Карина Шнелль – Когда сталкиваются звезды (страница 46)
– Хорошо. Я рада, что ты будешь со мной. Спасибо, Рейч.
– А как иначе? Держи голову выше!
– Ты тоже.
Я послала Марли поцелуй и дала отбой.
Потом закрыла глаза и позволила себе пару секунд молча покричать. Слишком много новостей одновременно – тяжело переварить за раз. Марли наконец встретится с мамой – а я, вероятно, с Блейком. Если не в Нью-Йорке, то не исключено, что в Сент-Эндрюсе.
Я представила, как взгляну ему в лицо и услышу голос… и вдруг перед глазами все поплыло. Пришлось ухватиться за край стола.
– Возьми себя в руки! – пробормотала я с досадой. До сих пор не привыкла, что в самый неподходящий момент чувства берут надо мной верх. Очень обременительно.
– Монтгомери! – окликнули меня от стойки.
– Иду-иду! – Я скрепя сердце открыла глаза и проинспектировала свое отражение в стекле. Щеки раскраснелись, глаза блестят. Со вздохом поправила цепочку и серьги, затянула хвост потуже. Затем ободряюще подмигнула своему двойнику.
– Соберись. Ты можешь!
Торопливо допила фраппучино, встала, схватила со спинки стула фартук и заняла свое место за стойкой.
38. Блейк
Пошатываясь, я вырвался на волю из душного клуба. Ни одной секундой больше не смог бы вынести прощание с холостой жизнью без единой капли алкоголя. Целый день и целую ночь продержался, однако теперь с меня хватит. Едва не врезал парню, который толкнул меня на танцполе и расплескал мою колу. Наконец объяснил все ребятам и сбежал.
Остановившись посреди безлюдного тротуара, сделал глубокий вдох. Скоро пять утра; солнце еще не взошло. В воздухе чувствовалось первое дыхание осени. Я вытер вспотевший лоб и поднял воротник легкой куртки. Затем неторопливо двинулся вперед, не преследуя никакой цели.
Удивительно, каким умиротворенным казался Нью-Йорк в эти утренние часы. Лишь немногие люди уже торопились на работу; несколько гуляк покинули клуб и на нетвердых ногах отправились домой; мимо протопал уборщик улиц. А в основном пусто. Ни гудков, ни сирен – только осенний ветер гоняет по тротуару пластиковый пакет.
Хотя я не сообщал Рейчел о своем приезде, с первых часов в этом шумном и суматошном городе я видел ее повсюду. Ощущал ее присутствие, слыша, как чьи-то каблучки процокали по асфальту или как проезжающий мимо таксист громко выругался. Или когда из кафе донесся аромат шоколада.
Кофе! Да, кофе – это то, что мне насущно необходимо. Особенно если я хочу пережить еще один день с приятелями Девона.
Я огляделся. В поле моего зрения ни одного кафе не наблюдалось. Лишь темные витрины – некоторые даже закрыты на ночь защитными металлическими решетками. Я достал из кармана телефон и поискал в Гугл Мапс ближайшее кафе. Изучая маленькие красные точки в радиусе пяти километров, которые предлагали мне неограниченные возможности, выхватил взглядом название, показавшееся знакомым: «Бинс энд К°» – любимое кафе Рейчел.
Уголки губ поползли вверх. Посмотрим-ка, действительно ли там подают напитки, которые обещала Рейчел. Заведение не то чтобы прямо за углом, однако оно так и так открывается в шесть, а у меня достаточно времени пройтись. Я снова отравился в путь, задрав голову и разглядывая головокружительные небоскребы, верхние этажи которых начали медленно розоветь в первых лучах рассвета.
Свернув за угол, я уже издали узнал вывеску. «Бинс энд К°– лучшее кафе в городе с 1996 года!»
Еще одно утверждение, которое не мешало бы проверить.
Я немного повертелся перед витриной с боковой стороны. Даже сквозь стекло кафе выглядело уютным, хотя оно и было обставлено в деревенском стиле. Преобладали темные тона; барная стойка и столы изготовлены из массива акации, а вот сиденья – все что душе угодно: разномастные кожаные кресла, деревянные стулья и даже один диван. В уголке стоял стеллаж с книгами, а рядом табличка с приглашением взять любую книгу в обмен на другую. За барной стойкой громоздились всевозможные красивые бутылки с сиропами, винтажные коробки с чаем и кофе, а также алкоголь. Под потолком тянулись ничем не прикрытые трубы, придававшие заведению хипстерский шарм. Я прямо-таки видел Рейчел в одном из кресел. Как она, надев огромные наушники и сосредоточенно морща лоб, что-то печатает в планшете, при этом закинув правую ногу за левую и покачивая вверх-вниз безбожно дорогой туфелькой на шпильке.
Из грез наяву меня вырвали звуки – звякнул колокольчик, а затем что-то прошуршало. Это открыли дверь кафе и вытащили наружу доску. Молодой человек в бордовом фартуке присел на корточки перед доской и двумя мелками разного цвета написал специальное предложение на сегодня: фраппучино с тыквенным пюре и кленовым сиропом.
Я подошел ближе.
– Здравствуйте. Вы уже открылись?
Не поднимая глаз, он рисовал рядом с надписью крупную тыкву.
– Еще пара минут. Только сниму стулья со столов. Можешь заходить, там коллега примет заказ.
– Спасибо. – Я обогнул его и переступил порог. Снова звякнул колокольчик. Меня сразу окутал крепкий аромат свежеобжаренного кофе, теплый и ласкающий. Я потер онемевшие пальцы – по пути сюда даже не осознал, как замерз. Недостаток сна довершил начатое – захотелось взять чашечку крепкого кофе и притулиться в уголке дивана.
Я подошел к меню и изучил табличку с горячими напитками – предлагались добавки в виде всевозможных сиропов, шоколадной крошки и пудры, или на выбор соевое, рисовое и миндальное молоко.
– Монтгомери! – крикнул парень от входа. – Первый клиент!
За дверью у стойки послышались шаги, а следом появилась тень. Тень приблизилась, и в зал вошел бариста, на ходу повязывая темно-красный фартук.
– Кто же это так рано в субботу…
Рейчел подняла глаза, увидела меня у стойки и замерла как вкопанная.
Мое сердце пропустило один удар, и я уставился на знакомое лицо, которое в этом месте и в это время суток меньше всего ожидал увидеть. Затем сердце забилось с удвоенной скоростью, словно хотело вырваться из грудной клетки и броситься к Рейчел.
Янтарные глаза девушки расширились; она торопливо отвела с лица прядь волос. Потом заморгала, словно я неожиданно материализовался перед ней из ничего.
– Блейк?
39. Рейчел
– Блейк?
Я чуть не опрокинулась навзничь, абсолютно сбитая с толку его появлением. Мгновение он выглядел таким же озадаченным. Очевидно, совершенно не ожидал меня здесь увидеть – как и я его. Однако затем губы Блейка растянулись в типичной самодовольной ухмылке, и на подбородке проявились обе ямочки.
– Да, это я! – произнес он. Как герой низкопробного фильма.
Слова подействовали отрезвляюще. Я овладела собой и подошла к стойке.
– А я думала, в глаз что-то попало.
Блейк тихонько засмеялся и шагнул ближе.
– Значит, ты теперь здесь работаешь?
Я кивнула, внезапно перестав соображать, что делать с руками, с глазами, со всем телом. Как мы должны общаться друг с другом? Он все еще злится на меня? А я? Я все еще злюсь на него?.. Я перебросила волосы через плечо и посмотрела на Блейка так хладнокровно, как сумела.
– Чем я могу тебе помочь?
Я уже думала, Блейк сейчас выдаст фразочку в стиле: «Да вот, решил заскочить мимоходом» или «Если уж ты напрашиваешься», однако он только внимательно прочитал меню.
– Если мне не изменяет память, ты рассказывала о фраппучино. Очень часто и подробно. – Он снова ухмыльнулся, и мне захотелось как следует его пнуть. Уж очень наслаждался тем, что своим появлением вывел меня из равновесия.
Блейк оперся локтями о стойку и заговорщицки подался вперед.
– И поскольку я выиграл наше пари, кофе за твой счет.
– Момент! – Я скрестила руки на груди. – А кто сказал, что ты выиграл пари?
– Я.
Он невинно улыбался. Проклятые полные губы! Ослепительно-белые зубы. И ямочки… Я зашлась в беззвучном крике; уж больно нереальной казалась ситуация – Блейк в этом кафе, рано утром в субботу, – однако внешне осталась невозмутимой.
– Вообще-то условия пари были другими. Ты убеждаешь меня в достоинствах Сент-Эндрюса. А значит, последнее слово за мной.
Я сверкнула глазами, и в ответ в его взгляде зажглись веселые огоньки.
– Ладно. Тогда выслушаем твой вердикт.
Я ни в коем случае не могла признать, что Сент-Эндрюс запал мне в сердце! Поэтому уперла руки в бока и произнесла как бы между прочим:
– Я неплохо провела у вас время.
– Неплохо? – Блейк воспринял мои слова с таким возмущением, словно ему нанесли глубочайшее оскорбление. – И это после того, как ты ездила по дну моря? Любовалась дикой природой? Поплавала в Атлантике? И – не забывай! – продегустировала кое-что. – Он распахнул куртку и слегка приподнял футболку, обнажив мускулистый торс. Может, я и заблуждалась, но мышцы его живота с нашей последней встречи вроде бы стали более рельефными. Хотя это к делу не относится…
Сосредоточься, Монтгомери!
– Поплавать в Атлантике я могу и живя в Нью-Йорке. В любой день.
Блейк скривился.
– Я бы не рекомендовал.
Вопреки своим намерениям я невольно рассмеялась. Рассмеялся и Блейк – теплым хрипловатым смехом, по которому я жутко соскучилась. Сейчас, когда я видела Блейка перед собой, мое сердце было готово вырваться из груди. Оно стучало горячо и ритмично, перечеркивая недели, когда я уговорила себя, что не испытываю к Блейку никаких чувств. Я оперлась локтями о стойку и тоже подалась вперед.
А потом заглянула в темно-карие глаза и полностью утонула в них.