Катерина Цвик – Навстречу переменам (страница 3)

- Неужели у пиратов Алого моря такая мощная организация? – Вырвалось у меня.

- Нуу… Я бы сказал, что есть несколько очень сильных группировок, которые осуществляют не только грабежи, но и защиту купцов, которые им за это платят. А уже между этими группировками существует договоренность о ненападении на таких подзащитных. Есть, конечно, и вольные пираты, которым наплевать и на эти группировки, и на их договоренности. Но, как показывает практика, такие индивиды долго не живут.

Честно говоря, я была в шоке от подобных откровений. Все таки я подобного никак не ожидала, ведь те же земные пираты никогда не имели столь мощной организации. Да, были корсары, чьи имена известны  до сих пор, был даже остров Тортуга, который считался вотчиной таких  вот джентльменов удачи, но никогда над всеми этими пиратами не было того, кто смог бы сплотить их в нечто похожее на организацию, которая прямо сейчас рисовалась перед моими глазами. А то, что это вполне жизнеспособное образование, которое функционирует уже не один год – это уже свершившийся факт.

Благодаря откровениям профессора мне отчасти стало понятно откуда у Кирима, нашего старого слуги, были некие связи с контрабандистами, которые помогли переправить из занятого фаргоцианами города моего невольного пациента Саргайла, капитана эльмирантийской армии, которого мы прятали у себя в доме. Однако, не объясняло много других странностей, которыми обладал этот старик. Но сейчас совсем не о нем.

- Тимуран-аха, а как эти самые пираты узнают, что мы под защитой других пиратов? – Задала я вопрос, который сейчас волновал меня больше всего.

- Здесь вступает в дело система флагов и паролей, а также определенных меток, которые нужно предъявить при подобной встрече.

- Н-даа… То есть мы до последнего не будем знать атакуют нас или нет? Все-таки, чтобы предъявить все эти метки и пароли нужно будет сойтись с кораблем пиратов вплотную, но ведь они могут просто наплевать на предупреждения своих…км… коллег из другой части Алого моря!

Профессор недовольно поморщился.

- От этих бандитов можно ожидать чего угодно! Но это не повод впадать в панику. Думаю, капитан рассматривает и такую возможность и сделает все, чтобы быть готовым к любым неожиданностям.

Надо сказать, что Ромич уже давно усмирил свою обиду и с нескрываемым интересам слушал нашу беседу.

- А можно, я хоть одним глазком посмотрю на то, что будет происходить на палубе? – Взмолился парень.

Профессор сделал задумчивое лицо, а потом, как бы не хотя проговорил:

- Ну… Разве только одним глазком… Но если,  пираты будут проявлять хоть какие-то враждебные намерения, мы все тут же вернемся в каюту и забаррикадируемся!

- Да! Да! – Тут же согласились мы со всеми немногочисленными условиями.

А потом дружненько подошли к двери и, приоткрыв ее, выглянули наружу. Смотрелось это все, скорее всего, очень комично: внизу выглядывала моя голова, потом профессора, а над ним уже и Ромича, чей рост был выше всех, - однако на деле нам всем было очень тревожно. Не обнаружив никакой угрозы, мы немного расслабились и бочком, бочком, согнувшись в три погибели, начали красться к бочкам, которые стояли на палубе. К счастью, нашу развеселую компанию никто не заметил и мы благополучно укрылись за их толстыми боками. В этой ситуации больше всего меня удивил профессор! Так как крался наравне с нами и даже кряхтеть по свой извечной привычке перестал! Нет, все-таки он ученый до мозга костей: забывает обо всем, когда задето его любопытство, не зависимо от того к какой области оно прилагается. 

Обзор с нашего ракурса был не ахти какой, но рисковать и перебираться в более удобное место никто из нас не рискнул, ведь если заметят, нам не поздоровится.

Часть матросов выстроились вдоль правого борта к которому подплывала не очень большая, но юркая каракка, а часть разместились на марсах с арбалетами. (Примечание: Марс – площадка на топе составной мачты, где во время боя размещаются стрелки. На парусных судах служат для разноса стень-вант и местом для некоторых работ при постановке и уборке парусов.)

Как-то отец мне рассказывал, что каракка для плавания удобнее каравеллы, однако ее постройка стоила бы ему и его торговым партнерам бОльших денег, поэтому выбор пал именно на это судно. Возможно так оно и было, но за время плавания я уже успела сродниться с Ласточкой, как отец назвал свой корабль, и на приближающуюся каракку смотрела без какой-либо симпатии.

Однажды я спросила у него, почему он назвал корабль именно так. Ведь Ласточка, прямо скажем, не очень характерное название для эльмирантийского или даже туранского  корабля. На что он мне ответил, что когда-то моя родная мать, Аврора, которой уже давно нет на этом свете, рассказала ему, что в детстве ее часто называли ласточкой, так как она была жуткой непоседой, однако, могла надолго замереть на месте, наблюдая за птенцами ласточки, чье гнездо располагалось прямо под козырьком беседки, что стояла у них в саду, а потом также стремительно, как и птицы в нем, выбегала прочь и носилась по саду.

Тем временем, прерывая мои воспоминания, вплотную к борту нашей Ласточки подошел корабль пиратов.

- Эй, на корабле! Я вижу нас встречают! – Раздалось от них.

К сожалению со своего наблюдательного пункта разглядеть того, кто это говорил, как, впрочем, и всех остальных пиратов, было  очень сложно. Разве что тех, что засели с арбалетами на марсах корабля-противника.

- Приветствую вас! – Отозвался отец. – У нас соглашение со Спрутами.  Не думаю, что вам захочется получить от них проблемы. – А потом добавил фразу, которая явно была неким паролем. – Спрут никогда не выпустит жертву из своих щупалец.

- Ну, что за народ! – Зацыкал зубом говоривший пират, который теперь стоял на самом краю борта, и которого мне более-менее удалось рассмотреть. По внешности скорее похож на тализийца. Его темно-русые длинноватые волосы были собраны в хвост, невысокого роста, одет в сероватую рубаху, которая когда-то явно была белой, но утратила прежний лоск, и темные штанах. Завершал его образ удалого капитана корсарского судна темно-красный кушак, опоясывающий талию.

- Неужели мы не можем подойти и просто поинтересоваться как дела у проходящей мимо каравеллы, послушать, что происходит в эльмирантийской стороне, а заодно и попросить показать метку? – Продолжая широко улыбаться белозубой улыбкой без одного переднего зуба, вещал удалец.

Толстого намека не смог бы расслышать разве что глухой. Как объяснил мне позже профессор, были случаи, когда кто-то пользовался флагом пиратской защиты не имея на то оснований, как и паролем, который услышал где-то случайно или выкупил за небольшую сумму. Но вот метку подделать не мог никто, так как ее делал некий одаренный, которой состоял на службе у пиратов. Именно поэтому особенно дотошные или не желающие упустить добычу, требовали помимо прочего показать и ее.

- В Эльмирантии все по прежнему. Воюют. – Говорил отец, доставая из-за пазухи довольно крупный медальон угольно черного цвета, на котором схематично был выбит спрут, изображение которого особенно ярко и неестественно светилось на темном фоне. В общем, перепутать амулет с каким-либо другим было просто не возможно даже на расстоянии.

Судя по звуку, главарь пиратов сплюнул и со злостью заявил.

- Какие сейчас все предусмотрительные! Аж тошно, правда, ребята? – Те самые ребята тут же поддержали главаря дружным воем. - Здесь не вотчина Спрутов! Однако, мы чтим пиратские законы и не будем брать вас на абордаж, но! Мы ребята вольные и Спрутам не подчиняемся! А потому или платите за проход нам или…

Гаденький смешок со стороны пиратского корабля ясно говорил о том, что последует за этим «или». Только даже я слабо верила, что эти пираты удовлетворятся простой платой.

На Ласточке все ощутимо напряглись, а отец как-то очень жестко улыбнулся, глядя в глаза пиратского капитана и проговорил:

- Видишь ли, достопочтенный капитан вольных пиратов, на этот случай глава Спрутов лично вручил мне подарки, которые я должен буду отдать такому вот смелому и «чтущему» пиратские законы.

И отец быстро откинул крышку небольшого сундучка, который ему очень ловко и как-то незаметно поднес Сакол.

На дне сундучка лежало три аккуратно запаянных сосуда, при взгляде на которые у пирата явно не нашлось слов, чтобы прокомментировать увиденное.

- У каждого матроса на марсе имеется по несколько таких сосудов, а факелы для зажигательных стрел уже горят. Объяснить, что будет, если хотя бы один такой подарочек попадет на вашу каракку?

Со стороны пиратского капитана раздался нервный смешок. А я невольно задрала голову в поисках наших матросов на мачтах.

- Ну, зачем же так сразу Огонь глубин доставать? Вы должны знать, что за такие игрушки делают пираты с капитанами, которые решились их применить.

- Более того, я даже собственными глазами это видел. – Спокойно ответил отец. – Но эти, как вы выразились, игрушки, дал мне лично Спрут, как и разрешение при необходимости их использовать.

- А вы, оказывается, очень нужный человек, раз о вас так пекутся. – С непонятной интонацией то ли угрозы, то ли подобострастия, то ли боязни, проговорил пират.

На это отец лишь выразительно промолчал, чем еще больше добавил весомости своим словам.