Катерина Ромм – По краю земли (страница 49)

У стены, вжавшись в скамью и обняв руками миску с дымящимся бульоном, сидела Венда!

Да, она что‐то сделала с волосами и её фигуру было не рассмотреть под слоями одежды, но Винтекью не мог не узнать любимый профиль.

– Венда! – воскликнул он.

Девушка вскинула глаза, нахмурилась. Изматывающее путешествие наверняка сказалось на внешнем виде Винтекью: он давно не был у парикмахера, брился в чёрт знает каких условиях, всё время проводил на ногах. И всё‐таки она тоже признала его, ахнула – и отвернулась.

Лишь тогда Винт заметил рядом с ней худощавого бледнолицего… скорее парня, чем мужчину. Странно – по доносам Грацана он совсем иначе представлял себе похитителя Венды. Но сейчас это не имело значения. Бледнолицый выглядел зловеще: два тёмных провала вместо человеческих глаз, чёрные кудри топорщатся во все стороны, будто колючий кустарник. Тип насторожился, заметив Винтекью.

Виконт снова посмотрел на Венду. Поникшие плечи, полуоткрытый в гримасе боли рот, впавшие щёки… Что этот мерзавец с ней сделал?

– Что ты сделал?! – прорычал Винтекью, бросаясь к их столу.

Венда отпрянула и опустила голову, а бледнолицый вскочил с места, тяжело дыша, и загородил девушку.

– Ты заплатишь за всё, ты не выйдешь отсюда живым! – кричал Винт. – Венда, ты…

– Где Фелтон?

Знакомый голос резанул ухо, однако Винтекью был слишком поглощён сценой, чтобы обращать на него внимание. И он бы не обратил, если бы не девушка – она поднялась со скамьи и уставилась куда‐то за спину виконта. Винтекью обернулся.

– Меркус? – растерянно спросил он. Голос сорвался и прозвучал на два тона выше обычного.

Слуга не удостоил его ответом. Меркус смотрел на Венду, иногда перескакивая взглядом на бледнолицего.

– Мы не знаем… в горах… он потерялся… мы не нашли… – Венда бормотала неразборчиво, вполголоса. Это было совсем на неё не похоже!

Что, если этот урод её отравил? Спутал сознание? Только так можно было объяснить поведение бедняжки. Винт прищурился, чувствуя, как ярость наизнанку выворачивает его лёгкие, сбивает дыхание, заставляет судорожно глотать густой вонючий воздух.

– Стража! – рявкнул Винтекью и завертел головой по сторонам. Против ожиданий, никто не бросился на подмогу.

Тогда Винт расстегнул сюртук, выхватил револьвер и наставил оружие на бледнолицего.

– Вы сейчас пойдёте со мной, – холодно сказал виконт. – Кто у вас тут… стража… жандармы…

– Вы спятили, да? – Бледнолицый был на удивление спокоен. – Вы вообще кто?

– Погоди! – Меркус грубо оттолкнул руку Винтекью и встал между ним и незнакомцем. – Венда не хочет с вами идти, разве не видно? Оставьте её в покое.

– Не смей произносить её имя! – прошипел Винт и тут же направил револьвер на бородача. – Лучше займись делом! Позови стражу, немедленно!

– Не буду я никого звать, – упрямился слуга.

Винтекью задохнулся от возмущения. Гнать за такое в шею! Наглец не получит ни единого ариона!

– Ждёшь, пока я выстрелю?

Меркус покачал головой, быстро обернулся к Венде и бледнолицему и будто изменился в лице. А потом… Винтекью не успел понять, как такое могло произойти: Меркус вытянул из кармана сюртука платок и аккуратно повесил на дуло револьвера.

– Угу, решим между собой честь по чести, – сказал он, потирая бороду. – Я вызываю вас на дуэль, виконт.

Винтекью распахнул рот и застыл.

– Болван! – выдавил он, снова не своим голосом. Подумал мгновение и всё‐таки сорвал тёплый шарф, нехотя сдёрнул с шеи шёлковый платок и швырнул его Меркусу в лицо: – Ты не смеешь заигрывать со мной, жалкий простолюдин.

– Я не заигрываю, – мрачно отозвался Меркус. – Просто не вижу другого способа избавиться от вашего назойливого общества. Дуэль – это обещание, это сделка. Три выстрела, и если все мимо, то каждый пойдёт своей дорогой. У меня есть честь, виконт, хоть я и жалкий простолюдин. А у вас?

– Да я же бросил, уже бросил тебе платок! – Винтекью ткнул пальцем в алеющую на полу ткань.

Меркус кивнул и скинул с плеч дорожный саквояж с вещами Винтекью.

– У вас вроде есть запасной револьвер, да? Сейчас достану. – И он принялся щёлкать застёжками.

Когда они вытянули жребий, Винтекью выпало стрелять первым. Он торжествующе ухмыльнулся. Слава Ангелу! Правда на его стороне.

У наглого мужлана из Ельны не было своего оружия – неудивительно. Винтекью с демонстративной любезностью позволил ему выбрать из двух дорогих ангорских револьверов. Револьверы были совершенно одинаковые, и Винтекью хотелось доказать, что он действует честно.

Они вышли за пределы деревни – в Ориендейле, кажется, даже не знали, что такое дуэли, и потому не запрещали их, но было безопаснее стреляться вдали от людей. Бледнолицый воткнул в снег палку, от которой Винтекью и соперник отсчитали двадцать пять шагов. Венда, всё такая же вялая и обессилевшая, оказалась далеко, и Винт старался не смотреть в её сторону, чтобы не отвлекаться. Он хорошо стрелял: в Ангоре его, конечно, учили и стрельбе, и фехтованию. Чего ждать от Меркуса, он не знал.

– Готовы? – крикнул бледнолицый.

Винтекью крепче сжал в руке револьвер и кивнул в знак согласия. Меркус замер в ожидании. Можно было начинать.

Можно было начинать!

Винт вытянул руку. Покачал головой. Рука дрожала.

Он попытался представить на месте ельнца мишень. Но тот, как назло, не стоял смирно. Переминался с ноги на ногу, чесал бороду… Он совсем не походил на мишень.

Винтекью закрыл глаза – будь что будет! – и резко нажал на курок. Выстрел был отвратительный, он отлично это понимал, зато с сердца словно бы рухнул булыжник. Винт открыл глаза ещё до того, как бледнолицый завопил «мимо».

Теперь настала очередь Меркуса. Винтекью снова стало страшно, но это был уже другой, оправданный страх за собственную жизнь. Виконт в напряжении смотрел на ельнца, готовый при малейшем шорохе ринуться на землю, закрыть голову руками… Но нет, это было запрещено. Оставалось только стоять и ждать. Стоять и ждать…

Он вздрогнул, когда раздался выстрел. К горлу подкатил ком, и Винтекью невольно закашлялся. Меркус, будь он неладен, выстрелил в небо! Вытянул руку вверх и выпустил свою чёртову пулю в никуда!

Винтекью почувствовал, как трясутся колени. Ещё не хватало рухнуть в снег у них на глазах! Венда смотрела на него – он ощущал на себе её пронзительный взгляд.

Снова его очередь. Он поднял оружие, уставился на бывшего слугу… и понял, что ему, Винтекью, теперь всё равно. Наверное, потому Меркус и выстрелил вверх? Может, ему тоже было всё равно? Удивительное ощущение лёгкости и безразличия ко всему на свете захлестнуло Винтекью. Словно с высоты своего превосходства на него обрушилась волна и утянула на дно, где он уже задохнулся – и мучительная боль стихла, оставив после себя совершенный покой. Винтекью подумал о маме, улыбнулся и выстрелил.

Этот выстрел был хорош, во много раз лучше предыдущего. Но Меркус всплеснул руками и проорал: «Опять промазал, виконт!»

Винтекью стиснул зубы. Теперь он вошёл в раж.

θ

Венда на секунду зажмурилась, надеясь, что сумеет проснуться. Но когда она открыла глаза, всё было по-прежнему. Меркурус, этот легкомысленный идиот, который сначала делает и только потом думает, снова обратил дуло к небу. Венда собралась – и вырвалась из дрожащих рук Айлека. По колено утопая в размокшем от дождя снеге, она бросилась к Винтекью.

Он заметил её. Опустил револьвер и даже расплылся в подобии улыбки. Кретин!

Венда с разбегу толкнула его в грудь и дала ледяную пощёчину. На одно короткое мгновение ладонь обожгло теплом гладко выбритой щеки. Винтекью перехватил её руку, когда она попыталась ударить его снова, и удивлённо уставился на Венду.

– Что… ты… здесь… забыл?! – тяжело дыша, прорычала Венда.

Ангел, у неё ведь так мало сил! Она истратила всю себя, излила слезами без остатка за последние дни. Проще было отвести глаза и не вмешиваться: пусть разбираются сами. Но ведь они убьют друг друга! Винтекью убьёт Меркуруса! Она не могла допустить, чтобы кто‐то снова… чтобы кого‐то не стало… из-за неё.

– Зачем? Он стрелял в небо, разве ты не видел? Как ты мог?!

– Но ведь правила… – пробормотал Винтекью.

Венда вырвала руку и отпрянула от него.

– Нет таких правил, Винт! Наши правила – это добро и справедливость! Он стрелял в небо, а ты… ты как твой отец!

В его глазах промелькнула тревожная искра. Он нахмурился.

– Меня не нужно спасать, понимаешь?! Зачем ты вообще меня искал? Проваливай! – Венда резко втянула холодный воздух и закашлялась.

– Я всего лишь хотел спросить… – Винтекью сделал шаг в её сторону.

Она предупреждающе вскинула руки.

– Ненавижу тебя, – прошептала Венда. Тихо, но он, кажется, услышал.

Парень дёрнулся, выронил револьвер и бухнулся на колени в снег, чтобы его поднять. Он отворачивался от Венды и прятал лицо. Неужели плакал? Венда закатила глаза. Она злилась не на Винтекью – вернее, не только на него. Она злилась на целый мир, который её подвёл. Мир оказался вовсе не добрым и совершенно не справедливым. Иначе бы Фелтон…

– Постой! Возьми, вот. – Винтекью приоткрыл свой саквояж и принялся перебирать вещи. – Сейчас достану…

Венда покачала головой и пошла прочь.