Касья Вауш – Абсолютная высота (страница 3)
– А, так это подкуп?
– А он бы сработал? – по-прежнему серьёзным тоном спросил профессор, – Мне нужно, чтобы вы здесь не появлялись!
– И как долго?
– Какое-то время… Всё, мне некогда тут болтать, но, я надеюсь, вы меня поняли? Я дам знать, когда вы сможете вернуться, остальное вас беспокоить не должно.
Профессор подхватил свой дипломат и зашагал к выходу, тяжело переставляя ноги и гулко стуча каблуками по кафельному полу.
«Ну и мутный же тип!» – подумал Даня, – «Что же он такого передавал тому парню? Похоже, я тогда действительно увидел что-то, чего не должен был. Так ещё и телефон был в руке, может, он подумал, что я снимаю или записываю на диктофон?»
Данил ещё какое-то время стоял неподвижно, обдумывая сложившуюся ситуацию. Хотелось бы верить, что он всё неправильно понял, но никакой альтернативы ему не дали. Зато дали понять, что это серьёзно.
До разговора с профессором парень даже не вспоминал о той встрече, но теперь она не шла у него из головы. Он решил подождать до утра, переспав с этими мыслями.
Уснуть не получилось. Всю ночь Даня размышлял, как стоит поступить в этой ситуации. Он привык, что если что-то говорит преподаватель – это надо выполнять. Но в данном случае ему упорно казалось, что что-то не так. Он же пропустит учёбу! И сколько ему придется отсутствовать? Неделю, месяц, полгода? «Наверное, логично переживать за упущенные знания – мне всё-таки потом самолётом управлять, а меня отстраняют! Странно… Неплохо бы разведать, что тут происходит. Только нужен план. Съезжу действительно пока домой. Там подумаю, как по-тихому разузнать побольше, а то такими темпами до управления самолётом дело может и не дойти…»
Вещи парень собирал на автопилоте, стараясь не разбудить соседа по комнате, а в голове всё роились мысли о произошедшем.
“Илья Александрович что-то отдал Киру, что-то маленькое, и, видимо, это должно было остаться тайной. Какие дела вообще могут быть у него с Киром? Кир троечник, который еле-еле закрывает экзамены. Немного странный: видно, что мажор, небось, с богатенькими родителями и держится в Училище только за счёт связей и денег. Но при этом пару раз я видел, как он засиживается в библиотеке допоздна…
А может, это Кир ему что-то передавал? Может, это была взятка? Хотя вряд ли из-за этого так хотели бы устранить свидетеля… Ладно, бред, но пока допустим. Взятка была большой, а профессор попался очень переживающий за свой авторитет. Вот только это было что-то совсем маленькое. Хм, размером примерно с ключ или флешку… Флешка! А что на ней могло быть? Явно не курсовая…”
Эти предположения ничего не прояснили, но никакой другой информации не было, и Даня продолжил собирать сумку.
Вдруг он понял, что если заявится домой сейчас, посреди семестра, то придётся что-нибудь объяснять семье. Мама, конечно, будет рада приезду сына, ей вообще всё равно, достиг ли он чего-нибудь. Иногда за это бывало обидно, потому что её похвала звучала как будто не от души. Вернее, от души, само собой, но не по делу, а просто потому, что он – её ребёнок. Мама – милый, домашний человек, она может быть, даже ни о чём спрашивать не станет. А вот папа…
“Что сказать отцу? Если правду, то он либо сам начнёт во всём копаться, а это по-тихому не получится, либо разнервничается и заставит забрать документы, и вот тогда я точно не полетаю, и никакой профессор в этом не будет виноват.” Отец и так очень странно, по мнению Дани, отнёсся к его выбору: вроде бы всегда поддерживал увлечение авиацией, а когда парень сказал, что поступил в Училище, вдруг побледнел, глаза как-то странно заблестели и округлились, будто он привидение увидел… А потом он начал причитать, что нельзя сына туда отпускать, что он мог бы и получше вуз найти, что в Москву надо было! И жестикулировал в совсем не свойственной ему манере, как будто слов не хватало или было что-то, чего словами сказать нельзя… Долго ходил злой и ворчал на всех, мама еле-еле его успокоила. Говорила что-то про прошлое, но Даня так и не понял, что нашло на отца.
И только Дори тогда убедила его, что не важно, что думают окружающие, даже если это родители. Не они определяют твой путь – только ты сам можешь решать, кем станешь.
Нет, отцу правду нельзя, но и врать тоже нельзя, он точно это поймёт, и тогда всё равно придётся объясняться. По телефону убеждать, что всё нормально – это одно, а лично… Нет, домой сейчас нельзя…
Глава 3 Друзья детства
– …Дарина?
Мысли в голове Дори побежали с бешеной скоростью: “И что мне отвечать? Очевидно, что это я, кто же ещё? Он что, не узнал? А если это риторический вопрос, то к чему такая пауза? Мы же знакомы почти всю жизнь, а не виделись всего пару лет. Что за глупые вопросы, я что, настолько изменилась? Стоим, блин, пялимся друг на друга, как два барана. Столько не виделись, а теперь ни "здрасьте", ни "до свидания"…
– Что ты тут делаешь?
– Вообще-то я тебя о том же первая спросила, а ты так ничего и не ответил, – в голосе девушки читались обида и раздражение.
– Ой, да, прости… – замялся парень, – Не ожидал тебя тут увидеть, извини, я с дороги устал просто, вот и задремал немного…
– Да, я вижу, что ты ещё не проснулся, – сказала Дори, улыбнувшись, но всё ещё не понимая, как взаимодействовать со старым другом.
“ Он что-то скрывает. Я вижу, как он размышляет, сказать мне или не говорить. Сейчас же разгар учёбы, почему он вообще приехал? И почему не дома спит, а в этом шалаше? Ладно, об этом я могу догадаться – дома отец, и если причину возвращения ему знать не стоит, то дома лучше не показываться. Отчислить не могли – Данька умный, вряд ли у него с учёбой проблемы. Да и с дисциплиной не должно быть… Хм, отношения в группе – тоже ерунда. Он добрый, но с чувством собственного достоинства и в обиду себя не даст, да и близких тоже. Небось, девушку там себе нашёл! Ему-то это не сложно, выбирал ещё наверное. А вдруг уже женился?! Вот урод, ведь даже на свадьбу не позвал! Нет, стоп, блин, какая свадьба… Это вообще всё не то! Тут что-то важное, о чём он не хочет говорить отцу. У них же там столько событий в городе… Это для меня тут ничего не изменилось, всё течёт медленно, как засахарившийся мёд…”
– Давай просыпайся, и начнём сначала. А то ни привет, ни пока… Здравствуй, Даня! Рада тебя видеть.
– Привет, тоже рад тебя видеть, Дора, просто не ожидал тут кого-нибудь встретить. Думал, сюда никто не заходит, – ответил Даня, осмотрел девушку, будто видел впервые, и протянул руку для рукопожатия.
“Значит вот как? Это разочарование в голосе от ностальгии или он действительно не хотел никого тут застать? Что-то явно случилось! Но я-то что ему сделала? Может, я могла бы помочь! Да какие друзья вообще за руку здороваются? Я что, на собеседовании?! "Дора"! То “Дарина”, то “Дора”… Меня так папа называет, когда нужно что-то важное сказать или если накосячу. Ну ты же должен знать!”
Дори опустила глаза на протянутую ладонь, отложила поварёшку, которую всё это время держала в руке, перехватила поудобнее плед и отбила "пять" вместо рукопожатия, а затем схватила всё ещё мокрое платье и прошествовала в Ночлег. Девушка пыталась натянуть на себя влажную одежду и одновременно говорила. Звучало глухо и неразборчиво, так как ребят разделяла дверь и на улице по-прежнему шумел дождь, а голос Дори хрипел ещё после утренней перепалки с Александром, но было слышно, что говорила она быстро и с надрывом:
– Я все понимаю, Данил, ты сказал, что не хотел никого видеть. Подозреваю, у тебя что-то произошло, раз ты приехал, но не захотел идти домой. Вероятно, чтобы не пришлось объясняться перед отцом, а значит, случилось что-то серьёзное. И ты решил остановиться здесь, пока не появится план получше… Но кто же знал, что у меня сегодня тоже произойдет нечто серьёзное, и я тоже не захочу видеть отца и приду сюда впервые за долгое время? Я понимаю, что ты не хотел меня обидеть. Просто не хочешь видеть даже меня. И не захотел рассказать, что случилось, хоть мы и знакомы всю жизнь! Мы не виделись несколько лет, а ты протягиваешь мне руку, как своим профессорам в Училище! Не переживай, сейчас я оденусь, уйду и не буду тебе докучать! И нет, никто не узнает, что ты здесь, по крайней мере не от меня. Так будет честно, ведь ты первый сюда пришёл.
Судя по звукам, девушка бегала по комнате, собирая какие-то вещи, а значит, уже была одета, поэтому Даня решился войти. И слепому было понятно, что Дори обиделась, но он знал её много лет, и это помогло подобрать нужные слова:
– Ты права… – девушка замерла и нахмурилась, – Ты права во всём! Как обычно. И как ты только всегда всё понимаешь с одного слова? Действительно, кое-что произошло… И я действительно не хотел тебя обидеть. Но ты права во всём, кроме одного: на самом деле я очень рад тебя видеть! Меня разбудил твой смех, и это было что-то такое родное, будто из детства, я даже подумал сначала, что мне это снится… Но, не буду скрывать, я немного смущён, потому что мы и правда давно друг друга не видели, ты очень повзрослела… – с теплотой улыбнулся Даня, – Я не думал, рассказывать ли тебе обо всём, просто пытался подобрать слова и размышлял, не стоит ли для начала хотя бы чай заварить… Мне было неловко, я хотел тебя обнять, но ты стояла в одном пледе, и я подумал, что это как-то… ну…