Катерина Ромм – По краю земли (страница 42)
– А вы кто? – встрял Фелтон.
– Учителя печально знаменитой ельнской школы. Это у нас одно крыло «на реставрации» и протекает крыша. – Молодая женщина цокнула языком и развела руками. – Я директор этого заведения, Олешка из Ельны.
– Вы были кандидатом на летних выборах! – вспомнил наконец Эргард.
– Да, – улыбнулась Олешка. – Но меня не выбрали. Что ж, я признала поражение – раз такова воля народа. Хотя уже тогда зародились сомнения… Теперь же мы видим, что воли народа здесь не было и нет.
– А где она есть? – пробормотал маленький рыжеволосый философ.
– В Ориентале, – сказала Венда и сжала руку Фелтона. – Герра Олешка, что вы собираетесь делать дальше? Напишите старейшине Ориендейла! Он примчится, чтобы во всём разобраться, и наверняка соберёт совет.
– Вы думаете, только совет может отстранить Родевиша от власти? Но почему мы должны ждать кого‐то со стороны, чтобы разобраться в том, что происходит в нашем округе? Это наше дело, и мы справимся самостоятельно. Верно?
Олешка оглянулась на коллег, и многие поддержали её утвердительным кивком. Что ж, учителя школы явно верили в свои силы больше, чем Эргард. Он и подумать не мог до сегодняшнего дня, что решится противостоять избранной власти. Всё, что он умел, – это ворчать на Родевиша в собственной кухне, пока никто не слышит…
– Нет, вы не понимаете! – горячо воскликнула Венда. – А вдруг такое происходит не только в Ельне? Задача старейшины Ориендейла – заботиться обо всей стране! Поэтому отец должен знать. А вы можете Родевиша хоть на костёр отправить, если хотите.
Олешка усмехнулась.
– Ещё дрова на него переводить. Пусть лучше наказание будет соизмеримо преступлению. И с вашей поддержкой мы могли бы…
Венда тут же отступила на шаг и подняла руки, словно обороняясь.
– Ну уж нет! Я больше в этом не участвую. Мы просто пришли освободить своих друзей, вот и всё. Лучше подскажите, как это сделать? Сколько там охраны?
– Кхм, уже намного меньше, чем несколько минут назад, – подал голос высокий мужчина в клетчатом сюртуке и круглых очках. – Они бегут через чёрный ход.
– Что, ты серьёзно? – Олешка хлопнула в ладоши. – И это наши стражи порядка! Браво!
– Надеюсь, с ребятами всё в порядке…
Эргард и Венда скрестились взглядами, и сложно было сказать, что творится в душе у девочки. Фелтон рванул к крыльцу, но Эргард вовремя ухватил его за плечо:
– Погоди! Сначала убедимся, что там безопасно. Потом вытащим Меркуруса и Айлека, вернёмся домой, заварим чай и придём в себя, договорились?
Фелтон нервно кивнул и покосился на Венду.
– Нам можно остаться? Я думал… раз старейшина Ориендейла приедет в Ельну, Венда не захочет…
Венда прикрыла глаза. Она из последних сил стояла на ногах.
– Сейчас вы точно никуда не пойдёте, – решил Эргард. – Разгар зимы, в конце концов! Вы мне в доме не мешаете – живите спокойно. А не захочешь встречаться с отцом, Венда, значит, так ему и передадим, согласна?
Она тепло улыбнулась, и Эргарду показалось, будто целый мир улыбнулся вместе с ней.
– Вы самый лучший взрослый из всех, кого я знаю, гер Эргард! – сказала Венда.
Это была незаслуженная похвала, особенно после той неприглядной правды, которую он понял про себя на Лидожской улице. Венда, Фелтон, герра Олешка – все были смелее, честнее его. Но спорить было глупо, поэтому Эргард лишь прижал ладонь к груди и почтительно склонил голову перед дочерью старейшины.
ια
Запястья онемели и кожа горела, будто он держал руки над костром. Он поджаривался на нём медленно, преступно медленно… Меркурус тряхнул головой, пытаясь остаться в сознании. Всю ночь он простоял в углу затхлой камеры и уже не чувствовал ног.
Айлек спал, скрючившись на дубовой скамье. Ему позволено было спать – в отличие от Меркуруса, его не приковали к решётке на окне за яростное сопротивление стражам. Но Меркурус легко простил ему эти привилегии. Что взять с травника? Айлек даже самодовольной девчонке не смел перечить. Ей захотелось развлечься за чужой счёт, а тот и рад сплясать под чужую песню!
За дверью всё утро слышался гам – наверное, стражи готовились к визиту старейшины. Меркурус ожидал, что суд пройдёт прямо в участке: вряд ли немытых пленников повезут для этого в роскошные хоромы Родевиша. Судя по звукам, не меньше дюжины человек суетились и спорили, хлопали дверьми и стучали сапогами. Что они там затеяли, генеральную уборку?
Меркурус всё‐таки провалился в мучительную полудрёму, упёршись коленями в холодные камни, когда дверь вдруг распахнулась. Айлек мгновенно подскочил, будто ему дали пощёчину.
– На выход, – буркнул страж, сунул Айлеку его сюртук и повернулся к Меркурусу. – И ты тоже!
– Уже бегу, – съязвил Меркурус.
Страж со свистом выпустил воздух и загремел ключами. Он тщательно подбирал нужный, потом примеривался, с какой стороны лучше подойти к замку, словно опасался, что Меркурус его лягнёт. Айлек ждал, вцепившись в дверь. Бледное пятно на фоне тёмного провала.
– И куда вы нас? – Меркурус дёрнул рукой, желая поскорее вырваться из проклятых наручников.
– На выход, – повторил страж и, щёлкнув замком, тут же отпрянул.
Соблазн вмазать ему был велик, но Меркурус решил не усугублять своё положение. Он проследовал за Айлеком, не глядя на вжавшегося в стену стража.
Что ждало их снаружи? Ещё один допрос? Старейшина собственной персоной? Меркурус и Айлек миновали коридор и вышли в зал. Бюро стражей совершенно опустело – ни души. Распахнутую дверь в следующее помещение подпирала табуретка, и ветер зловеще шелестел брошенными на столе бумагами. Там, где Меркурус вчера разбил одному из стражей нос, на полу ещё виднелись небрежно затёртые следы крови.
– Что это значит? – Айлек растерянно потёр лоб.
И тут в зал заглянула Венда.
Она отвратительно выглядела: под глазами синяки, волосы невнятного оттенка спутались, чужой сюртук доставал ей до колен. Но несмотря ни на что, она ещё имела наглость улыбаться.
Вот только Меркурус отказывался верить этой улыбке. Внутренности будто пронзило молнией, и он замер на месте. Казалось, одно неосторожное движение – и всё в нём рухнет, рассыплется пеплом от горечи и злости.
– О, Айлек! Марк! – Девчонка бросилась к ним и на несколько секунд повисла на шее у травника, а потом отстранилась и повернулась к Меркурусу.
Он поспешно выставил руку, не давая ей приблизиться. Венда тут же нахохлилась.
– Ты чего? Мы же освободили вас, не понимаешь, что ли? В городе сейчас…
– Ничего не понимаю и не хочу понимать, – отрезал Меркурус. – Это ты втянула нас в это дерьмо, Ирма!
Венда выпучила серые глаза.
– Что ты сказал?
– Ты слышала. Не собираюсь повторять.
– Это несправедливо, Марк! – прошипела девчонка.
– Жизнь обычных людей вообще несправедлива. Не знаю, когда уже до вас, пресветлейшей аристократии, дойдёт. Кому был нужен этот цирк со старейшиной, скажи? Тебе ведь просто было скучно! – Меркурус шумно выдохнул, но успел продолжить прежде, чем она вставила хоть слово: – Вот только за решёткой почему‐то оказались мы с Айлеком. Какая неожиданность! Может, это потому, что её величество принцесса привыкла прятаться за чужими спинами? И не готова отвечать за всю ту ахинею, что совершает?
Её перекосило. Кажется, она бы сейчас с огромным удовольствием плюнула в него ядом, если бы умела, или набросилась с кулаками. Однако это не имело смысла – Меркурус возвышался над ней на целую голову. Он видел, как она скользнула взглядом по ссадинам на его лице и красным пылающим запястьям и попятилась.
– Я смотрю, тебя так бесит моё общество…
Ответ был очевиден, и всё же Меркурус решил уточнить, чтобы у неё не осталось сомнений:
– Да, очень. Сделаешь одолжение? Убирайся из моего города.
– Это не твой город, – зло выпалила Венда, – и даже не твоя страна!
– Плевать. Если не свалишь по-хорошему, Ирма, я найду, как от тебя избавиться.
Голову пронзила боль, словно в левый висок ткнули раскалённой кочергой. Меркурус пошатнулся и схватился за ближайший стол. Никто его не поддержал.
– Охотно верю, придурок, – сквозь зубы процедила Венда и сложила руки на груди. Щёки её алели, как два помидора. Никогда ещё Меркурус не видел таких красных щёк. – А мы и не собирались здесь задерживаться. Думаешь, я желаю спать с тобой под одной крышей? Завтра мы уйдём.
– Скатертью дорожка, чем раньше, тем лучше, – бросил Меркурус и искоса взглянул на Айлека. Тот вообще их не слушал: травник оцепенел, уставившись в пустоту. – Ты хоть переводы закончила или снова бросишь недоделки? Пусть другие за тебя отдуваются, да?
Венда широко распахнула глаза.
– Знаешь, Марк… Мне казалось, я начинаю тебя понимать, и вот…
Она закусила губу. Меркурус отвернулся. Даже смотреть на неё было тошно.
Тошно, тошно, тошно!
– …я действительно поняла. Ты – сплошное разочарование. Не только для меня. Для всех вокруг. – Венда фыркнула и вышла из бюро.
Меркурус сжал кулаки и с трудом задавил в себе крик. Она была права! Кто он? Пустое место, мастер без мастерской, без денег, без будущего. Хромой неудачник, неспособный позаботиться о больной матери. И нервы ни к чёрту! Уже сейчас он на грани и не выдерживает напряжения. Что будет дальше?