Карина Вальц – Множественные сны Эльфины Рейн (страница 16)
– Личная гигиена очень важна, – заметила Эль.
– Ты поняла, о чем я.
– Поняла. И сомневаюсь, что он из таких. Его комната выглядит вполне обычно: футболки валяются в разных местах, кровать не убрана, а на столе круги от горячей чашки… типичный парень. Уверена, у тебя ситуация не лучше.
– Ха! Напомню: когда мы жили вдвоем, именно я отвечал за уборку, потому что от Эльфины Рейн такого не дождаться. Типичная девчонка, – Гай легонько поддел ее бедром и засмеялся. Смех его шел по нарастающей, потому что он просто не мог не вспомнить самый яркий случай: – А помнишь, как ты таскала вещи с помойки и заставляла ими дом? И приходила домой сытой, потому что ела тоже на помойках!
Эль поежилась от воспоминаний:
– Фриганизм4! С твоей стороны жестоко держать такое в памяти.
– Мы же родные люди, я
Стерильный коридор закончился, Эль и Гай оказались на окраине… такое и городом не назвать. Нечто футуристичное, с минимумом деталей, но продуманное и сложное. Много свободного пространства, стекла и парящих боксов с воспоминаниями. И… огромный полупрозрачный экран со светящимися символами на входе. Посетителям предлагалось написать код для продолжения путешествия. Если код пройдет проверку, экран исчезнет. Этот не пароль, а нечто более сложное вроде задачи на логику с функциями и операторами.
Гай посмотрел на Эль с удивлением:
– Какого хрена?
– Не знаю, – ответила девушка, начиная волноваться. Такое у них случалось впервые: оборона подсознания – дело обычное, но чтобы так? Не зря Эль чувствовала, что все будет непросто. Если отец Фаустино заведует мыслителями в Комиссии, то он должен быть хорош. А сын еще лучше. Каждое новое поколение виаторов сильнее предыдущего, если подходить к делу с холодным расчетом. К рождению Фаустино де Веласко явно так и подошли.
Для Эль код выглядел чем-то средним между инопланетным посланием расы кри и сложной математикой, поэтому она обратилась к Гаю:
– Мы сможем это преодолеть?
– Самостоятельно – вряд ли. Я понимаю, как действуют функции и некоторые логические операторы, но здесь работа для компьютерного червя. И оборона должна быть ослаблена из-за паразита… что же тут выстроено без него? Так и знал, что этот де Веласко – гиблая затея…
– Посмотри на ситуацию с другой стороны: если мы взломаем код и пройдем дальше, я сама стану гением. Напишу для нас сайт с перечнем услуг, погружусь в даркнет, чем бы он ни был… всегда чувствовала, что эта сторона знаний нами упущена, – ко всему прочему, в основном Эль занималась порчей нежелательных воспоминаний. А у кого такие воспоминания хочется стереть? Правильно, у всяких придурков вроде Шарля де Крюссоля. Отсюда и закидоны с беспорядочным сексом, помойками и желанием подглядывать в дверные щели и окна.
– Для написания сайта не надо быть гением, – не оценил перспективы Гай. – И сейчас у нас два варианта: мы ждем появления самого Фаустино, и он становится проводником, или откладываем извлечение на неопределенный срок, в течение которого пытаемся решить уравнение. И есть у меня чувство, что ко второму варианту мы откатимся так или иначе.
– Полагаешь, Фаустино не поможет?
– Посмотри на его защиту, Эль. Конечно, бессознательно он не поможет. Только запутает, станет частью своего же уравнения. Здесь либо полное пробуждение, либо… тот самый второй вариант с самостоятельным решением.
Глядя на Гая, Эль невольно улыбнулась:
– А ты под впечатлением, да?
– Немного, – неохотно признал он. – А еще меня немного бесит, когда такие таланты достаются кому-то даром.
– Даром? Брось, Гай. Ты не хуже меня понимаешь: все всегда сложнее, чем кажется со стороны. Мы с тобой знаем это лучше других. И такая оборона, – Эль кивнула на экран со светящимся кодом, – может намекать на одно: на парня нападали. Он научился защищаться, подсознательно или намеренно. Что-то похожее я видела внутри Милены Драгович, после вторжения у нее появились личные защитники-горгульи, супергерои ее детства. Вдруг и с Фаустино похожая ситуация?
– Думаешь, его воспоминания воровали?
– Не знаю. Но люди редко обороняются на пустом месте, даже виаторы. Сам подумай, как часто мы сталкивались с похожими препятствиями… почти никогда! И да, Фаустино талантливее многих, у него и получается лучше, но сам факт…
Гай тоже посмотрел на экран, но уже недобрым взглядом:
– Тогда план такой: взламываем код, извлекаем файлы и забываем о Фаустино де Веласко, пока не вляпались в его дерьмо. Нам своего достаточно, Эль. Если это убийство уже обросло таким количеством интриг, то раскрывать его – себе дороже.
– Полностью согласна, – кивнула Эль.
И в тот момент она действительно так думала.
ГЛАВА 17
Гай оказался прав – появление бессознательного Фаустино не сдвинуло ситуацию с мертвой точки. Он улыбался, говорил непонятными терминами и вроде как подсказывал, но такие подсказки хуже подножки. Для Эль все и вовсе было непонятной тарабарщиной – объекты и массивы данных, слайсы и сплиты… а вот Гай краснел от злости и временами срывался на довольного собой хозяина сна.
– Подожди меня здесь, – вздохнула Эль, поняв, что из криков ничего путного не выйдет. – Разбужу Фаустино и поговорю с ним. Мы действуем в его интересах, пусть сам взламывает свой пароль-уравнение. И когда обычные пароли успели выйти из моды…
– Полагаешь, разговор поможет?
– Если нет… примет гипнотин, я проведу его в собственный сон.
– Я бы предпочел все бросить.
– Как только доделаем дело, – пообещала Эль.
Иногда дела превращались в квест. Не с такими масштабными сложностями, но все же… поэтому Гай устало кивнул и сел на пол возле экрана, готовясь к ожиданию, а Эль отправилась обратно легким бегом. После пробуждения неохотно вылезла из-под одеяла, натянула лосины с толстовкой и через общую комнату выпрыгнула в окно. Ее едва не снесло порывистым ветром, Эль поежилась от холода и пошагала в ночь. Что за дурацкая идея, селить парней и девушек в разные крылья замка? Приходится бегать по ночам через внутренний двор, а это немаленькая территория.
Как и предполагалось, Фаустино спал, завернутый в теплое одеяло. С каким-то извращенным злорадством Эль растолкала парня. И опять ей достался этот взгляд с намеком на панику… он ее боится? После извлечения уже не одна неделя прошла! Злопамятный какой.
– К тебе есть пара вопросов, – бросила Эль.
– Среди ночи?
– Раз я здесь среди ночи, полагаю, что так.
– Ты ведь не принесла для меня записку с кровью, верно?
– А ты этого ждал? Странные у тебя фантазии, – ужаснулась Эль, приглядываясь к Фаустино получше. А с виду такой весь нормально-обыкновенный… а внутри странные мысли о кровавых записках, да пароли с уравнениями.
Впрочем, это не ее дело:
– Есть листок с ручкой? – Эль оглядела комнату, письменные принадлежности обнаружились на столе. Не дожидаясь, пока Фаустино окончательно проснется, девушка села за уравнение. Писать приходилось по памяти, а Эль запомнила далеко не все… но это же подсознание Фаустино в игры играет. Он должен узнать слова, даже если они написаны неверно.
Пока Эль занималась уравнением, Фаустино оделся и присоединился к ней:
– Что ты делаешь?
– Почти закончила, сейчас объясню… – начеркав последние скобки, окруженные словами, Эль повернулась и протянула парню листок: – Во-первых, талантливый гений, твоя защита наталкивает на нехорошие подозрения. Во-вторых… не уверена, что здесь все правильно, но ты понять должен. Я бы справилась и без тебя… теоретически. Но для этого бы пришлось искать программистов, а это время. И деньги, ибо я не убиваю время бесплатно.
– И все равно я плохо понимаю…
– Твое подсознание заперто этим, – Эль указала на записи. – Ты это специально сделал? Особое умение талантливого мальчика?
– Нет.
– Не знаешь, как давно ты в обороне?
– Понятия не имею, – Фаустино покачал головой, вид у него был потерянным, словно он до сих пор не мог взять в толк, что от него хочет Эль. – И это уравнение? Тарабарщина какая-то.
– Уверен? Первые строчки я перенесла правильно.
– Не знаю… похоже на язык программирования, но своеобразный… я сам должен посмотреть. Так, на бумажке… ты названия методов с ошибками написала, боюсь представить, что еще напутала. Например, скобки… они не могут быть везде круглыми. Я должен взглянуть лично.
Эль встретилась взглядом с Фаустино и серьезно сказала:
– Знаешь, что я думаю? Ты сейчас врешь. Но не понимаю причину… и на всякий случай уточню: не стоит играть со мной, Фаустино де Веласко. Не потянешь. Когда мне чего-то хочется… скажем так: я искренне считаю, что в жизни нет ничего невозможного. Играй с теми, кто тебе по зубам. Это понятно?
– Более чем.
– Не хочешь покаяться заранее?
– Нет.
– Как знаешь, – девушка скинула худи, проглотила гипнотин и улеглась на пустующую кровать: – Увидимся во сне, мыслитель. Не забудь выпить волшебную таблетку.
И вот Эль уже в компании Фаустино проделала путь с самого начала, контролируя ситуацию, отслеживая изменения. Парень шел рядом в напряженном молчании, настолько напряженном, что Эль не выдержала:
– Расслабься, пожалуйста.
– Обязательно. Когда проснусь.
Они добрались до Гая, который стараниями Эль и ее паразита преобразился. Черты его лица стерлись, словно кто-то прошелся мокрой кистью по еще не высохшему рисунку, тело вытянулось вместе с руками и ногами. Гай походил на страшилку из фильма ужасов. А еще… да, отдаленно он напоминал паука.