Карина Илларионова – Фабрика (страница 18)
Сергей бросил на Сашу пристальный взгляд, ничего не ответил, и она поняла, что говорить снова придётся ей. Но почему бы и нет? Ей было совсем не сложно.
До магазина они добрались достаточно быстро. Саша выбрала торт, Сергей его оплатил, и они снова вышли на улицу.
– Напомни, какие автобусы едут в твою…
– Может, к тебе? – быстро выпалила Саша.
– Что? – Сергей сделал полшага назад.
– Съедим вместе торт, – вкрадчиво предложила она. – По‑дружески.
Его лицо окаменело. Это было настолько неожиданным и непонятным, что на долю секунды Саша растерялась, но затем взяла себя в руки.
Нельзя сдаваться. Старый Новый год. Праздник. Когда, если не сегодня? Она должна всё сделать сегодня.
– Пожалуйста, – попросила она. – Я не хочу домой. Но если… если ты против, я просто… просто пойду гулять… одна… ничего страшного.
Сергей выдохнул:
– Да нет, я не против, – сказал он. – Можно и ко мне. Наверное.
25 января 2005 г.
Такси остановилось на перекрёстке.
Сергей расплатился с водителем, вышел из машины первым, протянул руку и помог выбраться Саше. Она крепко сжала его ладонь и посмотрела вперёд – туда, где за плавным изгибом дороги стоял её дом.
– Почему? – тихо спросила Саша, не двигаясь с места и утыкаясь носом в шею Сергея.
Он понял её вопрос и криво усмехнулся:
– Почему я попросил остановить здесь? А как ты думаешь, что скажет твой отец, если увидит меня рядом с тобой?
– Позавчера это тебя не волновало.
Сергей промолчал.
– Мы же просто друзья, – сказала Саша, едва удерживаясь от того, чтобы поцеловать его хотя бы в щёку.
– Друзья, – глухо повторил за ней Сергей.
– Боишься, что мой папа запретит нам дружить? – с горечью спросила Саша.
– Да, – неожиданно ответил он.
– Странно, – заметила она. – После твоей сегодняшней отповеди я была уверена, что это наша последняя встреча.
Сергей повернул голову, и их взгляды встретились.
– Прости, – сказал он.
– Да нет, я понимаю. Принципы есть принципы. Никаких отношений с теми, кому нет восемнадцати. Кстати, возраст согласия – шестнадцать. Я проверила.
– Это неправильно, – сказал он, продолжая смотреть Саше в глаза. – Всё неправильно.
Она придвинулась чуть ближе.
– Ты очень красивая, – прошептал Сергей, наклоняясь к её губам. Нежный, короткий поцелуй. Саша хотела большего и прекрасно понимала, что большего хочет и он.
Всего час назад, когда они были в его комнате в общежитии, он целовал её совсем по‑другому. На миг ей даже показалось, что она сможет добиться своего. День студентов. Не Новый год и даже не Старый Новый год, но тоже праздник. И если сегодня всё наконец‑то получится, то после можно будет…
Мысль о том, что именно нужно будет сделать
Это было похоже на пробуждение от страшного сна. На освобождение от морока. Или, наоборот, на погружение в кошмар? Осознание того, какую чудовищную глупость она планировала на протяжении стольких недель, заставило её покрыться холодным потом.
Она отдала бы очень многое, лишь бы всё оказалось сном – все её мысли, обиды на всё и всех, её дурацкий план.
Фабрика. Праздник. Крыша. Как романтично.
Как подло.
Даже учитывая всё, это было слишком подло.
И только сейчас, после нового поцелуя, страх начал рассеиваться.
– Ты мне позвонишь? – спросила она.
Сергей кивнул.
Саша отступила и осторожно высвободила руку.
– Я пойду, – сказала она. – Не провожай. Я тоже не хочу, чтобы папа запретил мне с тобой… дружить.
28 января 2005 г.
Кулинарная книга ужасала.
На обложке было написано «Тысяча простых рецептов праздничных блюд», но это было ложью. Наглым, беспардонным враньём. Ни одного простого рецепта внутри Саша так и не нашла.
Но отступать было некуда – чувство вины, пришедшее на смену отчаянию и ощущению собственной ненужности, и такое же острое и невыносимое, требовало сделать хоть что‑то хорошее для семьи.
Саша остановилась на страничке с заголовком «Салат с копчёной курицей, ананасом, сыром и кукурузой. Время приготовления – 30 минут». Половина копчёной курицы как раз лежала в холодильнике. Сыр, майонез и морковь тоже имелись в наличии. Баночки с ананасами и кукурузой стояли в кухонном шкафу. Да и время было подходящим, чтобы успеть до возвращения с работы папы и Лёши.
«Шаг 1. Копченую курицу руками разберите на волокна, удалив кожу».
– Как скажете, – пробормотала Саша, вставая к столу и приступая к готовке.
На кухню пробрался Тёма, уселся верхом на один из стульев и начал молча наблюдать.
– Мог бы и помочь, – сказала Саша брату.
– Я боюсь дохлых куриц, – хитро улыбаясь, ответил он.
– Что? – Саша удивлённо на него посмотрела. – Ты же вчера её ел.
– Вчера я ещё не боялся.
«Шаг 2. Консервированные ананасы нарежьте кубиками».
– А как вы относитесь к ананасам, Артём Игоревич? – поинтересовалась Саша, открывая банку.
Тёма вздохнул, демонстративно закатил глаза, что‑то пробурчал себе под нос, но послушно взялся за нож.
– Кстати… – небрежно заговорил он. Настолько небрежно, что Саша насторожилась. – А когда тебе было как мне, сколько папа тебе давал денег?
– Нисколько.
– Ну это потому, что ты девочка. Девочкам можно и без денег… Интересно, сколько папа давал Лёше, когда ему было двенадцать. Надо спросить.
Саша опёрлась обеими руками на столешницу, глядя на брата.
Она ненавидела эти моменты – когда приходилось уводить Тёму в сторону от вопросов о прошлом и вообще от всего того, что могло случайно разрушить возводимую на протяжении многих лет родителями и Лёшей стену из лжи. Саша, хоть её никто и никогда об этом не просил, стала их соучастником – настолько умелым, что никто из старших так и не догадался, что она прекрасно помнит события, происходившие в семье на момент рождения самого младшего из Фроловых.
Правда, тогда у Тёмы была совсем другая фамилия.
Но сейчас он Фролов. Артём Игоревич Фролов. И никак иначе.