Катерина Цвик – Навстречу переменам (страница 2)
Стоит также отметить, что Ромич впитывал в себя всю эту морскую романтику с не меньшим энтузиазмом.
Поэтому попробовав насвистывать себе под нос, я поняла, что это очень веселое занятие! Которое не пристало ни девушке, ни дворянину, но дававшее мне возможность насвистывать под нос все, что угодно.
А однажды, начищая на камбузе и так уже блестевший колокол, который использовался для созыва команды на прием пищи и просто для отсчета времени, я насвистывала под нос незатейливый мотивчик земной песни «Don’t worry be happy” Bobby McFerrin. Очень уж атмосфера способствовала: тишина, закат, мерный плеск волн за бортом и тряпочка в моих руках, которая совершает поступательные движения по медному боку колокола. Внезапно, я услышала неожиданный оклик Рената, нашего кока.
- Эй, малец, ты чего это там такое насвистываешь?
- Эээ. – Не сразу сообразила я, что ответить. – Так это, в голову пришло и насвистываю. Под настроение пришлось просто.
Кок на это хмыкнул:
- Под настроение пришлось, значит… А еще раз можешь?
- Могу. – Тут же отозвалась я и, повесив колокол на его законное место, приступила к насвистыванию.
В глазах еще довольно молодого кока появились озорные искорки, и я решила разнообразить выступление и запела, стараясь перевести на эльмирантийский незамысловатые слова, перевод на русский язык которых, мы когда-то всей группой заучивали, чтобы поздравить нашего куратора с днем рождения. Все таки иногда ей нужно было очень много терпения, чтобы совладать с целой оравой девчонок, ряды которых разбавляло лишь три парня. Невольно, я вошла в раж и начала приплясывать, помогая себе руками и приставляя шаг.
По глазам и улыбке кока было видно, что я нашла благодарного слушателя. Все-таки в море с развлечениями совсем туго, а тут я со своим: «Расслабься! Будь весел!». Признаться, будь я сейчас в глазах этого кока Лейлой, может и не решилась бы вот так петь и практически танцевать перед чужим по сути человеком. Маска же Лея давала мне подобную возможность, ведь это как бы и не я выступала, и если кому-то что-то не понравится, то и смеяться будут вроде бы как не надо мной. Все таки наличие маски раскрепощает человека, и мне представилось на собственном опыте в этом убедиться.
- Еще! – Раздавшийся за спиной крик, даже заставил присесть от неожиданности.
Обернувшись, я увидела, что на палубе собрались практически все обитатели корабля. Чуть в сторонке стояли отец, сдерживавший улыбку, профессор и Ромич, которые наоборот, улыбки сдерживать и не думали.
Поначалу я оробела, но в маске я или нет? Поэтому повторение на бис стало еще красочнее, так как я придумала целый танец с прихлопываниями и притопываниями.
Ну, что сказать, в этот вечер на корабле ни осталось ни одного человека, который бы не выучил и незамысловатую песню и танец. А Леем с тех пор меня не называл уже никто, так как прозвище «маленький бард» или просто «Бард» приклеилось до конца плавания намертво.
А на следующее утро мы увидели на горизонте корабль.
До Тализии оставалось еще дня три пути и подобную встречу вряд ли можно было назвать редкостью, однако команда корабля насторожилась.
Признаться, мы с Ромичем отнеслись к судну, которое шло нам на встречу на большой скорости, без каких либо опасений, однако, видя, как по мере его приближения забегала по палубе команда, поняли, что чего-то не понимаем.
Попытавшись, было, остановить одного матроса и спросить, отчего все такие взбудораженные, получили короткий ответ:
- Пираты.
После чего все тот же матрос на бегу крикнул:
- Спрячьтесь в каюте, сейчас будет жарко!
Разумеется сказал он все это немного в другой форме, но суть я передала верно.
Вопреки этому наставлению, мы с Ромичем переглянулись и побежали на капитанский мостик, где с подзорной трубой уже стоял мой отец в сопровождении своего бессменного боцмана Сакола.
- Ратмир-аха, это правда пираты? – Выпалили мы наперебой с Ромичем.
Отец непроизвольно поморщился от нашего взволнованного хора. Но ответил за него боцман.
- А вы почему сюда прискакали? А ну брысь в каюту к профессору! И что б я вас на палубе не видел до тех пор, пока сам искать не стану! Все понятно?! – Насупив брови и сверкнув глазами проговорил он.
Спорить мы даже не пытались, зная крутой нрав боцмана. А потому, бросив прощальный взгляд на отца, я шустро поспешила за Ромичем в каюту.
Вслед нам послышался его голос:
- Ромич, ты в ответе за Лея. Не высовывайтесь!
Признаться, таким собранным и, даже не знаю как объяснить, немного чужим, непохожим на того, каким я его привыкла видеть, я наблюдала отца впервые. А потому, вбежав в каюту, была взволнована, как никогда.
- Профессор, там пираты!
Наш обеспокоенный возглас не возымел на профа, который корпел над какой-то картой, такого интереса, на который мы рассчитывали.
- Н-да? Надо будет посмотреть.
- Профессор! – Возмутилась я подобной реакции. – Там пираты! Нас всех могут убить или захватить!
- На все воля Всевышнего! – Ответил на это проф и провел ладонями вдоль лица, соединяя их под подбородком. (Примечание: Данный жест, проведение раскрытых ладоней вдоль лица и соединение их под подбородком, – это аналог того, как крестятся христиане.) – Но я все же надеюсь, что Ратмир-аха со своей командой с ними справится.
- Но как?! - Уже в панике прокричала я.
Профессор, наконец, отложил изучаемую карту и, тяжело вздохнув, посмотрел на нас.
- Лейла, вот скажи, чем ты можешь помочь в данной ситуации?
Я заметалась по маленькой каюте, понимая, что я-то как раз ничем помочь и не могу!
- Вот. – Проговорил на это он. – И я о том же.
- А я! – Возмутился Ромич. – Почему меня отправили в каюту, когда я могу быть там! Я уже взрослый мужчина!
- Конечно, взрослый. – Не стал спорить с ним профессор. – Только скажи мне, как хорошо ты умеешь обращаться с оружием? Может, тебя кто-то учил обращаться с саблей или копьем? А может, ты владеешь каким-то другим средством защиты и нападения, о котором я не знаю?
Профессор бил по самому больному месту парня. Дело в том, что хотя Шалем и был мирным торгово-рыбацким городом, но всем мальчикам, достигшим двенадцати лет, возраста первого взросления, как считается в Эльмирантии, их отцы или родные вручали им нож, больше в моем представлении похожий на тесак, которым они учились пользоваться для своей защиты, и который с тех пор принадлежал только им. Сабля, правда, вручалась лишь тем, кто занимался с мастером лет с шести-восьми. Но, как вы понимаете, рабу, коим Ромич был до недавнего времени, такой роскоши, как оружие, не полагалось вовсе, если он изначально не воспитывался как раб-защитник в определенном питомнике.
А потому он сейчас бессильно сжимал и разжимал пальцы, изо всех сил сдерживая бушующую в нем ярость.
- Я вовсе не хотел обидеть тебя, Ромич. Я лишь указал тебе, что сейчас ты не сможешь принести пользы там, на палубе.
- А здесь! Чем я тогда смогу помочь здесь! – Почти прокричал он.
- А здесь ты сможешь сохранить свою жизнь, чтобы впоследствии не оставить Лейлу одну и, если получится, ее спасти.
На парня было жалко смотреть. Весь его вид говорил о том, что он хочет находиться там, рядом с остальными моряками и защищать корабль пусть даже и ценой собственной жизни. Но разум принимал и тот факт, что профессор совершенно прав. А потому, он с силой ударил кулаком о стену каюты и сел на койку, при этом обхватив себя руками и отвернув голову в бок так, чтобы мы не видели его глаз.
Профессор на эту пантомиму лишь покачал головой. А я прочитала в его глазах: «Эх, молодость, молодость…» Но вслух он сказал совсем другое.
- Но, как мне кажется, никакой битвы не будет.
- Как это не будет? – Удивилась я.
- Видишь ли, твой отец уже не один год бороздит эти моря. Хотя, если быть точным, то в воды между Эльмирантией и Тализией он заходил довольно редко, а вот между Эльмирантией и Туранией бывал часто. Что характерно, я ни разу не слышал, чтобы на него напали пираты, хотя доподлинно знаю, что в тех водах их предостаточно. Так вот, напрашивается вопрос: чем вызвано подобное везение? – Сказав это, профессор замолчал и посмотрел прямо на меня.
- Неужели отец тоже пират? – Сказала я самое первое, что пришло в голову. Правда, немного подумав, я мотнула головой, отгоняя подобную несуразицу. – Нет, не может быть!
- Это действительно не верное предположение. – Согласился профессор. – На самом деле все гораздо проще. Он платит пиратам определенную пошлину. А взамен получает от них защиту.
У меня даже рот открылся от подобного заявления.