Карен Линч – Рыцарь (страница 29)

Я сдалась.

– Ладно, но я только посмотреть.

Спустя полчаса я вышла из магазина с потрепанным чехлом для акустической гитары на плече.

– Ты ужасно на меня влияешь, Вайолет Ли.

Она рассмеялась и показала на кофейню.

– Я готова загладить свою вину. Кофе за мой счет.

Мы вошли в кафе и нашли свободный столик. Я присматривала за сумками, пока Вайолет делала заказ.

– Кстати, как поживают твои родители в новой больнице? – поинтересовалась она, ставя чашки на стол.

Я сделала глоток кофе и довольно вздохнула.

– Отлично. Ты бы видела это место. Оно больше похоже на реабилитационный центр для богачей. До сих пор не верится, что наша медицинская страховка покрывает лечение в таком месте.

Я провела небольшое исследование о том, как восстанавливаются после горена, и нашла еще один центр в Ньюарке, который больше походил на лечебницу, чем тот курорт, где ныне отдыхали родители. У мамы с папой был уютный номер с окнами с видом на парк, кафетерий напоминал высококлассный ресторан. Постояльцам запрещалось пользоваться компьютерами или телефонами, по телевизору показывали только фильмы без сцен насилия – якобы выздоравливающим наркоманам вредно перевозбуждаться. Но там были библиотека, современный спортзал с огромным бассейном и прекрасная территория для тех, кто не боится мороза. Я привезла родителям их одежду и некоторые вещи из дома, и с каждым днем они все больше возвращались к прежним себе.

– Ты уже им рассказала?

– Нет, но скоро планирую.

Каждую встречу с родителями я хотела рассказать им об охоте, но доктора постоянно предупреждали, что стресс и эмоциональное расстройство на раннем этапе лечения приведут к откату назад. Мама с папой хорошо справлялись, и последнее, что мне было нужно, это вызвать у них беспокойство. Но я также понимала, что чем дольше откладываю этот разговор, тем сильнее они расстроятся, что я утаивала от них правду.

К нашему столику кто-то подошел, и я подняла взгляд на двух тридцатилетних мужчин в костюмах. Они были мне незнакомы, но их вид так и кричал: «Агентство!» Я напряглась, так как у меня уже был неудачный опыт с разыскивающими меня агентами.

– Я могу вам помочь? – спросила я, прежде чем они успели подать голос.

– Вы Джесси Джеймс? – коротко поинтересовался один из них.

Я перевела взгляд на его напарника.

– А кто спрашивает?

Он показал мне удостоверение в кожаном чехле.

– Я агент Коллинс, а это агент Говард. Мы хотели задать вам пару вопросов о налете на дом Льюиса Тейта.

– Меня не было там во время налета. Меня вызвали после, чтобы поймать верри.

Агент Говард кивнул.

– Мы допрашиваем всех, кто был в доме в ту ночь.

– Почему?

– Обычная процедура. Ничего такого, о чем стоило бы волноваться, – ответил агент Коллинс.

Что-то в его улыбке вызвало у меня покалывание в затылке. По моему опыту, когда люди говорили не волноваться, обычно именно это и следовало делать. И Агентство не выслеживало охотников в кофейнях ради рутинных вопросов. Они приходили домой или звонили и вызывали в штаб на разговор.

– Что вы хотите знать? – спросила я, понимая, что Вайолет наблюдает за нами.

Агент Коллинс обвел взглядом кафе.

– Давайте побеседуем снаружи.

Я на секунду замешкалась, но встала. Если они хотели обсудить конфиденциальную информацию, то вполне логично делать это там, где нас вряд ли услышат. Захватив пальто, я направилась за ними на улицу и специально встала перед витриной, чтобы Вайолет видела меня. Мне все равно, что они агенты. У меня имелись веские причины относиться с подозрением к незнакомцам.

Первым заговорил агент Говард:

– Согласно отчету, вы первый охотник, прибывший на место происшествия после налета, верно?

– Да.

– И вы вошли в дом одна, – продолжил агент Коллинс. – Почему вас не сопровождал один из агентов?

Я нахмурилась.

– Потому что это было слишком опасно, учитывая, сколько верри летало на свободе.

Он кивнул.

– И вы провели два часа одна в доме?

– Скорее полтора.

Мне стало интересно, к чему он ведет.

– В какие комнаты вы заходили в то время?

– В гостиную, коридор, комнату с клетками.

– И это все? – перебил агент Говард.

– Там я и нашла верри. У меня не было причин идти дальше.

– Понятно. – Он спрятал руки в карманы пальто. – Вы заметили что-нибудь необычное, пока находились в доме?

– Например?

– Предметы, которые выглядели так, будто были фэйского происхождения.

И к чему эти хождения вокруг да около? Они должны знать, что охотникам сообщили о пропавшем ки-тейне.

– Там были предметы фэйского происхождения, но я не видела ничего похожего на ки-тейн.

Они переглянулись, и агент Коллинс сказал:

– Значит, вы искали его, пока были одни в доме?

Их вопросы начинали действовать мне на нервы.

– Нет, я была слишком занята попытками избежать смерти от ядовитого жала.

В его глазах промелькнуло раздражение.

– А что вы делали после того, как поймали верри?

– Помогала мужчине, которого ужалили.

– Вы вроде сказали, что в то время были одни в доме, – встрял агент Говард, и в его голос закрались нотки подозрения.

В голове забила тревога. Как они могли не знать о Брайане Канге, если читали отчет о той ночи? Казалось бы, логичнее допрашивать друга и возможного сообщника Льюиса Тейта, чем меня. Что-то не складывалось.

Я скрестила руки.

– Простите, но почему вы спрашиваете меня об этом? Вся информация должна быть в отчете агента Росса, и запись с камеры наблюдения в точности покажет вам, что я делала в доме. Даже не знаю, что еще я могу вам рассказать.

Агент Коллинс шагнул в мою сторону.

– Мы сами решим, что важно, а что нет.

– Думаю, вам лучше проехать с нами в штаб для полного допроса, – агент Говард подошел ближе, оттесняя меня.

Я вжалась спиной в витрину.