Катерина Алейн – Снежная Тихоня (не) для Беса (страница 4)
Если она справится, то мне придется выучить ее имя, чтобы обращаться к ней уже не как к обезличенному существу, работающему у меня. Пока только Евгений Матвеевич заслужил того, чтобы я его называл по имени. Да парочка моих замов, которые постоянно находятся рядом со мной.
Спустя десять минут после моего распоряжения девчонка привозит мне все то, что я приказал. И аккуратно расставляет на столе перед каждым гостем именно ту чашку, которая предназначается именно ему. Удивительно и похвально. А что она сделает для меня?
И вот тут настает моя пора удивляться – девочка выходит, не забрав у меня со стола бутылку воды, спустя несколько мгновений возвращается, держа в руках новую бутылку, которую она только что, видимо, достала из морозилки. Меняет у меня на столе воду и, вежливо улыбнувшись, удаляется. Вот это номер! Такого развития событий я точно не ожидал – она все сделала так, как было нужно!
– Максим Эдуардович, у Вас новая ассистентка? – поднимает голову один из моих гостей, который, я сейчас видел, весьма пристально смотрел за девчонкой.
– Да, и сегодня она работает первый день, – киваю я и улыбаюсь – э нет, такая девочка нужна мне самому! Не дам такую красотку никому!
– Толковая, в отличие от всех предыдущих девочек, которые у Вас были в сотрудниках, – кивает он, оценивая то, как эта девочка себя ведет.
Выхожу из кабинета, чтобы похвалить ее и слышу разговор двух других девчонок, которым сегодня не довелось поработать с моими гостями. Так я решил сам.
– Слушай, ты слышала, как новенькая с царедворцем сегодня закусилась? Она заставила его самого кофе варить, а не стала изучать эту несчастную папку!
– Зря она это сделала, как мне кажется! Только разозлила его по полной программе! Он же ей теперь жизни не даст совершенно!
– Ну, зато она – единственная, кто кофе подал в течение десяти минут после того, как получила задание кофе подать! А это никто из нас сделать пока не смог!
– Ты еще скажи, что за это Макс ее не просто оставит, а еще и повысить может до нашего уровня!
– Ну, до нашего ей точно далеко – Макс на таких просто не смотрит – слишком она правильная и скромная! Но вот если ее чуть-чуть раздеть, то она его может и заинтересовать! Хотя, это не тот случай – царедворец ее быстренько сегодня сольет, чтобы она тут не мешалась под ногами – как это возможно, чтобы кто-то его на место ставил и заставлял лично кофе варить! Он же тут себя чуть ли не начальником протокола вообразил!
А девчонка ведь действительно толковая! И будет крайне обидно, если этот царедворец, как его все у меня в компании называют, попытается сожрать эту Снежную Тихоню с потрохами и не оставить ей ни малейшего шанса на то, чтобы она у меня в компании осталась. А мне она, честно признаться, понравилась. И даже очень понравилась.
Выхожу из кабинета и прохожу через приемную. И удивлен, что вижу сейчас перед собой. Та самая Снежная Тихоня сейчас сидит над какими-то папками и что-то в них разбирает.
– Почему домой не идем? – спрашиваю у нее, постаравшись придать как можно больше строгости голосу.
– Сейчас разберусь со всеми документами, и поеду домой, – невозмутимо отвечает она мне, даже не поднимая головы.
– Отставить! – рявкаю я, вспоминая те годы, когда мне довелось в армии послужить. – Мне тут дохлая лошадь завтра не нужна, во-первых, а во-вторых, я Вас председателем колхоза назначать не собираюсь! Поэтому собралась и быстро домой! И не надо заставлять мою охрану тут нервничать – уже понервничали достаточно в пятницу, когда я Вас из клуба увозил в невменяемом состоянии!
– Но мне задание дал Евгений Матвеевич, – хлопает на меня длинными ресницами эта девчонка. Интересно, а у нее ресницы свои или нет? – Пока я эти папки не разберу, мне домой ехать смысла нет.
– Твой работодатель – я, а не Евгений Матвеевич, – начинаю я закипать – ненавижу, когда со мной спорят! – Если я приказал идти домой, значит, ты идешь домой, а не сидишь тут у меня в приемной и не занимаешься тем, что должен делать сам Евгений Матвеевич! Или ты думаешь, что я его держу только для того, чтобы он только кофе у меня тут варил? Мне для этого достаточно сюда буфетчицу позвать!
– Хорошо, Максим Эдуардович, – кивает она, наконец-то встав. И я замечаю, что она сейчас немного ниже, чем была сегодня днем, когда обслуживала моих гостей.
Захожу за ее стол и вижу лежащими пару туфель. Ну точно – у девочки устали ноги, и она решила разуться. Не привыкла она, видимо, к такой работе еще пока – вот и решила, что раз шеф не видит, то можно снять эти красивые, но такие неудобные лодочки, и просто походить босиком.
– Заканчивай тут со своими делами – жду внизу на парковке. Довезу тебя до дома, чтобы не ходила так поздно сама пешком никуда, – киваю я в сторону входной двери в приемную.
– Меня не надо никуда подвозить, – мотает она головой. – Я сама прекрасно доберусь!
– Ага, опять тебя твой женишок заберет, да? – усмехаюсь я, вспоминая, с каким лицом тогда этот ненормальный бежал от нас, когда я ему всего-то руку вывернул.
– Нет, никакой жених за мной не заедет, Вашими усилиями, Максим Эдуардович, – смущается она, но тут же вспыхивает какой-то одной ей известной и понятной ненавистью ко мне. – Но я сама прекрасно доберусь домой! Никуда меня подвозить не надо – я вполне самостоятельна и даже могу ходить!
– Ага, только туфли не забудь под столом, – усмехаюсь я и выхожу из приемной – этот спор с упрямой Снежной Тихоней меня уже достаточно утомил.
Спускаюсь на лифте вниз. Мой водитель и охранники уже стоят и ждут, когда я сяду в машину.
– Пока не трогайся, – бросаю я водителю. – Хочу посмотреть на одну упертую особу.
– Хорошо, Максим Эдуардович, – кивает водитель и заводит двигатель, но, как я и просил, никуда пока не трогается с этого места.
Спустя минут десять спускается и моя Снежная Тихоня. Вот никак по-другому не хочу называть ее, хотя имя ее я выучил – Аня Кузьмина. Простое имя, которое как нельзя кстати подходит ее внешности.
Не оглядывается по сторонам, как я мог бы предположить, а спокойным шагом идет сейчас через парковку к выходу из нашего офиса.
– Мы еще ждем кого-то, Максим Эдуардович? – спрашивает у меня водитель, оглядываясь на меня в зеркало заднего вида.
– Нет, поехали домой, – киваю я и отворачиваюсь в сторону окна. Не хочу никому ничего объяснять. Чтобы не было потом никаких обсуждений.
А она действительно очень упертая! Как и сказала, попытается добраться до дома сама.
Мой кортеж выруливает из ворот офиса, и я боковым зрением успеваю заметить, как девчонка подходит к остановке общественного транспорта, то и дело поправляя на плече тонкий ремешок от сумки. Ну и пусть идет сама и, как хочет, так и добирается домой. Я еще уговаривать буду ее, чтобы она ко мне в машину села! У меня есть Надя, которой я сейчас позвоню спокойно и попрошу приехать ко мне! Она и посговорчивее будет, и уж точно не будет упираться в том, чтобы я проводил ее до дома. Другое дело, что я сам не хочу ее провожать – мне это не очень-то интересно!
А с этой Тихоней я еще разберусь! Меня не надо раззадоривать, чтобы я слишком долго охотился за ней! Или она думает, что сможет мной крутить, как только ей заблагорассудится? Нет, не на того напала!
Набираю номер своей постоянной любовницы и прошу ее приехать ко мне. Несколько раз Надю можно не уговаривать – она все прекрасно понимает с первого раза и еще никогда не отказывала мне на мои просьбы.
– Надо в ювелирный заехать, – говорю я водителю, даже не уточняя, в какой именно – он и так знает, куда именно надо заехать, потому что в это время работает у нас только один магазин, а отпускать Надю с пустыми руками я не хочу.
*****************************************************************************
Он меня узнал! Боже мой! Все, завтра мне можно не выходить на работу!
Он точно завтра прикажет мне увольняться – как он может позволить, чтобы у него в компании работала девица, которую ему пришлось по какому-то глупому недоразумению увозить из ночного клуба!
И, что самое главное, Алька мне так и не позвонила, чтобы узнать хотя бы, как у меня дела и смогла ли я оттуда уехать! Ладно, с Алькой я потом как-нибудь разберусь!
Но как я маме скажу, что смогла отработать только один день в этой компании и могу завтра не выходить на работу?
Или приехать и уехать с позором?
Ну где же автобус, на котором я смогу доехать до дома и вылезти, наконец, из этих ненавистных туфлей? Или, может быть, надо было соглашаться на его предложение и ехать с ним?
нет, с Бресовецким я точно никуда не поеду! Чтобы потом не поползли вокруг меня слухи, что я не своими мозгами устроилась к нему работать, а что мне это место было кем-то специально предложено, чтобы я пополнила ряды любовных побед Макса!
О! Вот и автобус! Даже не очень-то и верится, что я смогу сейчас сесть и спокойно вытянуть ноги!
– Дочка, ну ты скоро домой? – раздается звонок на моем телефоне от мамы. – Мы с папой уже волнуемся за тебя!
– Мам, я села на автобус и еду домой, – отвечаю я, а сама стараюсь, чтобы в моем голосе не было слышно слез – я безумно устала за сегодняшний день. Но еще больше я боюсь, что завтра утром мне объявят, что я должна написать заявление по собственному желанию!