Катарина Арс – Обреченная душа. Лед и пламя (страница 8)

 На одном из диванов сидела девушка. Её белые волосы, рассыпанные по плечам, светились в лучах солнца, словно на неё вылили ведро кристаллической пыльцы. Её глаза бледно-серого цвета, метались по сторонам. Только одета она была совсем не как девушка. Высокие сапоги, обтягивающие брюки, поверх которых, как и у Тарка, была перевязь для кинжалов, только в её случае они все были на месте, два на одной ноге и два на другой. Её талия была утянута жёстким корсетом поверх светло-голубой туники, на руках зафиксированы пластины. Её щёки порозовели, как только она перевела взгляд на нас, и она тут же бросилась в объятия к Коулу.

– Ты вернулся!

Визг, полный неподдельной радости, заполонил всё помещение. Она отстранилась от него, начала осматривать и ощупывать на наличие повреждений. Её взгляд остановился на его руке, где красовался мой огненный след, и с паникой заглянула ему в глаза.

– Пустяки, Лэя. – Он осторожно убрал её руку, и обнял ещё раз. – Я тоже скучал.

 Я почему-то ощутила больной укол ревности и сразу же отбросила его на задний план, испугавшись своей реакции. В следующее мгновение сзади подошли ещё двое парней, которые зашли через противоположную дверь. Один из них был в такой же форме, что и Тарк, одного роста с Коулом, его чёрные волосы и радужки золотисто-карего цвета сразу бросались в глаза, а другой, в более повседневной одежде: в брюках и свободной рубахе, расстёгнутой на несколько пуговиц, оголяя верхнюю часть груди, чуть ниже их двоих ростом. У него были голубые глаза и светлые волосы, наполовину собранные в пучок на затылке.

 Лэя отошла в сторону, освободив проход мужчинам. Эти двое потрепали Коула по плечам, их губы были поджаты. Он посмотрел сначала на того, что в форме:

– Форс, – а затем на того, что в свободной рубахе: – Колдрен.

Они были настолько напряжены, что казалось, они вот-вот набросятся друг на друга.

– С возвращением! – все трое громогласно рассмеялись и бросились в крепкие мужские объятия.

– Мы думали, что уже не увидим тебя, – подмигнул Форс.

– Точно, я ставил на то, что ты наконец-то нашёл девушку неземной красоты и свалил в закат.

Колдрен широко улыбался, а Лэя неодобрительно на него посмотрела.

– Не терпится от меня избавиться?!

В голосе Коула просквозила строгость, и сразу стало понятно, что перед ними стоял не только друг, но и правитель.

– Лэя нас не простит, если с тобой что-то случится.

 Колдрен посмотрел на неё исподлобья, и она махнула рукой, как бы говоря: «Да ну тебя, придурок».

– Ну, вы хотя бы с девушкой не ошиблись, – послышался справа от меня голос Тарка.

 Все трое недоумённо заморгали и только сейчас обратили на меня внимание. Коул обернулся и протянул мне руку, я её приняла, но лишь на тот короткий миг, чтобы подойти к ним ближе, обозначив важность своего присутствия. Всё же я являлась не простой девушкой и хотела это показать. Он это без внимания не оставил, но вида не подал.

– Это Айла. Я прошу отнестись к ней как к очень важному гостю.

 Коул выглядел сурово. Он заглянул каждому в глаза, после чего повернулся ко мне.

– Чувствуй себя как дома. Если что-то понадобится, всегда можешь позвать Лэю или Колдрена, они часто слоняются где-то рядом. Форс, в основном проводит время на тренировочной площадке или в кабинете общего собрания, а Тарк большую часть времени пропадает в городе или опустошает запасы моего винного погреба, который он, вероятно, уже опустошил за время моего отсутствия. Если не хочешь никого беспокоить, можешь обращаться ко мне.

Тарк закатил глаза и сделал вид, будто ничего не слышал. Губы Коула слегка дрогнули, но он не позволил улыбке проявиться на лице, подтверждая всю серьёзность своих слов.

– Сейчас я бы очень хотела отдохнуть.

Я посмотрела на него с мольбой. Мне не хотелось стоять среди них, смотрящих на меня, как на диковинку и при этом радующихся возвращению своего друга и правителя. Он кивнул и посмотрел на Лэю.

– Отведи, пожалуйста, её в приготовленные покои и проследи, чтобы у неё было всё, что нужно. Мы устали с дороги, и нам не помешает немного отдохнуть, – он ещё раз посмотрел на меня и сказал:

– Я зайду чуть позже. Поговорим.

 Я лишь кивнула ему в ответ, и Лэя ухватила меня под руку.

– Пойдём, ты, наверно, ужасно хочешь принять ванну и расслабиться.

Она улыбалась, кажется, довольно искренне, но что-то в ней меня определённо насторожило, и эта улыбка вызвала во мне лишь чувство отвращения.

– Ты права, не помешало бы.

Глава 4

 Лэя повела меня из гостиной к противоположной двери, за ней был узкий коридор, а следом – лестница на второй этаж. В конце показался узкий проход с несколькими дверями, одну из которых она открыла и вошла.

Девушка взмахнула рукой, и зажглись настенные фонари, осветив убранство комнаты. У дальней стены стояла огромная кровать, в ней могли поместиться четыре таких, как я. Слева находилось наполовину занавешенное шторой окно, но не настолько большое, как внизу. Я подошла к нему и осмотрела лес, из которого мы вышли. С этой стороны он казался всё таким же живым и зелёным. Я обернулась и обвела взглядом другую часть комнаты. Напротив кровати располагался камин, возле него – пара кресел, чуть правее стоял небольшой туалетный столик. Следом возвышались массивный шкаф и комод. Я услышала скрип дверных петель и обернулась, Лэя вошла в очередную дверь, которую я не заметила. Подойдя ближе, я обнаружила, что это ванная комната, совмещённая с уборной. Моё внимание привлекла огромных размеров купель. В этот момент Лэя перебирала баночки, расставленные на полках, выбрав подходящую, она вылила содержимое в воду, окрасив её в глубокий голубой оттенок морской волны, и от неё пошёл пар.

– Это чтобы расслабиться. Не переживай. – Объяснила Лэя. Наверное, она решила, что я нервничаю, и поэтому, не придумав ничего лучше, просто поблагодарила её.

– Если что-то понадобится, позови, – она оставила несколько белоснежных полотенец на стуле, улыбнулась и ушла, закрыв за собой дверь.

Я вздохнула от облегчения и возможности побыть в одиночестве, подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Одежда истрёпана. На голове образовалось гнездо. Под ногтями забилась грязь, а под глазами проступили тёмные круги. Я зажмурилась и выругалась. Устала. Я просто устала. Наспех раздевшись, забралась в горячую воду. Мышцы охватила дрожь от блаженного удовольствия. Я облокотилась о борт ванны и запрокинула голову, наслаждаясь желанным отдыхом. Думать ни о чём не хотелось. Полежав так немного, я действительно поняла, что расслабилась. Наверно, это действует содержимое того чудесного пузырька. Полежав ещё какое-то время, взяла мочалку и начала оттирать с кожи слой пыли и грязи, а после разобралась с волосами. Не знаю, сколько прошло времени, но вода уже начала остывать. Не желая замёрзнуть, выбралась из купели, отжала волосы полотенцем, вытерлась и обернулась в сухое.

Покинув ванную комнату, я обнаружила Коула сидящим на кровати, рядом с ним лежала сменная одежда: брюки и нежно-лавандового цвета туника, а на столике – разогретая еда и графин с апельсиновым соком. Он посмотрел на меня, ничуть не смутившись.

– Я подумал, что тебе это понадобится, и ты захочешь перекусить, – он лукаво улыбался, поглядывая на меня исподлобья.

Словно по команде, в животе заурчало, и я почувствовала смятение от этого звука, но он совершенно не обратил на это внимания. Коул пододвинул два стула к столику и жестом пригласил присесть.

– Тебя совсем ничего не смущает? – я указала на полотенце, в которое, как я надеялась, надёжно завернулась.

– Нет, ты прекрасна в любом виде, и я не откажусь лицезреть такой красивый момент. Обещаю, приставать не буду.

– Наглец!

– Брось. Не строй из себя невинную овечку.

Он самодовольно улыбнулся, сощурил глаза, а я не стала отвечать на эту провокацию и бросила на него гневный взгляд, но села на любезно подготовленный для меня стул. Коул поднял крышку с подноса, и до меня долетел аромат жареного мяса, овощного рагу и печенья с шоколадом. Он наполнил стакан соком, и кивком указал на тарелку, намекая на то, чтобы я начала есть. Долго думать не пришлось, отбросив все манеры, я взяла столовые приборы, отломила кусочек мяса и положила в рот. Оно было настолько сочным и мягким, что у меня невольно вырвался тихий стон удовольствия.

– Что за прекрасные звуки ты издаёшь, дорогая Айла. В голосе Коула звучала хрипотца, его взгляд был устремлён на меня, а сам он был необычайно неподвижен.

– Ещё одно похотливое слово, и я выколю тебе глаз вилкой.

Я, угрожая столовым прибором, помахала им перед его носом, но Коула это лишь рассмешило.

– Всё такая же злюка, это радует.

– Не обольщайся. Можешь наслаждаться, пока я не съем этот чудесный обед и не утолю свой голод. Ты хотел поговорить?

Он поменялся в лице, стал более напряжённым и задумчивым. С некоторое время он напряжённо всматривался в моё лицо и, казалось, подбирал слова.

– Да. Как ты себя чувствуешь?

– Почему спрашиваешь?

– Я понимаю, что сделал много неправильных вещей, но я рад, что ты здесь в безопасности. И нет, не буду жалеть, что принял это решение. Приношу свои извинения за ложь, которую мне пришлось тебе говорить, но на кону стоит гораздо больше, чем наши неприязни. Я надеюсь на твоё понимание и терпение. А теперь поешь и поспи. Тебе нужен отдых.