Карина Вальц – Множественные сны Эльфины Рейн (страница 37)
Стоило вылезти из этого вертолета, но Фауст всем телом окаменел.
Лопасти завертелись, поднимая в воздух легкий искрящийся снег, они оторвались от земли и помчали к вершине.
ГЛАВА 40
После десятка спусков, которые он провел в автоматическом режиме, ведь думал не об обходе очередного препятствия, Фауст ступил на землю Глетчерхорна. Свой борд он вручил Шарлю, потому двигался налегке, разве что снежные сугробы валились с него по пути. Но Фаусту было плевать.
Эльфина Рейн оказалась у себя, сидела у окна с бумажным стаканом кофе в руках. Рядом стоял увесистый пакет с эмблемой местного кафе, стало быть, кто-то об Эль заботится. Тот ее таинственный дружок в маске? Или порабощенные бедолаги, лишенные выбора? Как оператор подъемника, так удачно «пропустивший» Эль в метель. Кто бы знал, что это лишь вершина айсберга! Да там такие глубины кроются, что страшно! Фауст и сам пока плохо понимал, что это за глубины такие.
Он много думал об этом, но так и не смог разобраться до конца. Эльфина Рейн ворует личности? О таком Фауст ни разу не слышал, но выходило логично. Каким-то образом Эль отщепляла нужную ей часть от человека. Так она «оторвала» часть Алана Блавона, когда ей понадобилось умение управлять самолетом. И была еще одна часть… часть самого Фаустино, ведь Эльфина Рейн запросто взломала его ноутбук. И кто знает, что там еще было… собственно, Фауст за этим и явился: все узнать. Припереть Эль к стенке, пригрозить…
– Чего хотел, пёс? – без намека на удивление проворчала Эль. Ее сломанная нога покоилась на соседнем стуле, гипс выглядывал из-под широкой штанины. Ну хоть исцеляться эта чудо-женщина не умеет.
– Поговорить… погоди, как ты меня назвала?
– Дышишь громко. – Эль нехотя повернулась, медленно оценила его внешний вид, затем так же неспешно взяла со стола тряпку и швырнула ею в Фауста. Тряпку он поймал, иначе прилетела бы прямо в лицо.
– Сначала убери за собой, притащил снега, останется лужа… затем выйди из комнаты, брось мокрый комбез в коридоре, и только потом шагай в мою комнату опять. Тогда я, быть может, рассмотрю твое предложение… смотря что там под комбинезоном окажется. Вряд ли что-то интересное, но девушка ведь может надеяться… – она отвернулась и начала рыться в пакете с едой.
Фауст остался топтаться на месте, что-то в поведении Эль его насторожило.
Поняв, что с уборкой он не торопится, Эльфина тяжко вздохнула:
– Если ты такой тормоз, разжую… раз ты прискакал ко мне с выпученными глазами, то варианта может быть два: ты хочешь в туалет настолько, что добежать смог только до меня, что великая честь, но лучше бы ты бежал дальше; либо жаждешь поговорить со мной настолько, что жопа все равно нехило подгорает, но по иной причине. Причин идти тебе навстречу не вижу. Прости, но выпученных глаз для этого маловато. Так что либо делаешь, как я сказала, либо валишь на все четыре стороны и не отнимаешь мое время, которое я бы предпочла провести наедине с собой как с самой приятной на свете компанией.
И тут Фауст понял причину своей настороженности.
Говнюк и любитель унизить других – Уго Лерой.
Все интереснее и интереснее… дабы не выяснять отношения с открытой дверью, Фауст спокойно сделал так, как было сказано: вышел в коридор, скинул горнолыжный комбинезон и шагнул к Эль в одном термобелье. Повозил тряпкой по мокрому полу и закрыл за собой дверь.
– Хороший мальчик, – не поворачиваясь, глумливо прокомментировала она.
– А ты, стало быть, плохая девочка?
За неимением других мест Фауст сел на заправленную кровать соседки Эль, так он мог любоваться нахмуренным профилем «плохой девочки». Она же с удовольствием действовала на нервы нежеланному гостю: медленно жевала, рылась в пакетах, пила кофе и даже не подумала угостить Фаустино. Тянула время, чтобы он почувствовал себя не в своей тарелке. Униженным и нежеланным.
И пусть Фауст пока не знал всего, но понимать кое-что уже начал, поэтому взаимодействие с Эльфиной Рейн далось ему проще, чем могло бы. Он не бесился, не искал причин резкой перемены ее настроения, а просто ждал.
И продолжал думать, вспоминать.
Так что на самом деле время, которое Эль так старательно тянула, играло против нее. Фауст вдруг вспомнил, как застал ее с зубной пастой на балконе, как после короткой беседы оказался привязанным к дереву… помнится, тогда он решил, что это проделки де Крюссоля, настолько сильно выходка походила на деятельность приятеля. Но то был не Шарль… и Шарль одновременно.
После Эль вдруг накинулась на него в баре.
Это ведь тоже было не спроста? Нет-нет… ведь существовала Милена Драгович, соседка Бланки. Помнится, Би часто на нее жаловалась, даже просила Фауста влезть в систему Глетчерхорна и выкинуть соседку куда-нибудь к материалистам на последний этаж. Бланка не ладила с раскрепощенной соседкой, она считала, что девушка обязана быть сдержанной и хранить секреты. Если учесть, куда ее эти секреты завели… впрочем, сейчас это не главное. Милена Драгович – вот, кого Фауст мог встретить в баре. Точнее, ее часть.
После он столкнулся с навыками хакера, потом был пилот-самоубийца и отчаянный сноубордист. И теперь вот Уго Лерой. Кажется, на этом все. Множественные личности Эльфины Рейн, связанные с другими людьми… такое и вообразить сложно, а уж догадаться! Пожалуй, стоит сказать спасибо Алану Блавону. Слишком он яркий и чокнутый, чтобы таких людей оказалось двое в одном малонаселенном Глетчерхорне. И, отталкиваясь от Блавона, Фауст дошел до остального.
Вот только…
Если Эльфина Рейн воровала часть личности, дабы использовать ее в своих целях, зачем ей понадобилось что-то от Шарля? От Милены Драгович? Ладно, мысли о Милене лучше отложить подальше, ведь сам Фаустино принял живейшее участие в этом витке истории, и это неизменно отвлекало. Секс всегда все усложняет, как ни крути. Можно сколько угодно придумывать дистанцию, строить стены, но в итоге все равно споткнуться о неловкую кочку.
Итак, от этих двоих Эль вряд ли что-то было нужно. С натяжкой она могла «откусить» часть личности Милены ради удовольствия и развлечения (почему бы и нет, в конце концов), но Шарль что мог ей дать? Или тот же Уго Лерой? Захотелось побыть стервой, поунижать других, не чувствуя угрызений совести? Странное желание.
Нет, тут что-то не так.
Эль «ворует» личности случайно?
Это больше похоже на правду, если соединить сворованную пятерку воедино. В Эль кроется некий баг, она извлекает наружу часть чужой личности. Она материалист… но материалисты обычно извлекают предметы, о личностях Фаут не слышал ни разу. Поэтому да, это баг. Но она научилась использовать его себе на пользу, ведь ее навыки пилота всплыли как по заказу.
Эльфине Рейн наконец надоело тянуть время, она раздраженно отодвинула от себя пакет и повернулась к Фаусту. Пробежалась по нему наглым взглядом, изобразила кривую ухмылочку, то ли наглую, то ли пошлую… и все эти гримасы выглядели на ее лице неуместно, по-дурацки и даже смешно. Возможно, это оттого, что Фауст теперь знал правду. Хотя бы ее часть.
– Могу снять водолазку, полюбуешься, – предложил он серьезно.
Она закатила глаза:
– Парни, считающие себя неотразимыми… вы жалкие.
– Не мой случай, ведь неотразимым меня считаешь ты.
Эль фыркнула, собираясь ответить что-нибудь эдакое, но Фауст ей не позволил, наклонился ближе и заговорил:
– Сама же сказала: у тебя нет причин со мной разговаривать, это я пришел, я торопился, да так, что даже переодеться не успел. Ты это наверняка заметила. Стоило меня прогнать, чтобы поиздеваться, но почему-то я здесь. Сижу перед тобой в обтягивающих лосинах и смотрю, как ты ешь. Вывод один: ты просто не смогла меня прогнать, потому что считаешь неотразимым.
– Из какой задницы ты такую теорию наковырял?! Дружочек, у тебя явные проблемы с восприятием действительности.
– Точно? А ты не пытаешься свои проблемы на меня зеркалить? Ведь это
Надо отдать ей должное – она не дрогнула.
Смогла изобразить скептичную ухмылку и отбила удар:
– Даже спрашивать не буду, долго ли ты думал…
– Почему? У меня есть ответ: мне хватило одного короткого разговора с Аланом Блавоном, чтобы идея поселилась в мыслях. Мне хватило нескольких часов с этим же Аланом Блавоном, чтобы сомнений не осталось. Мне хватило дороги от вертолетной площадки до корпуса Риты Кастильо, чтобы припомнить другие моменты. И мне хватило полчаса наедине с тобой, чтобы остальное обрело смысл. Но я все равно думал слишком долго, стоило догадаться раньше… хотя как о таком можно догадаться!
– Ни слова не поняла, но есть места, где тебя обязательно выслушают. А соседи там какие! Наполеоны, дьяволы и прочие фантастические твари.
– Ты хорошо держишься, – искренне заметил Фауст. – Но тебя глаза выдают. В них я вижу страх, Эль. Ты боишься меня сейчас, потому что точно знаешь: в мое подсознание пробраться не так просто, в прошлый раз тебе понадобилась моя помощь. Стереть нежелательные знания не получится так, как ты привыкла. Это выход из зоны комфорта, да? И другого плана у тебя нет. И кто знает, что я успею натворить, пока ты его придумаешь…