Карина Иноземцева – Чужеземец (страница 25)

Скоро он увидит меня. А я не воин! Не валькирия! И неглупая дура идти с голыми руками на обученного мужика с мечом!

Где там Итар? Он ведь герой этой истории и должен меня спасти. Но нечто во мне подсказывало: не придёт. По сюжету, маленькая жена чужеземца должна умереть. Неважно отчего, а главное — я нарушаю равновесие сил и меняю ход истории.

— А вот и ты, — верхушки кустов разлетаются в щепки, когда варяг срубает их остриём меча.

Вспышка молнии освещает его грубое лицо, испещрённое морщинами, и тёмную бороду с усами. Мужчина стоял так близко, что я заметила отсвет в его зрачка собственного испуганного лица.

Это в фильмах, в книгах у героини, впервые попавшей в другой мир, проявляются силы и умение сражаться, а я только рыбу чистить умею ножом.

Внезапно из-под моих ног вылетает маленькое тощее существо и вгрызается в мужскую руку, держащую меч.

— А-гр-р, — кричит противник и пытается отодрать четвероногого демона. Кровь сочится по его рычащей морде собаки, а я удивлённо шепчу:

— Дар, мальчик мой. Нашёл! — но радоваться рано, нужно что-то делать.

Хочу подобрать меч, отпускаю ветку, которую удерживала и рывком пытаюсь достать железку. Ветка распрямляется и ударяет мужика по коленям. Варяг падает, но успевает отодрать от себя разъярённого зверя. Дар летит в ствол дерева, глухо ударяется и начинает скулить. Я слышу, как моей собачке больно, но пытаюсь защититься, поднимаю меч и тут же понимаю — он очень тяжёлые. Я его не удержу. В нём килограмм десять, как они его одной вытянутой рукой удерживают?

Внезапно я оказываюсь на земле, больно ударяясь головой. Воин сделал мне подсечку, лишая опоры и показывая свое мастерство.

Я же говорила, что не воин. Я ведь предупреждала, что совсем ничего не умею с ножами делать, кроме рыбы.

— Я задушу тебя голыми руками, подстилка, — рычит разозлённый варяг и действительно душит.

Мои кулачки ничего не способны сделать. Я вижу, как торжествует мужчина, на его лице звериный оскал. Дар порывается помочь, вгрызается в ногу обидчика, но мужчине плевать. В нём гуляет адреналин.

А я задыхаюсь. Ещё немного и попрощаюсь со светом. Молния яростно расчерчивает небо, зовя своей непредсказуемостью и привлекая моё внимание величием.

А ведь есть много пословиц с молнией на латинском. Когда я училась на лечебном факультете, мы с ребятами соревновались кто больше всех знает пословиц на латинском языке.

— Feriunt summos fulgura montes, — шепчут мои губы в тот момент, когда темнота ложится на глаза.

«Молнии попадают в самые высокие горы», — услышал бы знающий латинский язык.

Белый свет стремительно приближается, озаряет поляну, заглушает все чувства и тут же исчезает. Руки с моей шеи исчезают, и на меня падает огромное мужское тело. В небе грохочет гром такой силы, словно пытается расколоть небеса, но тут же замолкает. Звон в ушах остаётся, как напоминание небесного приступа величия.

Дышу. Хватаю ртом воздух и просто дышу, распластавшись под чужим телом. Чувствую, как Дар пытается стащить с меня огромную тушу, но он слишком мал и слаб. Скулит бедолага. Боится.

— Молодец, мой маленький, — ласково шепчу, когда отдышалась и ощущаю, как мокрый нос и шершавый язык утыкаются мне в руку.

Пёс, который вечно забивался под кровать и боялся выйти к людям, сейчас сам напал на человека и даже жмётся ко мне. Он преодолел свой страх, чтобы спасти меня. А я даже меч толком не смогла поднять.

— Умница, — пытаюсь погладить скулящего щенка, но я очень слаба.

Смотрю на небо и понимаю, что дождя больше нет. Только тёмные тучи кружат надо мной, словно проверяя, жива ли я. Усмехнувшись такому сравнению, наконец, получаю свободу от грузного тела и выползаю.

— Ветана! — разносится по лесу.

Итар ищет меня.

— И-шш, — хочу крикнуть в ответ, но горло хрипит. Видимо, звукообразующие связки повредил варяг. Не прошло бесследно удушение.

Дар, умница, сообразил, что произошло, и начал гавкать во весь свой собачий голос. Он лаял, не смея отойти от меня, пока я пыталась встать из грязи. Лаял и тогда, когда на поляну выскочил огромный полуголый темнокожий мужик. Увидев мужа, я не смогла сдержаться. По моим щекам побежали слёзы. Я не плакала сто лет, не истерила никогда, а тут — слёзы. Даже я удивилась.

Итар быстро оказался рядом, но я ни слова не могла сказать и просто смотрела на него, как наподобие бога.

— Я бросился за варягом сразу. Рядом же был, почему не почуял, не услышал? — он обнимает, прижимает к себе. Грязную, мокрую, дрожащую от эмоций. Успокаивает.

Эта история не позволит спасать меня. Она хочет убрать лишнюю деталь, поэтому Итар был рядом, но не смог приблизиться и прийти на помощь. Да и Дара в книге не было, словно его подарили только мне, а не Ветане. Получается, что спасать всякий раз мне придётся себя саму. Но как? Где этому научиться?

А пока, я устала. Сил нет, чтобы даже стоять.

28

Я сидела в бане и смотрела, как Ирис и Задора вычёсывают мои волосы. Так, бережно и аккуратно этого явно никто и никогда не делал. Обе женщины тихо шептали какие-то странные заговоры, словно всю жизнь занимались этим. Так, слаженно и складно у них получалось, что я слушал их шёпот как песню.

— Волос долгий, жизнь долга. Волос злотый, дева дорога. Волос прямый, судьба легка. Волос вьётся, судьба строга. Через зубья пропускаем, выпрямляя путь. Пусть нога её ступает счастье велено вернуть. Косы две венком сплетаем, значит, отдана, пусть супругу будет верной, а беременность легка.

На последнем слове я открыла глаза и посмотрела на Ирис, которая дочёсывала кончики и улыбалась, стеснительно опуская глазки долу. Взглянула на Задору: та довольно лыбилась, пропуская мои пряди в своих пальцах.

— Что было после встречи с варягами? — вытащила свои длинные золотые волосы из загребущих рук местных. Я замуж выйти по нормальному не успела, а мне на беременность колдуют.

— Барышня, я ж под корнями сидела с детками малыми и видеть ничего не видела, а тока слыхивала, как Итар, богомилостивый тебя по всему лесу искал. Звал зычно, а ты ни писка, ни визга не давала. — Задора умилялась тому, как красиво мне вытянули волосы и промыли их мыльным корнем. В ее взгляде читалась гордость за свой ручной труд.

— А я за жеребцами бегала, потом попросила помочь Любонраву и Рудомира. Но голос отца прекрасно слышала. А тебя словно в другое царство леший утащил. — Ирис краснея, отводила от меня взгляд. — Папочка вынес тебя на руках. Мы зашли в ближайшую деревню, где нам предоставили баню. — девушка вновь бросила несмелый взгляд на моё тело, а потом не выдержала и выпалила: — А разве сегодня барышня не должна тетериться с супругом?

Я глупо похлопала глазками, а эмоциональная Задора, как захохотала, что вся баня затряслась. Женщина хлопала в ладоши и махала руками. А потом строго посмотрела на воспитанницу Итара и произнесла: — Сначала лоно приготовим, потом носителя елдака позовём, — заговорщица сладко простонала и начала толкать Ирис прочь из бани. — Хоть и изгнаны мы, а законы чтить надобно. Сегодняшний день — самый благоприятный для зачатия. Ведающие люди не зря вашу свадьбу по знакам творили. — женщина оглядела меня и улыбнулась.

— Никого приглашать не надо, — во мне поднялась волна стеснения и негодования.

Нет, я Итара не прочь называть супругом, но про супружеский долг как-то не думала. Я знаю его по книге, а он меня по слухам. А как же долгая дружба, чтобы брак был крепким?

Небрежным движением откидываю волосы от лица и понимаю, что осталась одна в бане. Совсем одна в этом мире. Как бы сильно я не импонировала Итару, но ощущаю себя одинокой в новом для себя мире. А после встречи с настоящей опасностью у меня появились внутренние страхи. Этот мир против Ветаны, а природа… Вспомнилось как молния убила варяга прямо на мне. При этом меня, мокрую и прижатую к земле, разряд не тронул. Это было из-за того, что я позвала молнию?

— Feriunt summos fulgura montes, — прошептала, рассматривая, как раскалённые камни мерцают в полумраке бани. Но ни молнии, ни разрядов не появилось. Лишь на секунду мне почудилось, как алый всполох жадно лизнул камни.

Отворилась дверь, и на пороге застыл полуголый Итар. Он прижимал к бёдрам простынь и удивлённо смотрел на меня. Я даже икнула от такой внезапной встречи. Да, я знала, что его позовут, но не думала, что муж согласится прийти. Сразу вспомнила что обручальный браслет остался в предбаннике, потому что он грелся и обжигал кожу. А вот на Итаре кусок нефрита висел так, будто сросся с мужчиной. Стало немного совестно за то, что я обручальную вещь бросила без присмотра.

— Я выйду, — тут же вскочила с лавки и попыталась выбежать прочь, чтобы не стеснять мужчину. Но от жара, который собрался под потолком, я покачнулась и едва не свалилась на пол.

Меня успел перехватить Итар. Его огромные руки оказались удивительно тёплыми и надёжными. Он крепко держал меня за талию, не давая упасть, и наши взгляды встретились. Сердце бешено заколотилось, и я почувствовала, как щёки заливаются румянцем.

Но я переживала не за себя. Моё тело было тощим, измождённым и имело весьма непривлекательные детские формы. Только любитель костей кинется на такую жердь, как Ветана. А вот мужчина вызывал во мне весьма недетские ассоциации.