Карина Демина – Ведьмы.Ру 2 (страница 15)
Воронка обожгла кожу холодом, и собственная сила Ульяны рванула, отвечая и поглощая.
– Что ты… что ты сделала?! – мама побледнела.
– Детки, – дядя Женя, который куда-то отходил, вернулся с огромной тарелкой. На белоснежном фарфоре вытянулись длинные палочки эклеров, чуть за ними поднималась гора взбитых сливок, присыпанных шоколадной пудрой. Тут же стояли какие-то завиточки, ракушечки и, кажется, всё то, что вообще было в меню. – Оглянуться не успеешь, как выросли. Вот прям как ты. Помню, вчера ещё бегала засранка голозадая…
На щеках матушки вспыхнули алые пятна.
– Делала мелкие пакости, но что уж тут, кто их в своё время не делал. А сейчас гляжу и дивлюся, прям не леди даже, а целая лединища вымахала, если так-то…
– Я хоть чего-то в жизни добилась! – и в голосе матушки прорезались нервные ноты. – А ты как был неудачником, так и остался! Только и умеешь, что пить и… и вообще, почему я должна это выслушивать?
– Не должна, – согласился дядя Женя. – Но ты ж сама нас сюда позвала.
– Ульяну, а не вас!
– Так сказала, что можем приехать, – он подхватил эклер. – Мы и приехали. Я, может, совсем одичал. Дай, думаю, погляжу хоть одним глазочком, как оно приличные люди живут. Хотя, признаю, ошибся. Приличные люди – это не про тебя, сестрица…
Ульяне показалось, что матушка сейчас взорвётся, но… она выдохнула и выпрямилась.
– Я уже, честное слово, и отвыкла от вашей непосредственности. Вот уж и вправду святая простота… но ладно. Это не важно. Ульяна, ты должна отдать силу.
– Кому?
– Мне.
Как будто были варианты.
– Я сумею распорядиться ею с умом…
– Продав меня ещё раз?
– Ты о чём?
– Василий. Демон. И твой договор.
– И?
– Мама… знаешь, а я ведь даже не злюсь, – то ли поглощённая сила повлияла, то ли в целом пришло, наконец, осознание, что Ульяна не виновата.
Ни в своей никчёмности.
Ни в невыразительности.
Ни в том, что она не соответствует матушкиным ожиданиям.
Что, даже будь она гениальной, этого было бы недостаточно. Потому что дело не в самой Ульяне, а в матушке. И в её ожиданиях. Или точнее в желании быть лучше Ульяны. А самый простой способ стать лучше кого-то, надо лишь этого «кого-то» сделать хуже.
– Наверное, надо бы… ты свела в могилу отца.
– Не преувеличивай.
– Лишила меня не только своей, но и его любви. Я ведь правильно поняла, дядя Женя? Из-за приворота её не хватало на меня.
– О нет, сейчас будем ещё в детских обидах ковыряться… – матушка притворно вздохнула. – Как можно быть настолько мелочной и вечно страдающей? Мальчик, не боишься, что она утопит тебя в своём унынии?
– Не, – Данила изогнулся. – В семье должен быть кто-то серьёзный.
– Я? – предположил демон.
– И демон. Конечно. Кто-то серьёзный и ещё демон. Без демона, считаю, семья неполная.
Василий кивнул.
Но уточнил:
– Я правильно понял, что сказанное можно интерпретировать, как иронию.
– Так вот, – матушка несколько повысила голос. – Это всё, конечно, имело место быть. Я не отрицаю.
– Правильно. Согласие и принятие – это то, что требуется для реабилитации…
– Заткните его кто-нибудь, – матушка даже приподнялась. – Пока я…
И снова пальцами щёлкнула.
А Ульяна подумала и тоже щёлкнула. И чёрные ниточки, что заплясали было над матушкиной ладонью, взяли и развалились. Только после развала не к Ульяне потянулись, а задёргались и вцепились в руку матушки.
– Ай, – взвизгнула та и рукой затрясла. – Ты что творишь?!
– Понятия не имею, – Ульяна решила быть честной. – Меня ж ничему не учили. И откуда мне знать, чего я творю.
– А местами даже вытворяет, – Мелецкий категорически не мог промолчать. И Василий, взяв с тарелки дяди Жени длинный эклер, протянул ему.
– Скушай.
– Боже, за что мне это?!
– Мам, ты чего хотела-то?
– Спасти тебя, дуру!
– От чего?
– От родни этой… от силы. Ты не понимаешь, она тебе не подчинится. Ведьма – это не только и не столько сила. Это прежде всего характер. А у тебя характера никогда не было.
– Может, потому что ты его давила, – Ульяна ковырнула белую гору и, подцепив красную ягодку, сунула её в рот. Надо же. Вкусно. И главное, аппетит никуда не делся. Раньше в присутствии мамы кусок в горло не лез. А теперь и лез, и добавки требовал. – Так что с силой я разберусь как-нибудь сама…
– И с источником?
– Каким?
– А тебе не сказали? – матушка откинулась на спинку стула. – Не удивлена. Там, в подвале, есть источник силы.
– Не, не угадали. Империя там теперь, – у Мелецкого и с набитым ртом жевать получалось.
– К-какая?
– Мышиная. Независимое, можно сказать, государство.
– Мальчик, ты можешь помолчать?
– Не-а. Честно. Пробовал, но как-то вот не очень получается. Так, значит, источник? И чего с ним делать?
– Источник спит, – дядя Женя поднял корзиночку с белым облаком взбитых сливок. – Большей частью. Так-то сам по себе он просто есть. Связан с окрестными землями. Хранит их, чтоб леса не хирели, зверьё не болело, рыба не выводилась и прочее вот, народно-хозяйственное…
Матушка прищурилась.
И Ульяна поняла, что сейчас она скажет гадость. Или не гадость, но что-то такое, что изначально собиралась сказать.
– Только иногда источник нужно подкармливать, верно, дорогой братец?
Чем?
Лучше не спрашивать.
– Чем? – Мелецкий не уловил момент, когда промолчать всё-таки стоит.
– Скорее уж правильно говорить «кем». Лучше всего глупой маленькой ведьмой, которая только-только входит в силу, а потому не способна с нею управиться. Им даже делать ничего не надо. Источник пробудится и подстегнёт силу, которой станет так много, что ты, Улечка, совершенно точно не справишься. А потом начнётся отлив. И сила уйдёт, что источника, что твоя, заодно прихватив с собой твою глупую никчёмную душонку…