Касья Вауш – Абсолютная высота (страница 2)
«Ну да, а чего я, собственно, хотела? Может, сюда приходят другие дети играть в наши старые игры. Бомжей и наркоманов тоже исключать не стоит… Только бы дверь получилось открыть».
Вообще-то деревня была маленькой и вполне цивилизованной. Здесь все друг друга знали, и даже если сосед дядя Вова и смахивал на бомжа, он точно был безобиден.
Дверь поддалась легко, ключ бы и не понадобился. Дори зашла и осмотрелась. Все тот же запах пыли и сырости, с годами ставший только сильнее. Небольшие зазоры в стенах, сквозь которые на рассвете так красиво струилось солнце. Рисунки, почти не выгоревшие, но слегка пострадавшие от влаги. Импровизированная кухня показалась даже уютнее, чем в детстве – время придало ей шарма и атмосферности. Дверь в комнаты была закрыта.
Кухня в детстве была почти «настоящей». Индюка на День благадорения, конечно, не запечь, хотя они очень хотели, насмотревшись как-то американских подростковых фильмов. Но устроить милое чаепитие было вполне можно. Толя как-то даже притащил видавший виды примус и большую канистру бензина. Его дядя решил, что примус стал совсем уже негодный, и выбросил, однако хозяйственный Толя его подобрал и отнёс в мастерскую к деду. Тот его малость подлатал, выдал целую канистру топлива и обещал ничего не рассказывать дяде и родителям. Толин дед мировой мужик был! Только родители всё равно просекли как-то и отругали – опасно, мол, да и нечего без спроса брать. Но ругали, видимо, больше для приличия – примус всё же не отобрали, просили только быть аккуратнее. Дори тоже внесла свою лепту – выпросила у няни старый чайник и несколько треснутых чашек. Так они стали заваривать в штабе чай. Насобираешь в лесу трав, сунешь прямо в чайник – и готово! Чего ещё для счастья надо? За водой они бегали к водокачке, а печенье таскали по очереди, запасали и экономили. Благо, хранилось оно хорошо и мыши сюда не забирались, только муравьи заглядывали иногда. Потом на какой-нибудь праздник доставали всё и устраивали пир. А праздники были разные: то именины чьи отмечали, то захват вражеского флота, то победу над гоблинами, то день лесной нимфы…
Дори открыла кухонный шкафчик и увидела примус. Рядом стояла топливная канистра.
«Неужели бензин тут так и стоит? Разве мы не забирали его, когда в последний раз тут собирались? – она достала канистру и встряхнула ее. – Нет, это новый! У нас не было так много, чуть-чуть на донышке оставалось. Тут точно кто-то был!»
Она сняла и прислонила к стене рюкзак, с него текло. «Ох, главное, чтобы сумка с ноутбуком была действительно непромокаемой, как заявлял производитель», – с надеждой подумала девушка, но решила сначала позаботиться о себе, а потом посмотреть, что с техникой.
Дори открыла навесной шкафчик и достала чайник. Решила набрать дождевой воды, поскольку идти за нормальной сил уже не было, но очень хотелось чего-нибудь горячего, даже если и просто воды. Тем более такая удача – откуда-то взялась целая канистра бензина! Она установила примус в уголке стола, на специальное место, где к стене крепилась перекладина с крючком – Дори повесила на нее чайник. Приспособление было придумано, чтобы не держать посуду над пламенем, пока содержимое греется.
Пока она ждала чай, а точнее кипяток, решила осмотреться и попытаться высушиться. Еле стянула с себя промокший сарафан, который буквально прилип к телу и сползал по коже, будто наждачка. Потом подошла к окну, и только тут заметила, что оно приоткрыто.
«Нет, тут точно кто-то был. Я помню, что мы его закрывали.» – подумала Дори, но попыталась убедить себя, что она уже не маленькая и это больше не её мир, а значит, её это не должно волновать. В конце концов, ну приходит кто-то, и что? Это же не частная собственность. И вообще, к вечеру её тут уже не будет.
Пока она, высунувшись в окно, выжимала сарафан, за спиной мирно пыхтел чайник, а по крыше снова монотонно забарабанил дождь.
«И как это крыша до сих пор не протекла?» – подумала Дори,–
«Толин папа, между прочим, утверждал, что она и одной зимы не выдержит!»
Девушка повесила сарафан на дверцу навесного шкафчика в надежде, что он хоть немного высохнет.
На кухне стояли маленький круглый стол и три стула, а около окна примостилось старое потёртое кресло, хотя дети обычно предпочитали сидеть на полу. Эта мебель была скорее антуражем, и родители отдали её, вероятно, лишь потому, что не знали, куда ещё деть.
Дори подошла к креслу и, нащупав специальный рычажок, выдвинула нижнюю часть. Вытащив оттуда плед, девушка закуталась в него и сложила кресло обратно. Затем сняла обувь и поставила у стены. Дощатый пол, на удивление, не был холодным, а уж о чистоте и думать не приходилось – после утренней пробежки под дождём её ноги были точно не чище этих досок.
Тут она услышала, что чайник закипел, и заглянула в уже открытый навесной шкафчик в поисках своей чашки.
Чашки не оказалось.
«Нет, я, конечно, всё понимаю, но почему пропала именно моя любимая?! Я точно знаю, что не забирала её отсюда. Блин, ну что ж такое! Вот Данина, вот Колькина, вот ещё две общие, почему нет именно моей?!»
Тут Дори вспомнилась сказка про трёх медведей и стало очень смешно от абсурдности ситуации. Она припомнила, как и раньше убегала и пряталась тут от взрослых. Это её берлога, её стулья и чашки. Девушка вдруг расхохоталась звонко и заливисто, как смеялась в детстве во время игр, когда мальчишки не могли побороть её силой и начинали щекотать. Смех её отражался от стен слабым эхом, создавая ауру безмятежности и легкости, как вдруг она услышала шорох.
"Может, показалось?.."
Дори замерла и прислушалась, но вокруг снова стояла тишина, только капли гулко стучали по крыше и шелестели на ветру деревья.
Она медленно подошла к двери, ведущей в комнаты.
В домике было всего две комнаты: "склад" и "ночлег", как называли их ребята. На "складе" было буквально всё: от лопат и граблей, с помощью которых украшали "приусадебный участок", до старой швейной машинки и какого-то китайского металлоискателя, подаренного одному из мальчишек на день рождения. "Ночлег" же был обит утеплителем, который достал Толин дед, и застелен старыми колючими одеялами старше самих детей. Напротив входа располагалось окно, а вдоль боковых стен к потолку за крючки были прицеплены два гамака. Иногда там появлялись чьи-то мягкие игрушки, подушки и пледы; был и работающий от батареек ночник, стоявший посередине комнаты, и гирлянды, тоже на батарейках, подвешенные к потолку и спускавшиеся по стенам, как лианы тропических растений.
Дети часто собирались здесь по вечерам, ставили на подоконник ноутбук и смотрели фильмы до утра. Потом получали от родителей нагоняи за то, что не пришли ночевать домой, и следующие пару недель возвращались не позже 9, но после история повторялась. Родители тоже ругались больше для вида. Не бегали искать, ведь прекрасно знали, где пропадают их отпрыски и чем заняты. Судя по всему, взрослые и сами в такие дни собирались компанией и были только рады, что им не нужно никого укладывать спать.
Подкравшись ближе к двери, Дори прислушалась снова… И вдруг ручка начала медленно опускаться! Девушка в ужасе попятилась и схватила со стола невесть откуда взявшуюся поварёшку. А если тут всё-таки наркоманы?!
Ручка опустилась до конца, щелкнул замок, дверь медленно отворилась и из неё вышел полусонный молодой человек.
– Кто… Что ты здесь делаешь? – тихо спросила Дори.
– Кто в-в… Дарина?
Дори еле стояла на ногах, то ли от пережитого секунду назад страха, то ли от шока, потому что это был уж точно не тот, кого она ожидала сейчас здесь встретить.
В пледе и босиком, она стояла в метре от парня. И без того темные волосы её почернели от влаги и отливали фиолетовым, с них всё ещё капала вода, а чёлка была небрежно заправлена за уши. Синие глаза округлились в недоумении.
«Он никогда меня так не называл! Будто вообще не сразу узнал. Либо он спросонья такой, либо за что-то на меня обижен. А может забыл? Хотя мы не виделись всего пару лет…»
В воздухе повисла неловкая пауза.
Глава 2 Свидетель
– Итак, молодой человек… Напомните ещё раз ваше имя?
– Данил.
– Ну что же, Данил, я полагаю, вы меня поняли? – с каким-то холодным высокомерием произнёс профессор, хотя в глазах его читалась тревога.
– И что, меня теперь отчислят?
– Ох, нет, что вы… – Илья Александрович выдержал паузу, – Ректор не позволит. Ваше имя ему известно в положительном свете, да и учитесь вы довольно успешно, так что оснований для вашего отчисления нет… Ведь это вызовет подозрения. Так что нет, свою корочку вы получите, но впредь не суйте носа в чужие дела, и пусть это послужит вам уроком! Ах да, я бы настоятельно рекомендовал вам какое-то время не показываться мне на глаза. Вы иногородний студент?
– Я из посёлка.
– Ну вот, поезжайте на родину, проветритесь, подышите воздухом, повидайте родных.
– То есть общежитие тоже относится к категории мест, где я мог бы показаться вам на глаза? – ехидно спросил Даня.
– В противном случае это может негативно отразиться на вашей оценке у меня на экзамене, – Илья Александрович резко вернул серьёзный тон.
– Вы что, мне угрожаете?
– Нет-нет, что вы, я просто предупреждаю. Вам будет перечисляться стипендия и все выплаты по льготам, или что у вас там, в обычном режиме. Вам даже не придётся приезжать для переоформления бумаг каждый месяц…