Кассандра Клэр – Механическая принцесса (страница 7)

– Вы испытали такое потрясение… – дружелюбным тоном произнесла Тесса. – Может, вам лучше прилечь?

– Вы очень высокая девушка, – вдруг сказала Татьяна. – Мужчины из-за этого не выказывают недовольства?

Тесса взглянула на нее в изумлении.

– И одеты вы странно… как невеста. Может, надо было доспехи надеть? О, понимаю, женщину они не красят, но иногда нам приходится делать не то, что хочется, а то, что нужно, и…

Ее болтовню прервал грохот, донесшийся из дома. «Генри», – пронеслось в голове у Тессы. Генри пошел осматривать особняк в одиночку. Червь в саду, но это не гарантирует полной безопасности. Тессе вспомнились демоны, заполнившие зал для танцев, когда она была здесь в прошлый раз. Подхватив юбки, она сказала:

– Вот что, миссис Блэкторн, оставайтесь здесь. А я пойду посмотрю, что там за шум.

– Нет! – подскочила Татьяна. – Пожалуйста, не оставляйте меня одну!

– Ничего с вами не случится, – тряхнула головой Тесса. – Если хотите мне помочь, сидите в карете и… если вам не трудно, молчите!

Татьяна что-то кричала ей вслед, но Тесса, не слушая ее, полетела по ступеням крыльца. Большая передняя была выложена черно-белыми мраморными плитами на манер шахматной доски. С потолка свисала огромная люстра, бесполезная в дневное время. Наверх вела величественная лестница.

– Генри! – позвала Тесса. – Генри, ты где?

Наверху опять что-то прогрохотало, и девушка ринулась по ступеням, путаясь в платье. Вбежав в коридор, она помчалась вдоль выкрашенных голубой краской стен, увешанных офортами в золоченых рамах. Как ей показалось, грохот раздавался из библиотеки.

Не раздумывая ни минуты, она толкнула дверь. Окна были зашторены тяжелыми гардинами из плотной ткани, на стенах висели холсты с изображением военных кораблей. В помещении стоял смрад, напоминавший зловоние берегов Темзы. Зеленую драпировку стен покрывали странные темные пятна. На полу, усеянном осколками, лежал опрокинутый книжный шкаф, а за шкафом катался по ковру Генри, пытаясь одолеть многорукое существо с серой кожей – демона, брызгавшего слюной.

Тесса лихорадочно огляделась, заметила кочергу, лежавшую у камина, схватила ее и бросилась вперед. Она не думала о том, чему ее учили на тренировках, а скорее руководствовалась инстинктом. Кочерга с хрустом вошла в тело монстра. Демон взвыл и скатился с Генри. Во все стороны брызнул черный ихор, и комната мгновенно наполнилась дымом. Тесса попятилась, зацепилась каблуком за подол и упала на пол – в тот самый момент, когда Генри, вскочив, с глухим проклятием перерезал демону горло.

Рыжие волосы Генри слиплись, из раны на плече сочилась кровь.

– Тесса, – с беспокойством воскликнул он и бросился к ней, помогая подняться. – Ты не ранена?

Окинув себя взглядом, девушка поняла, что он имел в виду: ее платье пропиталось ихором, а на предплечье образовался порез – падая, она налетела на стекло. Боли она не чувствовала, но крови было много.

– Со мной все в порядке, – ответила она. – Что случилось, Генри? Что это за тварь на тебя набросилась?

– Демон-хранитель. Осматривая стол Бенедикта, я, видимо, разбудил его. Из ящичка повалил черный дым и превратился в демона, и… он набросился на меня.

– И задел тебя своими когтями, – покачала головой Тесса, – у тебя кровь идет…

– Да нет, это я сам, – улыбнулся Генри, вытаскивая из-за пояса стилус. – Вот, на него упал. Только Шарлотте ничего не говори.

Тесса опомнилась, бросилась к окну и распахнула шторы. Ее взору предстал парк, но итальянского сада она, к сожалению, увидеть не могла, так как он находился по другую сторону дома.

– Генри, я должна идти, – сказала она. – Червь убил мужа Татьяны, Руперта Блэкторна. Уилл, Джем и Сесилия остались там, в саду. А я… Татьяна была на грани обморока, и мне пришлось привести ее сюда. Она внизу, в карете.

На мгновение повисла тишина.

Затем Генри произнес:

– Тесса…

Повернувшись, она увидела, что Генри, перестав наносить на руку иратце, смотрит на стену, забрызганную, как ей вначале показалось, бесформенными пятнами. Но теперь, присмотревшись, девушка поняла, что на зеленом сукне кровавыми буквами, каждая высотой в фут, было написано:

АДСКИЕ МЕХАНИЗМЫ

НЕ ЗНАЮТ ЖАЛОСТИ!

АДСКИЕ МЕХАНИЗМЫ

НЕ ИСПЫТЫВАЮТ СОЖАЛЕНИЯ!

АДСКИМ МЕХАНИЗМАМ НЕСТЬ ЧИСЛА!

АДСКИЕ МЕХАНИЗМЫ НЕ ОСТАНОВИТЬ!

Внизу было еще одно предложение; буквы и слова вышли неразборчивыми, словно у того, кто писал это, отказали руки. Тесса представила, как Бенедикт, закрывшись в кабинете, превращается в демона и пишет кровью на стене:

ДА СЖАЛИТСЯ ГОСПОДЬ

НАД НАШИМИ ДУШАМИ.

Своей мишенью червь избрал Уилла. Юноша успел отпрыгнуть, едва избежав его челюстей. Прижавшись к земле, Уилл перевел дух, затем вскочил на ноги и побежал к хвосту твари, намереваясь перерубить его.

Приняв стойку кобры, червь навис над братьями Лайтвудами, и вдруг… застыл. Неужели узнал детей? – подумал Уилл. Но даже если и так, схватку надо было продолжать. Юноша повернулся к Джему и поднял руку, чтобы привлечь внимание парабатая. Они давно разработали систему условных сигналов в сражении. Мгновенно все поняв, Джем бросил ему свою трость-клинок. Уилл схватил ее и быстрым движением вонзил острую сталь в кожу червя. Червь дернулся всем телом, но Уилл нанес еще один удар, и извивающийся конец хвоста отлетел в сторону. Из раны фонтаном ударил зловонный ихор, обжигая Уилла, который тщетно пытался увернуться.

– Уилл! – бросился к нему Джем.

Воспользовавшись замешательством монстра, братья Лайтвуды стали наносить ему удары по голове.

Внезапно Уилл увидел, как Сесилия прыгнула с тиса прямо на спину чудовища. Он едва не выронил клинок от неожиданности – так вот что задумала его сестра… Вытащив из-за пояса кинжал, Сесилия с размаху всадила его в тело твари.

О чем она думает? Неужели считает, что такого огромного монстра можно убить крохотным кинжалом?

– Уилл, Уилл, – тревожно зазвучал голос Джема, предупреждая о том, что червь повернул голову к Сесилии, разинув пасть… Как будто бы он сам не видит это!

Выпустив рукоять кинжала, Сесилия скатилась вниз, и челюсти монстра сомкнулись на собственной плоти. Брызнул еще один гейзер гнойной крови, безглазая голова дернулась, и монстр издал душераздирающий вопль. Габриэль поднял лук, прицелился и выпустил стрелу, которая, просвистев, вонзилась прямо в раскрытую пасть. Голова червя тут же поникла, туловище утратило объем. Еще несколько мгновений, и отвратительная тварь бесследно исчезла, как исчезают демоны.

Габриэль отбросил лук. Земля вокруг была пропитана кровью и гноем. Сесилия пыталась подняться, но ноги у нее разъезжались. Правая рука была неестественно вывернута.

Уилл бросился к сестре, но его перехватил Джем.

– Моя сестра… – начал Уилл.

– Твое лицо, – невозмутимо парировал побратим. – Этот монстр забрызгал тебя своей кровью, а она выжигает кожу. Я должен нанести иратце, иначе сам знаешь, чем это может кончиться.

– Пусти. – Уилл попытался вырваться, но Джем держал его мертвой хваткой.

Запястья Уилла коснулся стилус, и боль, которая уже напоминала о себе, отступила.

– Вот теперь иди, – махнул рукой Джем и занялся собой: на его кожу тоже попал ядовитый ихор.

Рядом с Сесилией уже стоял Габриэль. Уиллу показалось, что младший Лайтвуд смотрит на девушку слишком уж… нежно – он не мог подобрать правильного слова.

– Отойди от моей сестры, – рявкнул он.

Габриэль плотно сжал губы и шагнул в сторону Уилл вытащил стилус и нанес на шею Сесилии с одной стороны иратце, руну, помогающую залечивать раны, а с другой – менделин, чтобы сестренка немного успокоилась. Темные волосы, выбившиеся из-под тесьмы, придавали Сесилии вид той строптивой девчонки, которую он хорошо знал, – всегда готовой к драке и не знающей страха.

– Болит, кариад[2]? – вырвалось почти забытое детское прозвище.

– Кариад… – эхом повторила Сесилия, словно не веря услышанному. – Со мной все в порядке, зря ты беспокоишься.

– Нет, не все. – Уилл показал на поврежденную руку и порезы на лице, которые уже начали затягиваться под воздействием иратце.

Нежность к сестре уступила место злости. Он даже не услышал, как сзади закашлялся Джем, хотя раньше этот звук заставлял его со всех ног бросаться другу на помощь.

– Сесилия, ты ведь могла…

– Твоя сестра совершила поступок, достойный самого храброго Сумеречного охотника, – перебил его Габриэль, который и не думал отходить далеко. Как и все остальные, младший Лайтвуд был забрызган кровью и грязью, но глаза его лучились светом.

Сесилия залилась румянцем:

– Я только…

Она осеклась и расширившимися глазами посмотрела куда-то мимо Уилла. На этот раз Уилл услышал кашель. Обернувшись, он увидел, что его парабатай, согнувшись пополам, упал на колени.

Глава 3

До последнего часа

Геенна отчаянья не для меня – от нее несет падалью, Последние человеческие канаты внутри моего