Карина Вальц – Множественные сны Эльфины Рейн (страница 14)
Забрезжил рассвет, ветер за окном стих, Эль ненадолго провалилась в сон.
Проснулась, когда вовсю светило солнце, кажется, день будет богатым на тепло и солнечные лучи. Осенью в горах все нестабильно, в один день может начаться снег, в другой – сносить пронизывающий ветер, а в третий выглянет яркое до слепоты солнце.
Рядом кто-то завозился и Эль моментально вспомнила обо всем, что было ночью. Улыбка сама собой заползла на лицо и не желала больше оттуда уходить. Может, и стоило выбрать кого-нибудь попроще, да хоть того же бармена, но Эль ни о чем не жалела. Пока слишком хорошо и лениво, чтобы жалеть, а дальше… да все пойдет по накатанному сценарию, это изведанный путь, проторенная дорога.
Дело в том, что отношения с парнями у Эль никогда не складывались и вряд ли сложатся в будущем, учитывая ее особенности. Но девушка давно смирилась с ситуацией и перестала ждать чуда.
Глядя на спящего рядом Фаустино, Эль вдруг вспомнила о своих приключениях на первом курсе. Говорят, первый раз у девушек часто бывает неловким, но знают ли эти девушки о неловкости столько, сколько знает Эльфина Рейн? На том самом первом курсе она нырнула в подсознание Ланы Чемберс, а после… а после в Эль проснулась неуемная тяга к убогим мальчикам со странностями. Несколько дней Эль следила за Эрихом фон Регенсбергом, чтобы убедиться: никого более убогого в Глетчерхорне не существует, а после свела с ним знакомство.
Эрих был не только откровенно нескладным и несимпатичным, но еще саркастичным, грубым придурком, и подругами обзаводиться не планировал, что только подстегнуло интерес девушки. И уже через пару дней она оказалась в комнате Эриха, они страстно целовались, все двигалось в очевидном направлении. Эль смотрела на щуплую фигуру парня и любовалась. В лунном свете Эрих походил на бледную курицу, а его и без того страшное лицо приобрело потусторонний оттенок. И вроде бы ничего неловкого в этом нет, о вкусах не спорят, но все самое интересное посыпалось позже.
Фон Регенсберг, поняв, что стал первым парнем Эль, заявил, что она могла подыскать кого-нибудь получше, а не вешать эту ношу практически на незнакомца, затея-то идиотская. Затем и вовсе выставил ее прочь она и одеться-то толком не успела. И после этого Эль не могла выкинуть прекрасного, противоречивого и недоступного Эриха из головы и почти месяц следила за его передвижениями. Да, тягой к странным мальчикам все не ограничилось, Эль еще и навык преследователя освоила. Бедный фон Регенсберг не знал, как от нее избавиться, он орал, бесился, угрожал и даже топал ногами. Так привлекательно топал, что ну не могла Эль оставить его в покое!
Когда Сомнус Ланы Чемберс отпустил Эль, она еще долго ловила на себе настороженные взгляды Эриха фон Регенсберга. До конца года он обходил ее стороной, а затем и вовсе перешел на вечернее обучение. Кажется, он до сих пор не закончил Глетчерхорн и время от времени приезжает сдавать экзамены, но наверняка ходит окольными путями, опасаясь Эль. За месяц напряженного преследования можно многое успеть, а Эль всегда была активной девушкой.
Может, сейчас Эль и не сталкер, но кто знает, что будет… Фаустино сбежит так же быстро, как и все остальные мимолетные увлечения Эльфины Рейн. Но он хотя бы останется приятным воспоминанием, а это уже немало.
ГЛАВА 15
До встречи с Эльфиной Рейн Фауст не подозревал, что в двадцать два года парень может банально не потянуть девушку. Раньше у него проблем с этим не возникало, а теперь… теперь он лежал, не в силах пошевелиться. Ночь прошла без сна, утром в лучшем случае удалось вздремнуть пару часов, а теперь он обреченно ждал, когда Эльфина вернется с кофе и завтраком, после которых они займутся «чем-то интересным». Фауст не стал уточнять, чем именно, опасался услышать ответ. Сам он мечтал спросить, какого черта Эльфина не захотела поспать еще немного, выходной же… но за ночь он выучил: эта девушка каждое его слово расценивает как провокацию и кидается в атаку. А такое количество атак ни один мужчина не вынесет, это физически невозможно.
А начиналось все неплохо, странно немного, и совсем не в его духе, но он уж точно не пожалел, что покинул бар вместе с Эльфиной. Он мало соображал в тот момент, девушка его словно приворожила, стерла все границы и правила. Не сказать, что Фауст осуждал знакомства в барах, ему просто такое не очень нравилось и до вчерашнего дня он всегда возвращался домой один. Но Эльфину трудно назвать незнакомкой, да и, если не кривить душой, она ему понравилась еще до первой встречи. Правда, он полагал, что сама Эльфина его в лучшем случае презирает, а в худшем хочет ободрать его трастовый фонд, о котором не стоило даже упоминать. А на деле… кто знает, что у нее на уме. Считать это пока не получалось.
Дверь распахнулась, в комнату ураганом ворвалась Эльфина, держа в одной руке стаканчики с кофе, в другой – пакет из французской булочной. Пока Фауст вяло натягивал футболку и штаны, Эльфина успела распахнуть двери, ведущие на балкон, вытащить туда стол и стулья, разложить круассаны и макаруны. И откуда в ней столько энергии? Она ведь тоже не спала.
Эльфина устроилась на стуле с ногами, щурясь на ярком солнце и одновременно наблюдая за приближением Фауста. Сам он щурился еще больше, словно вампир, выползший из темной пещеры, вот-вот готовый сгореть дотла. В принципе, примерно так он себя и ощущал.
– Оказывается, в выходные никому нет дела до круассанов, все спят, – разулыбалась девушка, указывая на богатый улов. – Выбирай, там есть на любой вкус. Не знала, что ты предпочитаешь.
– Спасибо, – сказал Фауст, присаживаясь напротив.
Эльфина кивнула, внимательно наблюдая за его выбором. Фауст не любил сладости, поэтому круассан достал сырный.
– Так и знала, – она опять улыбнулась, но уже хитро. – Хотя моим первым вариантом была классика. Ты похож на человека, которому по душе классика во всех ее проявлениях. И ни шага в сторону! Никаких экспериментов!
Возможно, это был какой-то намек, но Фауст его не распознал.
Не дождавшись ответа, Эльфина придвинула к нему макарун, судя по всему, со вкусом соленой карамели. В этот раз она не улыбалась, а смотрела внимательно, серьезно:
– Это ты тоже должен съесть.
– Это?
– Так надо.
– Там паразит сознания? – догадался он, а от былой лености не осталось и следа. Само слово «паразит» напрягло, заставило собраться и проснуться. Все эти штучки материалистов мало того, что были противными, так еще славились непредсказуемостью. А паразиты, насколько знал Фауст, могли запросто лишить человека личности, разума. Паразит делает то, что прикажет хозяин, а хозяин здесь… очевидно, это Паук. То есть, подозреваемый Фауста, к которому он собирался подобраться.
Эльфина пожала тощими плечами:
– Тебе ведь нужны документы. Считай это платой.
– Я уже заплатил.
– И в твоих руках находится будущее, – девушка выразительно кивнула на пирожное с начинкой. – Приятного аппетита.
– Обязательно делать это прямо сейчас? Можно… подумать?
– Подумай. Времени у тебя… скажем, до пятницы.
После появления на столе паразита, Фаусту расхотелось есть, но он впихнул в себя проклятый круассан и запил все кофе. И думал он уже не о прошедшей ночи и о том, как все получилось, а о решении, которое придется принять. Он видел, что уговаривать Эльфину бесполезно, она просто пошлет его подальше. И это в лучшем случае, девушка она непредсказуемая. Тогда… придется рискнуть?
Фаусту еще не приходилось иметь дел с паразитами, он о них только слышал. Но Шарль ведь жив и здоров? Другим человеком не стал. Хотя непонятно, был ли там паразит… Фауст точно видел Эльфину в Фише, но что она сделала? Гадать можно долго, исход от этого не изменится.
– Я согласен, – сказал он и проглотил пирожное. Отвратительно сладкое, между прочим. Фауст вообще не понимал, что все находят в этих мелких недопеченьях.
Улыбка вернулась на лицо Эльфины:
– Хорошо, – ответила девушка. – Ты правильно поступил. В порядке информации: я могла все сделать без предупреждения, ты бы ничего не узнал и не почувствовал. Считай этот жест предложением дружбы.
– Очень… мило с твоей стороны.
– Знаю. Так… вернемся к тому, с чего начали?
Начали?!
Фауст быстро встал:
– Спасибо за завтрак, но я должен вернуться к себе, – прозвучало резко, парень мысленно вздохнул: ну не умел он ловко обходить все преграды в общении, он вообще любил прямоту. – Я не… просто надо отдохнуть, подумать обо всем.
– О чем ты собрался думать? – Эльфина явно не собиралась идти ему навстречу.
– О паразите сознания.
– Зачем о нем думать?
– Уговорила, о нем думать не буду, а просто посплю.
– Днем? – она выразительно закатила глаза: – Ладно, я тебя поняла, бедный уставший мальчик. Кстати… у меня есть гипнотин, мы могли бы… немного расширить сексуальный опыт, заодно и телу дать отдохнуть.
– Предлагаешь заняться сексом в подсознании?
– Говорят, это весело. Можно экспериментировать так, как в реальности ни за что не получится из-за физических ограничений. А фантазия позволяет многое, например, использовать щупальца. Это очень сильно разбавляет приевшуюся серость жизни.
Фауст просто надеялся, что она прикалывается.
– Ни разу не пробовал, – серьезно ответил он, – но, пожалуй… если хочешь, вечером можем обговорить такой вариант. Хотя реальность мне не успела наскучить, не назвал бы ее… серой. А для тебя… – он правда не хотел задавать этот вопрос, оно само как-то вырвалось: – А для тебя она была серой? Сегодня ночью?