя бы Сэйру с семьей. Боюсь, на большее у меня просто не хватило бы времени, да и все остальные потребовали бы от меня каких-то объяснений, на которые все равно не было бы все того же времени, а вот Сэйра поверила бы сразу.

Я даже набрала воздуха в легкие, чтобы попросить Ярела предупредить хотя бы ее с семьей, но по непримиримому выражению его лица поняла, что ничего не выйдет. А потому лишь тяжело вздохнула и ответила.

- Я все поняла, Ярел-аха.

- Тогда прощай, Лейла. Времени осталось слишком мало. Надеюсь, мы еще увидимся.

- Прощайте, Ярел-аха. - Прошептала я уже пустому пространству.

Я знала: если выживу, меня уже не оставят в покое, так как то, чем я владею, можно использовать очень по-разному. Однако, сейчас я была благодарна этому мужчине за возможность спастись самой и спасти своих близких.

Несколько долгих секунд я позволила себе побыть слабой, пожалеть себя, внутренне поскулить, забиться в страхе в уголок своего сознания, и перебрать всех тех, кто сейчас находился в доме.

Отец с помощником уехал совсем недавно и вернется еще не скоро, Кирим и профессор стары, Ромич хоть и вымахал уже с моего отца ростом по сути был еще ребенком, а саблей махать умел очень посредственно, некому было учить его этой премудрости и некогда, Мамук и маленький Мират даже приблизительно за бойцов и защитников сойти не могут, мы с мамой и две женщины-служанки, которых отец нанял после рождения Мирата. Вот и весь наш боевой батальон. Отец давно хотел нанять парочку крепких охранников, однако, в городе строго соблюдался порядок, а военные патрули и днем и ночью несли вахту на улицах города. Поэтому отец медлил, не видя смысла в дополнительной охране.

А теперь мне нужно было всех их поднять, с организовать и заставить себя слушать. По внутренним ощущениям от обещанного до начала штурма часа осталось минут двадцать, не больше. Поэтому, поскулив, уже вслух, еще немного, я с силой провела ладонями по лицу и волосам, крепко сжала кулаки и приступила к действиям.

Первым делом быстро оделась сама. Потом разбудила маму и кратко рассказала о надвигающемся штурме. Подробности обещала рассказать потом, так как осталось слишком мало времени.

- Мама, иди на кухню и собери столько еды, чтобы хватило как минимум на сутки всем домочадцам. Да, и о воде не забудь. Это важно. Сейчас я разбужу всех остальных и пришлю тебе на помощь Эльмиру и Вейлу-ханан.

- Как же это, доченька? - Растерянно проговорила она.

- Мама, некогда, - не стала обращать внимание на ее растерянность я. - у нас меньше двадцати минут. Действуй.

Потом я побежала к Кириму. К моему удивлению, он не спал, а полностью одетый уже ждал меня в совей комнате. Я не успела и рта раскрыть, как он сказал.

- Я видел чужаков в доме, но они ушли и ничего не взяли.

- Я знаю, Кирим-аха. Они предупредили о войне между Фаргоцией и Эльмирантией. Штурм города начнется меньше чем через двадцать минут.

- Понятно, Лейла. Больше ни о чем я тебя спрашивать не буду и соберу все самое ценное в доме. Мы куда-то уйдем?

- Нет, у нас нет ни времени, ни такой возможности. Прятаться будем в доме в потайной комнате.

- В какой из двух? - Тут же задал вопрос он.

Признаться, то что он знает о потайных помещениях, стало для меня сюрпризом, но не сильным, так как я знала, что отец доверял старику как себе.

- Та, что рядом со спальней родителей.

- Хорошо. Иди буди всех дальше. Вещи я спрячу в той комнате, что рядом с кабинетом.

Об этих комнатах мне (и, что удивительно именно мне, а не маме) когда-то, практически сразу после нашего заселения, рассказал отец и показал, как их найти и как пользоваться запирающими затворами. И если бы он мне о них не рассказал, то я вряд ли бы когда-нибудь их нашла. Немного позже я даже специально пыталась разглядеть, есть ли заметные несоответствия во внешнем и внутреннем содержании дома, однако сама его форма была спроектирована так, что что-либо заметить было просто не возможно. Думаю, что к этим метаморфозам приложил руку профессор, так как он лично согласовывал с отцом план постройки. Изнутри же комнаты тоже было найти не то, чтобы не реально, но очень сложно, особенно если не знать, что они вообще существуют. В самих комнатах предусмотрительно была сделана хорошая шумоизоляция, ну, на сколько это вообще было возможно, и подразумевалась некая автономность. И если комнату рядом с кабинетом изначально отец начал использовать как своеобразные тайник и сейф, то назначения второй, спрятанной в спальне родителей я не понимала. До сегодняшнего дня... Вряд ли отец с профессором действительно верили, что когда-нибудь этой комнатой придется воспользоваться как убежищем, однако, именно сейчас она могла спасти всем нам жизнь.

Через несколько минут я, без объяснения причин, растолкала всех оставшихся и попросила как можно быстрее одеться и прийти в гостиную. Мирата, конечно, будить не стали, но его всегда можно перенести и спрятать сонного.

Кратко я поведала им всем о нависшей опасности и попросила не паниковать и никуда не бежать. Это оказалось сложной задачей, потому что Ромич, к примеру, тут же озвучил свое желание вступить в бой с подлыми захватчиками, женщины-служанки начали причитать о своей судьбинушке, Мамук пытался присоединиться к уже почти свершившемуся походу мести, о котором вещал Ромич, а профессор усиленно пытался дознаться, откуда я обо всем этом узнала. Гвалт поднялся такой, что стало слышно, наверное, и на соседней улице.

Перекричать весь этот балаган я не смогла бы при всем своем желании, так как имела одну неприятную особенность, когда я сильно переживала, то просто не могла громко высказаться. Нет, голос не пропадал и надрываться в крике мне ничего не мешало, однако, он становился таким глухим, что я даже саму себя начинала слышать с трудом. Сейчас же я не просто волновалась, я была практически в панике. Поэтому, оглянувшись, увидела на столике увесистую вазу, в которую еще вчера сама ставила недавно появившиеся желтые и белые полевые цветы, достала еще вполне свежие соцветия и выплеснула оставшуюся жидкость на напирающую на меня толпу. Нет, сначала была мысль ее разбить, однако, я не была уверена, что соприкоснувшись с деревянным полом ваза разобьется и создаст необходимый мне звук.

К счастью, пораженный моей выходной и стекающей с их лиц водой, народ мгновенно замолчал и у меня, наконец, появилась возможность им всем ответить.

- Ромич, Мамук, еще раз услышу о великом походе двух доморощенных недогероев против целой армии, прикажу выпороть обоих. Вейла и Эльмира-ханан, прекратите истерику, я уже сказала, что на это нету времени, и если вы сейчас успокоитесь и поторопитесь с помощью моей матери на кухне, то все мы останемся живы и здоровы. Профессор! Ну хоть сейчас умерьте ваш исследовательский пыл и помогите женщинам отнести все необходимое в известную вам комнату за родительскими покоями.

- Как насчет того, чтобы предупредить кого-то еще? - Тут же сгенерировал новый вопрос профессор.

Я тяжело вздохнула.

- Нельзя. Вернее, не выйдет. Знание о нападении не должно покинуть этого дома. Нам этого не позволят.

-Кто? - Тут же последовал новый вопрос, и все затаили дыхание.

А я поняла, что больше не в силах что-либо придумывать, но и правду сказать тоже не в состоянии. Поэтому воздела руки к потолку и на выдохе буквально прокричала:

- Всевышний дал мне это знание! И не мне или вам дозволено его ослушаться!

Все в городе уже давно шушукулись о моей необычности, все-таки списать все мои странности и знания на заморского учителя подчас было просто невозможно. Однако, никто, кроме, конечно Миры и тех немногих, кто ее слушал, не приписывал это к чему-то темному и запретному, скорее к некому дару Всевышнего, данному девочке после тяжелой болезни. Думаю, отцу пришлось немало потрудиться, чтобы, так сказать, внедрить эту информацию в массы. Ну да не суть, а суть в том, что дома в это все свято верили, а потому и сейчас, на мое заявление отреагировали так, как я того и добивалась: перекрестились заведенным здесь способом и разошлись выполнять мои поручения.

Собрались мы, конечно, не за десять оставшихся минут, но к тому моменту, как в начале нашей улицы послышались звуки боя, мы все уже сидели в потайной комнате.