Кассандра Клэр – Механическая принцесса (страница 6)

Залившись краской, Тесса прогнала воспоминания.

Дойдя до прохода в живой изгороди, они увидели перед собой утопавший в листве итальянский сад, украшенный статуями античных героев. В фонтан лила воду из вазы Венера; выстроившись вдоль дорожек, смотрели друг на друга пустыми глазницами великие деятели прошлого. Цезарь, Геродот и Фукидид… узнала Тесса. Дальше шли поэты и драматурги: Аристотель, Овидий, Гомер (на его глазах была каменная повязка), Виргилий и Софокл… Вдруг воздух вспорол душераздирающий крик. Тесса резко обернулась. Татьяна? И как она умудрилась отстать? Тесса бросилась к ней, за ней – остальные. Когда она подбежала к девушке, та схватилась за нее, словно слепая.

– Руперт… – простонала Татьяна, и на сей раз в ее стоне не было ничего театрального.

Тесса увидела застрявший в изгороди мужской башмак. Она подумала, что в ворохе листвы должно лежать неподвижное тело, но, нагнувшись ниже, обнаружила, что тела как раз и не было – только башмак с торчавшей из него рваной плотью.

– Ничего себе червячок – сорок футов, – прошептал Уилл Джему, когда они, благодаря нанесенной руне, бесшумно шли по саду. – Ты только подумай, какую огромную рыбину на него можно поймать.

– Не смешно, – нахмурился его друг.

– А мне смешно… правда, самую малость.

– Знаешь, Уилл, не стоит отпускать шуточки, ведь речь все-таки идет об отце Габриэля и Гидеона.

– На которого мы охотимся в украшенном скульптурами саду, потому что старина Бенедикт превратился в червяка.

– Не в червяка, а в демонического червя, – поправил его Джем и на минуту остановился, чтобы осмотреться. – В огромного змея, если это излечит тебя от неуместного юмора.

– Раньше мой неуместный юмор тебя веселил, – вздохнул Уилл. – И что измени…

Услышав вопль, оба резко обернулись и увидели, как Татьяна оседает на землю. Сесилия с ловкостью опытного Сумеречного охотника выхватила из-за пояса клинок и ринулась в проем. Внутренности Уилла обожгло холодом. Он бросился к девушкам, Джем за ним. Татьяна, над которой склонилась Тесса, пришла в себя и скорбно шептала: «Руперт! Руперт!» Сесилия стояла в проеме, высоко подняв клинок серафимов, однако при всей ее решимости было заметно, что останки Руперта Блэкторна внушают ей ужас.

– Сесилия! – в отчаянии закричал Уилл, и тут мир взорвался. В небо гейзером ударил фонтан грязи, и на Сумеречных охотников дождем посыпались комья земли. В эпицентре гейзера покачивался отвратительный бледносерый змей. «Цвет смерти», – подумал Уилл. Татьяна снова рухнула без чувств, увлекая за собой Тессу.

Открылась пасть, усеянная острыми, как у акулы, зубами, и из нутра змея вырвалось злобное шипение.

– Сгинь, мерзкое создание! – закричала Сесилия, выставив перед собой клинок.

Гигантские челюсти с ревом ринулись вниз.

– А-а-а! – закричал Уилл, прыгнул и сбил сестру с ног.

Они откатились к изгороди, и голова змея зарылась в землю в том месте, где только что стояла девушка.

– Зачем, Уилл?

Оттолкнув от себя брата, Сесилия случайно задела клинком его предплечье, но рана оказалась неглубокой. Глаза ее полыхали синим огнем.

– Куда ты лезешь, дура! – закричал юноша, вне себя от злости. – Ты бы могла погибнуть!

Он потянулся за клинком, чтобы отнять его у сестры, но Сесилия уже вскочила на ноги. Через мгновение змей вытащил голову из земли. Свой собственный клинок Уилл уронил, когда спасал сестру, и теперь он лежал в нескольких футах от него. Над Уиллом нависла жуткая пасть, но рядом уже был Джем. Сжав в руке меч, он вонзил его в бок чудовища. Из пасти вырвался крик, змей дернулся и исчез за изгородью, разбрызгивая вокруг черную кровь.

Уилл обернулся. Сесилию он не видел, но знал, что она где-то рядом и с ней все хорошо. Джем был весь в крови и грязи. Тесса склонилась над Татьяной, хлопая ее по щекам. Волосы и одежда обеих девушек были забрызганы кровью демона.

Тесса подняла бледное лицо и встретилась взглядом с Уиллом. На мгновение сад исчез, и он оказался в безмолвном пространстве. Ему хотелось подбежать к Тессе, обнять, защитить…

Но это было дело Джема.

– Татьяну нужно увести отсюда, – сказал Уилл, внимательно оглядываясь по сторонам. – Червь убьет ее, сама она не сможет защититься. И ты, Тесса…

Губы Тессы сжались в знакомую упрямую линию.

– Я вас тут не оставлю!

К ним подошла Сесилия:

– Может, чудовище убралось восвояси? Она же его дочь. Если у него… сохранились хоть какие-то родственные чувства…

– Сеси, о чем ты, ты же видела, он сожрал своего зятя, – возмутился Уилл. – Тесса, прошу тебя, если хочешь спасти Татьяне жизнь, уведи ее отсюда. Только далеко от дома не отходите – иначе, если эта тварь вернется, беды не миновать.

Тесса кивнула, обхватила Татьяну за талию и потащила ее к особняку.

– Спасибо тебе, Уилл, – прошептал Джем, и его слова вонзились в сердце тремя острыми иглами. У каждой из этих игл было свое название: Вина, Стыд и… Любовь.

К реальности его вернул отчаянный крик Сесилии. Живая изгородь разошлась в стороны, и перед Уиллом возникла смердящая темно-красная пасть. Уилл потянулся за коротким мечом, висевшим на поясе, но тут тварь отпрянула – в шею ей вонзился клинок Джема.

– Берегись! – услышал Уилл и, выхватив меч, воткнул его в основание пасти, снова нависшей над ним.

Чудовище зашипело, плюясь кровью. Уилл уже хотел перевести дух, но в эту минуту что-то обвилось вокруг его ног, не давая двигаться. Он упал на землю и обнаружил, что тонкий, кольчатый хвост червя, закручиваясь, поднимается все выше, от коленей к туловищу. Уилл стал задыхаться, перед глазами поплыли черные круги.

Шлеп. В хвост чудовища воткнулась стрела. Хватка ослабла, и Уилл откатился в сторону. По дорожке к ним бежали братья Лайтвуды. В руке Габриэля был лук, и Уилл со странным чувством удивления подумал, что юноша, чтобы спасти ему жизнь, только что стрелял в своего отца.

Чьи-то сильные руки обняли Уилла за плечи и помогли встать. Джем, его парабатай. Гигантская тварь корчилась в агонии; размахивая слепой головой, червь с корнем вырывал кустарники. В воздухе беспорядочно кружились листья, градом сыпались комья земли. Сесилия закашлялась. Уилл уже открыл рот, чтобы приказать ей бежать к дому, но, зная, что она все равно не послушается, промолчал. Ему и самому было тяжело дышать – не столько от пыли, сколько от потрясения.

Конвульсивные движения помогли червю освободиться от стрелы, и та, густо покрытая ихором, упала в чудом уцелевший розовый куст. Тварь медленно поползла в сторону оранжереи, оставляя за собой кровавый след. С гримасой отвращения на лице Гидеон вдруг выхватил меч, намереваясь положить конец схватке. Словно почувствовав что-то, чудовище встало на хвост, как это делает кобра, и над юношей нависли острые челюсти.

– Гидеон! – вскрикнул смертельно побледневший Габриэль и натянул тетиву.

Уилл едва успел отпрыгнуть – выпущенная младшим Лайтвудом стрела, пролетев мимо него, со свистом вошла в осклизлое тело червя. Тварь осела и с невероятной скоростью поползла на холм. Кончик ее хвоста ударил по статуе, которая мгновенно разлетелась на мелкие кусочки.

– Если я не ошибаюсь, пострадал старина Софокл, – нашел в себе силы пошутить Уилл, когда червь скрылся за большим строением, по виду напоминавшим греческий храм. – Что и говорить, классики в наши дни не пользуются уважением!

Габриэль в раздражении опустил лук.

– Идиот, – закричал он брату, – о чем ты только думал, бросаясь на отца?

Гидеон покачал головой:

– Это больше не наш отец, Габриэль. Я бросался на червя. Если тебе трудно принять этот факт, то…

– Я и так выстрелил в него, – завелся Габриэль, – тебе этого мало?

Гидеон скорчил гримасу, словно брат был ему отвратителен. Зато Уилл, всегда с прохладцей относившийся к младшему Лайтвуду, ощутил к нему что-то вроде симпатии.

– Похоже, монстр укрылся за искусственными руинами, – немного остыв, произнес Гидеон. – Нам стоит пойти туда.

– Где-где он укрылся? – переспросил Уилл.

– За искусственными руинами, – ответил ему Джем. – Это декоративный элемент, и, полагаю, внутри никакой отделки нет?

– Да, обычный гипс, – кивнул Гидеон. – Мы с братом можем зайти с одной стороны, а вы с Джемом – с другой. И…

– Сесилия, что ты задумала? – вдруг закричал Уилл.

Все повернулись. Девушка стояла под невысоким тисом, явно намереваясь взобраться на него.

– Сесилия, сейчас не время лазить по деревьям!

Она бросила на него сердитый взгляд, но тут раздался грохот, и искусственные руины брызнули во все стороны обломками гипса. Червь снова ринулся на них со скоростью курьерского поезда.

Шея и спина Тессы отчаянно болели. Под платьем у нее был туго затянутый корсет, а на левое плечо налегала всхлипывающая Татьяна.

Вид особняка с каретами, стоявшими перед ним, поразил девушку. Будто бы и не было всех этих ужасов в саду… Кареты стояли там же, где они их оставили, фасад был залит солнцем.

Приложив немало усилий, Тесса кое-как усадила Татьяну в открытое ландо.

– О-о-о… – простонала Татьяна, – мой бедный, бедный Руперт… – Но отец… он хоть бы обо мне подумал!

– Мне кажется, – Тесса захлопала глазами от удивления, – мне кажется, это существо не в состоянии думать, миссис Блэкторн.

Татьяна снова застонала, и Тесса мгновенно устыдилась своего раздражения. Обидно, конечно, что пришлось уйти, но на глазах Татьяны… почти на глазах… чудовище только что разорвало на куски мистера Руперта, а ведь они поженились совсем недавно… и эта несчастная явно заслуживает лучшего отношения.