Karter Khan – Gord - экспансия (страница 17)

— Я открываю. На пол не наступай.

Микота просунул голову в проём. Посмотрел на Макса, потом на прозрачную массу возле душа. Нижний край дрогнул и потянулся к стенке.

— Здесь сухо, — произнёс голос.

Микота повернулся к Максу.

— Это ты сказал?

— Теперь ты тоже слышишь?

Он присел возле ёмкости. Микота остался у порога, поднёс сканер. Прибор повторил предупреждение, на этот раз выделив источник отдельно от Макса.

— Слышал про сухо. Очень тихо. Слова будто сам у себя произнёс.

Прозрачная масса подвинулась к ближайшему уголку. Макс медленно провёл над ней ладонью, не касаясь.

— Сколько воды тебе нужно?

— Немного. Чтобы край не высыхал. Здесь воздух движется, я всё время собираю себя обратно.

Микота вышел на кухню. Когда отступил за дверной проём, Макс спросил, слышит ли он продолжение.

— Сейчас ничего, — ответил тот. — Я кран открою, повтори потом.

Макс убавил вентиляцию над душем. Существо перестало подтягивать наружный край так часто. Микота вернулся с миской корабельной воды.

— Вот этот запас можно, — сказал он Максу. — На весь бак рот не раскрывайте, я его для нас держал.

Он остановился. Смотрел в ёмкость.

— Ты меня понимаешь, когда я вслух говорю?

— Когда стоишь близко. Если говорить сразу обоим, мне труднее. Можно по очереди?

Микота опустился возле порога. Наклонил миску над ёмкостью, но не стал лить.

— Показать, сколько?

Небольшой участок прозрачной массы приподнялся, обозначив низкую дугу у стенки. Микота добавил воды до неё. Существо расправило край, втянуло немного из налитого слоя и стало чуть объёмнее. Большая часть добавленной воды осталась вокруг. Даже теперь форма помещалась бы у Макса на ладони.

Макс посмотрел на приёмник. Остальное осталось там, где было. Существо собралось отдельно; в его ёмкости не было ни мутных следов, ни той воды, которую Макс собирался слить. Он включил над душем яркий свет. В толще маленькой формы виднелись едва заметные крупинки, стягивавшиеся ближе к середине.

— Во мне ещё что-нибудь осталось? — спросил он.

— Здесь та часть, которая была с тобой. В сосуде осталось гораздо больше. Сейчас я её не чувствую. Мне нужно отдохнуть. Когда я собиралась отдельно, было трудно удерживать ответ целиком.

Микота поднёс сканер ближе к Максу. Дождался замера, сравнил его с записью у кресла. Неизвестный профиль оставался в ёмкости. В закрытом сосуде на кухне сохранялся прежний распределённый сигнал. Микота отметил его отдельно и убрал сосуд в свободную ячейку, закрепив крышку.

— Это ещё надо проверить, — сказал он, возвращаясь. — Но сейчас он показывает тебя отдельно. Дай руку, сравним остальные показатели.

Макс уселся на сложенное душевое сиденье. Микота закрепил медицинский датчик. Голос молчал, и Макс наконец перестал вслушиваться в каждый звук вентилятора.

Повторный замер не показал ухудшения. Температура держалась, пульс после суеты успокаивался. Прибор снова предложил отдых. Макс сохранил обе записи вместе с временем.

— Ничего не болит, — сказал он. — Только нога. Она и раньше болела.

Микота посмотрел на повязку под краем штанины.

— Тогда хватит сидеть здесь. Я ёмкость подержу, ты перенеси на стол. В санитарном блоке вода быстро уйдёт, если опять включится обдув.

Макс встал, уступил ему место. Микота сдвинул миску с прохода и придержал край ёмкости, пока Макс поднимал её с пола. Маленькая форма качнулась вместе с водой. Они двигались медленно, пропуская друг друга в узкой двери.

— Ты знала, что я собираюсь пить? — спросил Макс уже на кухне.

Он поставил ёмкость на сложенное полотенце. Микота убрал со стола пакеты, оставив рядом сканер.

— Я не знала, что происходит снаружи, — ответил голос. — Помню движение воды и прохладу. Я смогла различить ваши слова уже здесь. До этого всё время становилось жарко, даже когда снаружи темнело.

— Ты могла предупредить?

Ответ пришёл после паузы:

— Тогда у меня ещё не получалось. Сейчас получается. Ты хочешь, чтобы я спрашивала, прежде чем подойти?

Макс присел ближе, чтобы Микота тоже слышал.

— Прежде чем в кого-то попасть — обязательно. Даже если там прохладно. И в наши кружки пока тоже нельзя. Мы можем случайно выпить ещё раз.

— Я останусь здесь. Только закрой сверху от воздуха. Наглухо не нужно, я пока не знаю, сколько мне надо.

Микота нашёл лёгкую крышку, положил на края, оставив щель. Макс проверил, не попадает ли на ёмкость свет разогрева. Передвинул полотенце дальше от стены.

— Так нормально?

— Здесь легче держаться. Когда вы отходите, слова пропадают. Поэтому я иногда буду просить подойти.

Макс поднял сканер. К полевой записи добавилась новая карточка с временем обнаружения и пометкой «возможное взаимодействие». Внизу предлагалось открыть заявку на регистрацию. Он закрыл предложение, сохранил данные локально.

Макс потянулся за ложкой. Голос попросил:

— Поставь меня поближе к себе. Здесь вода пока неподвижная, я ещё привыкаю. В тебе она двигалась ровно, и температура почти не менялась. Рядом с тобой мне легче отвечать.

Он придвинул полотенце, оставив ёмкость в стороне от горячей посуды.

Микота принёс две миски с едой. Одну поставил у Макса, другую возле своего локтя. Сел, оставив между ними место для ёмкости.

— Ешь, — сказал он. — На голодный желудок ты уже достаточно решений принял. Потом спросим, что ей вообще нужно для жизни. И санитарный блок я верну в обычный режим, когда закончим проверку.

Макс взял ложку. Под крышкой на миг поднялась небольшая складка, затем опустилась в воду. Он придвинулся ближе.

— Ты что-то хотела?

— Когда будешь убирать со стола, эту воду не сливай. Я здесь останусь, пока не смогу выбрать другое место.

Макс отложил ложку, взял полоску упаковочной ленты и прикрепил её к бортику. Написал крупно: «НЕ СЛИВАТЬ».

Микота повернул ёмкость так, чтобы надпись была видна из прохода. Затем подвинул миску к себе и начал есть.

Глава 7. Чей это стакан

Макс поднял стакан к губам, и возле уха раздалось:

— Поставь меня обратно. Ты обещал спрашивать.

Он остановился с поднятым локтем. Вода под крышкой качнулась; прозрачное утолщение на дне растянулось вдоль стенки. Макс медленно опустил стакан.

— Я думал, ты в большой ёмкости.

— Я сказала, что хочу попробовать эту. Ты разрешил. Потом ты ушёл за полотенцем и больше сюда не смотрел.

На другой стороне стола Микота повернул к нему полоску упаковочной ленты. Надпись «НЕ СЛИВАТЬ» осталась на пустой промывочной ёмкости. За последние полчаса они успели вымыть посуду, вернуть санитарный блок в обычный режим и выяснить, что широкий низкий таз мешает новой пассажирке удерживаться вместе. Ей хотелось стенок поближе.

Макс взял ленту, приклеил к стакану. Бумага намокла и сразу отстала.

— Я ещё сплю, — сказал он. — Нужно нормально обозначить.

— Для начала перестань пить из всего, что стоит перед тобой, — ответил Микота. — На столе моя миска. Я рассчитываю её доесть.