Кассандра Клэр – Железная цепь (страница 81)

Он протянул предмет Джеймсу, и тот повертел странную штуку в руках. Это был брусок какого-то серебристо-белого металла, сплошь покрытый рунами.

– Определенно адамас, – подтвердил Джеймс. – Но ты прав, это не стило. Скорее напоминает коробочку.

– И руны какие-то незнакомые, – заметил Мэтью. – Как ты считаешь, это… ну, наши руны? То есть, я имею в виду, добрые?

– Ах да, – усмехнулся Джеймс. – Давным-давно Ангел даровал Сумеречным охотникам Книгу Добрых Рун.

Томас фыркнул.

– Рад слышать, что несправедливое обвинение, выдвинутое против меня, не лишило вас чувства юмора.

– Мы знаем, что это кошмарно и несправедливо, – нахмурился Джеймс. – Но это ненадолго, уверяю тебя. Никто не верит в то, что ты убийца, и если уж на то пошло, Меч Смерти это докажет.

– Но если они задумают испытать меня при помощи Меча Смерти, они узнают и обо всем, чем мы в последнее время занимались, – напомнил ему Томас. – Я могу выдать им тайну твоего происхождения от Велиала. В конце концов, я предам вас всех, но больше всего тебя, Джейми.

Джеймс снова опустился на пол перед Томасом и положил голову ему на колени. Он слышал тяжелое дыхание Кристофера и Томаса, знал, что они встревожены, расстроены. Он почувствовал прикосновение руки Томаса – бедняга, он сам попал в такую переделку, и все же пытается утешить друга, понял Джеймс. «Это мои братья, – подумал он, – я готов ради них на все».

– Говори им все, что считаешь нужным, – произнес он, поднимая голову. – Забудь обо мне, думай сейчас только о себе, Томас. Ничего страшного, все обойдется…

Снаружи, за дверями, раздались шаги и голоса, потом Евгения очень громко произнесла:

– ДОБРОЕ УТРО, ИНКВИЗИТОР БРИДЖСТОК, МАДАМ КОНСУЛ. РАДА ВАС ВИДЕТЬ.

– Они уже здесь. – Джеймс поднялся и сунул коробочку из адамаса в карман. Мэтью обернулся к дверям. В этот момент в комнату вошла Шарлотта, за которой следовали Инквизитор Бриджсток и Гидеон Лайтвуд. Мужчины о чем-то яростно спорили.

– Это нелепо, неужели вы не видите? – сердито повторял Гидеон. – Вы должны немедленно освободить Томаса. У вас нет против него никаких улик…

– Что здесь происходит? – взревел Бриджсток при виде «Веселых Разбойников». – Как вы сюда попали?

– Я здесь живу, – сухо ответил Джеймс. – У меня есть ключи от всех дверей в доме.

– Ну, вообще-то, ты живешь на Керзон-стрит… ничего, неважно, – пробормотал Кристофер. – Это было сказано очень остроумно.

– Томас задержан по подозрению в убийстве, – заговорила Шарлотта и сурово взглянула на Мэтью, который отвернулся и втянул голову в плечи. Джеймс его прекрасно понимал. Ему самому всегда казалось, что существуют две Шарлотты Фэйрчайлд; одна была его любимой тетей, а вторая – Консулом. И эта вторая Шарлотта была холодной, лишенной эмоций; ничто на свете не могло заставить ее отступить от своего долга, она олицетворяла собой правосудие и закон, перед которым все были равны.

– Ему не запрещается принимать посетителей. С другой стороны, – добавила она, бросив быстрый взгляд на Гидеона, – мы не можем отпустить его и снять с него все обвинения без тщательного расследования. Ты знаешь, что скажут в Анклаве – что мы пристрастны, что мы освободили подозреваемого только потому, что он член нашей семьи.

– С тобой иногда бывает очень тяжело, Шарлотта, – злобно бросил Гидеон. – Ну хорошо. Давай, Томас, расскажи им, что произошло.

Томас повторил свою историю, не упомянув, однако, о загадочном предмете из адамаса. Гидеон стоял, скрестив руки на груди, и гневно смотрел на Инквизитора. Бриджсток сверлил своего пленника ненавидящим взглядом и даже покраснел, как свекла, таких усилий ему стоило сдержаться и не перебивать. Едва Томас смолк и безвольно откинулся на спинку стула, как Бриджсток зашипел:

– Все это выдумки! Ты хочешь, чтобы мы поверили в чудесное совпадение, а сам признаешься, что каждую ночь нарушал правила? Патрулировал в одиночку, значит? А у тебя есть какое-нибудь алиби на время убийства Бэзила? Или этой итальянки?

– Ее звали Филомена, – тихо сказал Томас.

– Это не имеет никакого значения, – огрызнулся Бриджсток.

– Для самой Филомены это, скорее всего, имело значение, – вмешался Джеймс.

– Не отвлекайте меня! – рявкнул Бриджсток. – Лайтвуд, твоего имени нет в списке патрульных, у тебя не было никакой причины находиться на Голден-сквер.

– Томас уже объяснил, что он там делал, – произнес бледный от ярости Гидеон. – И погибшие интересуют его больше, чем тебя, Морис, потому что тебе безразличны убийства и убитые, тебя интересует только выгода, которую ты можешь из всего этого извлечь. Ты думаешь, что если тебе удастся убедить Конклав в том, что ты поймал убийцу, тебя осыплют наградами и почестями. Но ты будешь выглядеть полным идиотом, если бросишь Томаса в тюрьму, а убийства продолжатся.

– Не таким уж идиотом, как ты, чей сын оказался убийцей…

– Существует вполне очевидное решение, – перебил Инквизитора Джеймс. – Уверен, вы прекрасно понимаете, о чем я. Мне хотелось бы знать лишь одно: что мешает вам предложить его?

Бриджсток взглянул на него с неприкрытой злобой, и Джеймс даже отшатнулся. Да, Джеймсу не раз приходилось вступать в конфликт с Инквизитором, но он понятия не имел, что этот человек так сильно ненавидит его.

– Меч Смерти, – продолжал Джеймс. – Томас его не боится. Почему же боитесь вы?

– Довольно, – прорычал Бриджсток, и Джеймсу на миг показалось, что Инквизитор сейчас ударит его. Встревоженная Шарлотта поймала Бриджстока за рукав, и в этот момент двери Святилища снова распахнулись.

Все ошеломленно уставились на вошедшего. Алистер Карстерс шагал по залу с таким видом, будто Институт принадлежал ему. На лице его застыла обычная высокомерная гримаса. Черный пиджак был расстегнут, виднелся пояс с блестящими ножами. Джеймс заметил на пороге Евгению; она задумчиво смотрела Алистеру вслед.

«Почему она впустила его?»

– Господи, – простонал Мэтью. – А я думал, что хуже уже быть не может. Какого черта ты здесь делаешь, Карстерс?

– Алистер, – вмешалась Шарлотта, – боюсь, мне придется попросить тебя уйти. Мы обсуждаем конфиденциальные вопросы. – Она недовольно взглянула на Гидеона. – Мне казалось, что двери Института заперты.

Алистер с прежним надменным видом задрал подбородок. На лице Томаса промелькнуло выражение, близкое к панике. У Джеймса сжалось сердце от нехорошего предчувствия. После смерти Элиаса Джеймс решил, что Алистер изменился – по крайней мере, ясно было, что он любит сестру, – но, видимо, это впечатление оказалось ошибочным. Зачем он пришел сюда, если не для того, чтобы полюбоваться их несчастьем?

– Не беспокойтесь, – заговорил Алистер. – Двери по-прежнему заперты, по крайней мере, так было, когда я пришел. Но речь не о том. Понимаете ли, сегодня ночью я следовал за Томасом, видел Инквизитора и его патруль. Я видел, как погибла мисс Хайсмит.

Мэтью вскочил на ноги.

– Алистер, если ты лжешь, клянусь Ангелом, я…

– Молчать! – Шарлотта подняла руку. – Алистер, продолжай.

Он скривил рот, глядя на всех сверху вниз. Сейчас он казался Джеймсу таким же высокомерным ублюдком, как тогда, в Академии.

– Как я только что сказал, – процедил Алистер, – я находился на Голден-сквер в тот момент, когда мимо прошел Томас. Я также слышал крик Лилиан Хайсмит. Я видел, как Томас бросился к ней на помощь. Когда он подбежал к ней, она умирала. Он не причинил ей вреда. Я могу подтвердить это под присягой.

Мэтью с глухим стуком шлепнулся на стул. Томас уставился на Алистера круглыми глазами. Гидеон выглядел довольным, хотя, возможно, его не в последнюю очередь забавляло глуповатое выражение лиц присутствующих.

– Э… что? – наконец, пролепетал Кристофер.

Бриджсток гадко ухмыльнулся.

– Итак, перед нами очередное невероятное совпадение. Скажите мне, Карстерс, что могло привести вас на Голден-сквер в тот момент, когда там находился Томас Лайтвуд?

– Я следил за ним, – ответил Алистер, окидывая Инквизитора пренебрежительным взглядом. – Я следую за Томасом уже довольно давно. Мне известно, что он каждую ночь совершает свои безумные вылазки в одиночку, и мне хотелось убедиться в том, что с ним ничего не случится. Корделия его обожает.

– Так это ты за мной наблюдал? – выпалил Томас, не веря своим ушам.

– Ты что, заметил слежку? – заорал Мэтью. – И никому ничего не сказал? Томас!

– Замолчите, – приказала Шарлотта. Она не повышала голоса, но что-то в ее тоне напомнило присутствующим о том, почему ее избрали Консулом.

У Томаса по-прежнему был такой вид, будто он вот-вот упадет в обморок. Алистер со скучающим лицом разглядывал свои ногти. Молчание нарушил Бриджсток.

– Это возмутительно, Шарлотта. Карстерс лжет, покрывает своего друга.

– Они вовсе не друзья, – вмешался Джеймс. – Один из нас еще мог бы солгать ради Томаса. Но только не Алистер.

– Значит, он свихнулся от горя после смерти отца. В любом случае ему нельзя верить, – упорствовал Бриджсток.

– И тем не менее мы выслушаем показания обоих, потому что таковы возложенные на нас обязанности, – ледяным тоном объявила Шарлотта. – Томас и Алистер будут сидеть здесь, в Святилище, до тех пор, пока не пройдут испытание Мечом Смерти.

– Вы не можете принимать такое решение без моего согласия, – возразил Бриджсток. – Я бы допросил их прямо сейчас, но Меч Смерти находится в Париже. – Слово «Париж» он почему-то произнес с отвращением.