Карл Вурцбергер – Прежде чем увянут листья (страница 36)
— Здесь так редко устраивают танцы, а я люблю танцевать.
— Ну что ж, пойдем попрыгаем.
— Ты не любишь танцевать?
— Люблю, но сегодня у меня что-то нет настроения…
— Тогда посиди, а я потанцую.
— Ладно, кто-то должен уступить. — Он прижимает ее к себе: — Знаешь, чего мне хочется? Сосчитать веснушки на твоем лице. А еще мне хочется знать, только ли на лице они у тебя.
— Отпусти, а то ни одной не увидишь!
— Когда-нибудь я все же их сосчитаю, Веснушка. А потом буду каждый день проверять, не обсчитался ли, не появилась ли новая веснушка. Веришь?
— Пусти меня и пойдем, а то все места займут.
— Веришь?
— Верю, только отпусти.
— Давай выкуп.
— Не здесь. И после танцев.
— Тогда с процентами.
— Еще чего!
Когда они подходят к ресторанчику, Пегги бросает на него косой взгляд:
— Моя мама тоже придет. Познакомить вас?
Уве Мосс прирастает к земле.
— Черт возьми! Ни в коем случае, Веснушка! Мы об этом не договаривались.
— Да вон она. Как же быть?
— Я думал, раз твой старик… твой отец в больнице…
— Ну и что? Мама будет не одна, если тебя это беспокоит, а с тетей и дядей. Если хорошенько посчитать, в зале наберется с десяток родственников.
— Святая мадонна! Значит, прежде чем пересчитать веснушки, я должен пересчитать твоих родственников? Мне придется сесть вместе с ними за стол? С мамочкой, с тетушками, с дядюшками?
Пегги громко смеется:
— Перестань валять дурака! Мы найдем себе место. Пошли!
— Ну что ж, крепись, Уве…
Они входят в зал. Пегги в белом платье выглядит прямо как королева. Да и мать ее вовсе не ворчливая старуха, как это представлялось Моссу, а довольно моложавая женщина. Она сидит в другой части зала и время от времени посматривает в их сторону. Во взгляде ее нет ни озабоченности, ни упрека — скорее, внимательное любопытство. После первого танца Пегги спрашивает:
— Подойдем к ней?
Он согласно кивает, хотя и вздыхает при этом. У стола Мосс делает неуклюжий поклон и неожиданно для самого себя заявляет:
— Что за чудеса — вторая Пегги!
Мать смеется:
— Что же тут особенного? Ведь она моя дочь. Может, посидите с нами?
Мосс приветствует сидящих за столом и неуверенно говорит:
— Собственно, мы не собирались… но если вы…
— У нас уже есть место, — отвечает за него Пегги. — И потом, мы хотим потанцевать… Пока! — И она тянет Мосса за руку.
— Мне показалось, что сейчас начнутся наставления, — произносит он, когда они идут танцевать, — что и как я должен делать, чего не должен…
— Она пыталась меня предостерегать. Но что со мной может случиться?
Позже он приглашает мать Пегги на танго, и она первой начинает разговор:
— Вы из Борнхютте? Давно знакомы с Пегги?
— Да нет… не очень…
— После учебы уедете? Через полгода?
— Да, нас переведут.
Она кивает, а незадолго до окончания танца смотрит ему в глаза и тихо говорит:
— Можно мне кое-что вам посоветовать? Только не обижайтесь.
— Пожалуйста!
— Пегги уже восемнадцать, и она вправе распоряжаться собой. Но я мать… Не делайте глупостей, даже если любите ее, а если не любите — тем более.
Уве кивает, хотя его распирает ликование и он готов прогалопировать через весь зал. Немного позже, когда он выходит на воздух перекурить, к нему подходит приземистый парень, широкоплечий, с маленькими круглыми глазками и шрамом на переносице:
— Ты охотишься на моем участке, служивый, и это мне не нравится.
— А что это за участок, приятель?
— Оставь Пегги в покое, она — моя девчонка.
Мосс видит, как сжимаются кулаки у парня, а его маленькие глазки наливаются бешенством.
— Вот что, — говорит Уве примирительным тоном, — спросим ее, кого она выберет.
— И не подумаю. Давай проваливай!
— Посторонись-ка! — просит Мосс. — Ладно, если бык не хочет, приходится уходить крестьянину. — И он пытается обойти парня, но тот снова загораживает ему дорогу.
— Слушай, я не из тех, кто получает удовольствие от драки, но и себя в обиду не дам. Сейчас я сделаю еще один шаг в сторону и пройду мимо тебя, и если ты меня хоть пальцем тронешь, быть тебе в больнице. Усек?
Но парень ничего не хочет понимать — это видно по его лицу.
Неожиданно рядом раздается незнакомый голос:
— Что здесь происходит? Вы что, рветесь намять друг другу бока?
— Я — нет, — отвечает Мосс, не спуская глаз с парня. — А вот у него, кажется, руки чешутся.
— Послушай-ка, поросенок, — обращается к сопернику Уве парень с копной рыжих волос, — тебе ведь уже раз дали срок. Что, мало? А ты, солдат, по губе соскучился? Или, может, на вас чесотка напала? Постой-ка, это ты приударяешь за Пегги? Ты из взвода лейтенанта с гитарой?
— А разве это имеет значение?
— Имеет, — уверяет Рыжий. — Даже большее, чем ты думаешь… Послушай, поросенок, — опять обращается он к парню, — если у солдата хоть один волосок упадет с головы, я тебе покажу. Ты видел, как я разгибаю цепные кольца? А теперь выбирайте: или в зал, или по домам!
Парень с маленькими глазками неохотно покоряется.
— Но это не последний разговор, — бурчит он и уходит.
Рыжий обнимает Уве за плечи, и они идут в зал, где старики играют в скат и кости.