Кассандра Клэр – Леди Полночь (страница 107)
– Кажется, это так называется, – улыбнувшись, ответил он. – В стране фэйри этому нет названия, так что…
Эмма нахмурилась.
– И снова прости меня за неверные суждения.
– Все в порядке, – произнес Марк. – Ты права насчет Кьерана. Долгое время у меня был только он.
– Если это еще имеет хоть какое-то значение, он любит тебя, – сказала Эмма. – Это было написано у него на лице. Мне кажется, он не ожидал, кто кто-то из нас пострадает. Мне кажется, он считал, что тебя вернут назад в страну фэйри, где ты снова сможешь быть с ним. Он и подумать не мог…
Но в этот момент воспоминание о серебряном хлысте, который обрушивался на спину не только ей, но и Джулиану, перехватило ей горло.
– Эмма, – сказал ей Марк, – в тот день, когда меня забрали в Дикую Охоту, я успел напоследок лишь сказать Джулиану, чтобы он не покидал тебя. Я думал о тебе все эти годы, я вспоминал маленькую девочку со светлыми косами. Даже тогда я знал, что сердце Джулиана будет разбито, если что-то случится с тобой.
Эмма почувствовала, как ее собственное сердце пропустило удар, но Марк, похоже, выражался фигурально.
– Сегодня ты защитила его, – продолжил он. – Ты приняла на себя наказание, которое было предназначено ему. Смотреть на это было тяжело. Я хотел оказаться на твоем месте. Я хотел этого больше всего на свете. Но я понимал, почему мой брат решил защитить меня. И я благодарен тебе за то, что ты защитила его.
Эмма с трудом сглотнула вставший в горле ком.
– У меня не было выбора.
– Я твой вечный должник, – сказал Марк, и его голос прозвучал, как голос принца фэйри, обещания которого были не просто обещаниями. – Я дам тебе все, что ты захочешь.
– Такого нельзя и просить. Ты не обязан…
– Но я хочу, – отрезал он.
Помедлив, Эмма кивнула, и наваждение прошло. Холодный Марк из страны фэйри снова превратился в Марка Блэкторна и принялся рассказывать Эмме, как продвигается расследование, шагая по коридору в сторону библиотеки. Чтобы дядюшка Артур не узнал о том, что произошло между Эммой и посланцами фэйри, Джулиан организовал ему встречу с Ансельмом Найтшейдом в пиццерии на Кросс-Крик-роуд. Найтшейд прислал за Артуром машину и пообещал вернуться с наступлением темноты.
Все остальные весь день провели в библиотеке и перелопатили горы книг в поисках информации о Леди Полночь.
– Они что-нибудь нашли? – спросила Эмма.
– Не знаю точно. Я как раз шел к ним, когда явился Мистер Секси и заявил, что ему есть что рассказать.
– Ого! – Эмма всплеснула руками. – Мистер Секси?
– Безупречный Диего, – буркнул Марк.
– Слушай, я понимаю, что ты не так давно вернулся из страны фэйри, но в мире людей кличкой Мистер Секси
Марк не успел ответить – они дошли до библиотеки. Как только они переступили порог, Эмму чуть не сбили с ног: Ливви сорвалась с места, крепко обняла ее и разразилась слезами.
– Ой, – пробормотала Эмма, оглядываясь по сторонам: повсюду лежали стопки книг и бумаг. – Лив, я же в бинтах.
– Не могу поверить, что ты позволила этим фэйри высечь тебя! О, я ненавижу их, ненавижу оба Двора, я убью их всех…
– «Позволила» – это не совсем то слово, – заметила Эмма. – Но я уже в порядке. Все хорошо. Было не так уж больно.
– Обманщица! – воскликнула Кристина, выйдя из-за стопки книг. Диего был рядом с ней. «Интересно», – подумала Эмма. – Твой поступок – настоящий героизм. И все же это было глупо.
Диего взглянул на Эмму серьезными карими глазами.
– Если бы я знал, что случится, я бы остался и сам вызвался принять на себя удар. Я крепче тебя и шире в плечах, возможно, мне пришлось бы легче.
– Я справилась и сама, – раздраженно ответила Эмма. – Но спасибо за напоминание о том, что ты тот еще громила. Иначе я бы и не вспомнила об этом.
– А-а! Прекратите! – Кристина разразилась потоком испанского.
Эмма подняла руки.
– Кристина, говори
– Зачем? – спросил Диего. – Ты говоришь по-испански?
– Не особенно, – призналась Эмма.
Он улыбнулся ей.
– Что ж, в таком случае, она отвешивает нам комплименты.
– Я
В этот момент дверь отворилась и вошел Джулиан. Все тут же принялись раскладывать по местам нужные книги и бумаги. Тай сидел во главе стола, как будто возглавляя совещание. Он не улыбнулся Эмме, но искоса взглянул на нее, что на его языке было выражением признательности, а затем снова вернулся к своим делам.
Эмма не отваживалась смотреть на Джулиана. Она просто не могла смотреть на него, но чувствовала его присутствие. Он подошел к столу и встал слева от Тая, заглянув в заметки брата.
– Где Тавви и Дрю? – спросила Эмма, взяв верхнюю книгу из стопки.
– Тавви никак не мог угомониться, и Дрю повела его на пляж, – ответила Ливви. – Таю кажется, что он раскопал кое-что важное.
– А именно, кто она такая, – уточнил Тай. – Наша Леди Полночь. Книга Тавви напомнила мне о том, что я однажды прочитал в истории Блэкторнов…
– Но мы ведь просматривали все тома истории Блэкторнов? – перебил его Джулиан.
Тай с превосходством взглянул на него.
– Мы просмотрели все на сотню лет назад, – кивнул он. – Но в книжке Тавви говорится, что Леди Полночь любила того, кого любить ей было нельзя.
– И мы подумали: что такое запретная любовь? – с энтузиазмом подхватила Ливви. – Нельзя влюбляться в родственников, это ужасно, нельзя влюбляться в тех, кто значительно моложе или значительно старше, это тоже ужасно, и нельзя влюбляться в кровных врагов, ведь это хоть и не ужасно, но печально…
– А тем, кто любит «Звездные войны», нельзя влюбляться в тех, кто любит «Звездный путь», – сострила Эмма. – И так далее. Куда ты клонишь, Ливс?
– Еще под запретом любовь парабатаев, как у Сайласа Пангборна и Элоизы Рэйвенскар, – добавила Ливви, и Эмма очень пожалела о своей шутке. Она прекрасно чувствовала, где именно стоит Джулиан, как близко он к ней и как сильно напряжен. – Но все это маловероятно. И мы поняли: до заключения Соглашений под запретом была любовь к обитателям Нижнего мира. Такая любовь вызвала бы жуткий скандал.
– Поэтому мы подняли более ранние документы, – продолжил Тай. – И кое-что нашли. Дочь одной из семей Блэкторнов была влюблена в чародея. Они собирались сбежать вместе, но их поймали. Ее заставили стать Железной Сестрой.
– «Родители заточили ее в железном замке», – прочел Марк в книжке Тавви. – Так вот что это значит.
– Ты говоришь на языке сказок, – бросил Диего. – Полагаю, это неудивительно.
– И она умерла, – поняла Эмма. – Как ее звали?
– Аннабель, – ответила Ливви. – Аннабель Блэкторн.
Джулиан ахнул.
– Где это случилось?
– В Англии, – сказал Тай. – Двести лет назад. Тогда стихотворение «Аннабель Ли» еще даже не было написано.
– Я тоже кое-что нашел, – сообщил Диего. Он достал из внутреннего кармана куртки поникший стебелек с несколькими листьями и положил его на стол. – Не прикасайся, – предостерег он, когда Ливви протянула к нему руку, и она тотчас отдернула ее. – Это белладонна. Ядовитый паслен. Яд смертелен только при приеме внутрь или попадании в кровь, но осторожность не повредит.
– С точки пересечения? – спросил Марк. – Я видел ее там.
– Да, – кивнул Диего. – Яд этого вида гораздо опаснее яда обычной белладонны. Подозреваю, именно им и были пропитаны стрелы, которые я купил на Сумеречном базаре. – Он нахмурился. – Но вот что странно: в дикой природе она встречается лишь в Корнуолле.
– Та девушка, которая влюбилась в чародея, тоже жила в Корнуолле, – заметил Тай.
Вся комната вдруг стала яркой, резкой и четкой, словно глаза Эммы неожиданно сфокусировались, как фотоаппарат.
– Диего, – сказала Эмма, – у кого ты купил стрелы на базаре?
Диего наморщил лоб.
– У какого-то простеца со Зрением. Кажется, его звали Грач…
– Джонни Грач, – пробормотал Джулиан и встретился глазами с Эммой. На лице у него промелькнуло понимание. – Думаешь…