Катерина Колесница – Бес. Будешь моей (страница 4)

– Что именно, Лид?

– Все. Все эти дурацкие правила, традиции, посты, предписания, служения. Это не для всех. Пусть этим занимаются те, кто хочет, кому это нравится, по душе. Почему я должна им следовать?

Кажется, что мой прежний мир начинает стремительно рушиться, словно среди белого дня чистое небо разрывает молниями. Хотя нет, не начинает, не кажется. Уже рушится. Как все это остановить?

– Я хочу жить так, как мне нравится. И я это сделаю, вот увидишь! И очень скоро!

– Лида! – оседаю на край кровати, пораженная словами младшей сестры.

Глава 4

(Роман)

После пар торможу возле школы, чтобы забрать мелкого.

– Твою ж мать, Ярик, – рычу, увидев, что брат идет, волоча за собой рюкзак. Бомбер абы как завязан на бедрах. Губа разбита.

Открыв дверцу, плюхается на сиденье.

– И че это? – рявкаю на него.

– Ничо, не агрись, поехали давай.

– Ты мне, блять, так не дерзи, – заряжаю мелкому подзатыльник. – Че за нахрен, спрашиваю?

– А сам не допираешь? – скалится, но под моим взглядом быстро тухнет. – Да там, пришлось одному тюбику на пальцах объяснять, как надо с девочками разговаривать.

– За девчонку, что ли, вступился? – уже без агрессии уточняю.

– Типа того.

– Ладно, поехали, – выкручиваю руль и выезжаю на дорогу.

Просто так кулаками махать, как говорит Петрович, и я не люблю. Просто обстоятельства вынуждают защищать свои права и интересы. А иногда это просто вынужденная мера. Поэтому ругать Ярослава за то, что он за девчонку вступился, конечно же не стану. Слабый пол на то и слабый, чтобы их защищать. Все правильно он сделал.

– Давай только без глупостей. Больше никаких драк в школе, понял? Волкову это не понравится, знаешь же.

– Угу, – гундосит себе под нос.

– И губу вытри, там в бардачке салфетки.

Приезжаем домой. Я сразу загоняю тачку. Сегодня уже никуда не поеду. И так уже сутки не спал. План пойти в душ и завалиться спать.

Но мои планы корректирует Волков.

– Сюда, оба, – без лишней суеты подзывает к себе в кабинет.

Он никогда не орет. Но авторитет имеет. Причем, не только у нас с Яриком. У него свой бизнес, автосервисы на Технической, какие-то дела с перевозками и мы. Волков уже пять лет, как наш опекун. Он родственник по материнской линии. Поэтому после гибели родителей, взял под свою опеку. И по завещанию отца распоряжается еще и его бизнесом, пока мне не исполнится двадцать один, а Ярику восемнадцать. Такова отцовская воля, как оказалось. Охренеть просто. До сих пор не могу понять такого поступка отца. Все ведь отписал не сыновьям, а родственнику. Короче, здесь что-то не чисто. Но докопаться до истины никак не могу. Отец был не глупым человеком, точно не повелся бы на разводилово. Однако подпись в документах действительно его. И факт, что всем нашим теперь заправляет Волков, дико бесит. Вот с какого хера, спрашивается, если мне уже есть восемнадцать?

В особенности мне жалко нашу турбазу, там крутые тропы. Тем более, что она популярна и зимой и летом. Я помню, как родители нас мелких туда раньше возили. Круто было. С тех пор бываю там крайне редко. Почти никогда. Там все напоминает о тех хороших днях, которые были в моей жизни. И которых никогда больше не будет. Заправляет базой, естественно, тоже Волков. Я поднимал этот вопрос, но он четкого ответа не дает.

– Руки мне на стол ладонями вниз, – командует нами Волков, не повышая голоса.

Ярик понял, что дело паленым запахло, но делает, как велено.

– Ты тоже, Роман, – не обделяет и меня своим тяжелым взглядом.

Да твою ж мать. Вздохнув, нехотя, но все же показываю костяшки, но на стол ладони не кладу. Много чести. Пресмыкаться перед ним я никогда не буду.

– Объяснитесь, – требует. – Ярослав?

– В школе терки. Один токсик девчонку хейтить начал, рамсы попутал, пришлось…

– Ярослав, – прерывает его, сидя в своем кресле Волков. – Тоже самое, но человеческим языком.

– Да блин, я че вам аристократ? – возмущается мелкий.

– Я жду, – безапелляционно чеканит Андрей, мать его, Богданович.

Ярик вздыхает, но все же подчиняется.

– Одноклассник начал девочку задирать, за волосы дергать, обзывать. Я вступился за нее. Дело до драки дошло. Так яснее?

– Роман? – переводит взгляд на меня, удовлетворившись ответом Яра.

– Что? – реально не понимаю. И мне что ли отчитываться? Я вообще-то уже не ребенок.

– Почему костяшки сбиты?

– Я на допросе что ли? – сую руки в карманы и с вызовом вскидываю подбородком.

– Нет, но объясниться все же придется. И пока даже без санкций.

Решил надавить? В его характере. И я бы никогда не прогнулся даже под него, но чем все это закончится, уже знаю, не первый раз сталкиваемся во мнениях.

– Давно было, еще несколько дней назад, – нехотя отвечаю. Не отстанет же.

– Подробности.

Да блять. Не скрывая вздыхаю. Но все же отвечаю:

– Недалеко от колледжа сцепился с одним. Инициатором был не я.

Бесит, падла. Какого лешего он вообще лезет в мои дела?

– С кем сцепился?

Но Волкову врать не получится. Я не знаю, каким шестым чувством он обладает, но ложь считывает на раз-два. И методы борьбы у него с ложью и остальным вполне примитивны, но не особо приятны. И я бы даже сказал, вполне действенные. Может жалования лишить, или тачку, например, забрать. Мою тачку!

– Из зеленых кто-то.

– Твою мать, – тихо, но грубо. – Я просил не связываться с ними?

Просил. Не раз даже. Ну а хрен ли они сами нарываются? Я сам на рожон не лезу, только ответки кидаю. Ну, в основном.

– Предупреждаю последний раз. Иначе заберу машину. Так доходчивее, надеюсь, звучит моя просьба?

– Вполне, – выплевываю.

Тачку он заберет. Это моя тачка, вернее отца. Заберет он, блять. Но приходится промолчать, потому что он реально заберет. И это бесит. Все, сука, уже бесит!

– Свободны.

Молча выходим из кабинета любезнейшего Андрея Богдановича. Перед тем, как завалиться спать, выхожу во внутренний двор и закидываю в рот сигарету. Вообще не понимаю, что всем от меня надо. Каждый, мать его, хочет мозги вправить. Волков в особенности. Возомнил из себя батю. Задолбал уже. И я бы давно плюнул на его манию величия и смотался куда-нибудь подальше, если бы не младший брат. Его я не могу бросить.

– Мне тоже дай, – выходит за мной Ярик и тянет руку.

– Облезешь, мелкий еще дымить.

– Ага, конечно, – скалится. – Можно подумать ты только в прошлом году закурил. А я прям и без этого не найду.

– Отвали, Ярик, – отмахиваюсь от него.

– Как знаешь. А я хотел за бои перетереть. В курсе, что в “Неоне” завтра махач будет?

– Я-то в курсе. А ты откуда знаешь?

“Малиновый неон” самый популярный клуб в нашей части города. Он хоть и малиновый, но явно не для деток.