Карен Линч – Непреклонность (ЛП) (страница 52)

— И что касается того, что сегодня у нас было вполне достаточно волнений, думаю, ты кое о чём забыла.

Я бросила на него взгляд искоса.

— О чём?

Роланд ухмыльнулся, смотря прямо перед собой.

— О нём.

Глава 14

Я почувствовала, как присутствие Мохири слегка коснулось моего разума, когда секундой позже бросив взгляд вниз по улице, я заметила Николаса, важно шествовавшего в нашу сторону, выражение его лица было мрачнее, чем небо в эту минуту. Собрав всё своё мужество, я готовилась к лекции, пока мы шли навстречу к нему. Какими бы благородными ни были его намерения, это была моя жизнь. В конце концов, это должно будет уложиться в его голове — я на это надеялась.

Чтобы Николас не планировал сказать, это было забыто в тот самый миг, когда он подошёл к нам достаточно близко, чтобы заметить нашу промокшую одежду и почувствовать исходивший от нас солоноватый рыбный душок.

— Что, чёрт возьми, произошло на этот раз?

— Мы…

— Ничего, — произнесла я до того, как Роланд успел ответить.

Николас что-то пробормотал на другом языке, что прозвучало как ругательство. Он покачал головой, затем посмотрел на Роланда.

— Я заберу её.

— Я так не думаю, — с жаром выпалила я и наполнилась ужасом от его решительного вида.

Роланд шагнул вперёд.

— Не уверен, что это такая уж хорошая…

— Нам с Сарой надо поговорить — просто поговорить, — сказал ему Николас, проигнорировав моё возражение. — И судя по выражению твоего лица, думаю, что ты со мной согласен.

Я в неверии повернулась к своёму другу.

— Роланд?

Глаза Роланда были беспокойными, когда наши взгляды встретились.

— Ты не хочешь слушать меня. Может быть, будет хорошо, если кто-то ещё…

— Предатель, — укорила я его, пройдя мимо них двоих.

Я не могла поверить в это — мой лучший друг встал на сторону Николаса — оборотень поддержал Мохири. Если бы я не была так расстроена, я бы рассмеялась над абсурдностью всей этой ситуации.

— Сара, подожди…

Я пропустила мимо ушей мольбу Роланда. Дождь разошёлся не на шутку, и ветер усилился, словно мощь шторма была связана с моим настроением. В очередной раз я промокла насквозь ко времени, когда достигла здания своего дома.

Питер находился у дома, в маминой машине, ожидая нас.

— Что случилось? — выкрикнул он.

— Уверена, что Роланд тебе всё расскажет, — угрюмо ответила я, прямиком направившись к ступенькам.

Я подумывала закрыть за собой дверь на замок, когда включила свет в коридоре, но у меня было ощущение, что дверной засов не удержит Николаса в его нынешнем настроении. На мгновение я ухватилась за слабую надежду, что защита троллей удержит его снаружи, но надежда была разбита вдребезги, как только открылась дверь тем временем, как я скидывала с себя уничтоженные сникерсы "Ванс". Я кинула жакет, который упал на пол с громким шлепком, и пошла в сторону лестницы, не позаботившись даже посмотреть на него.

— Чувствуй себя, как дома, — произнесла я голосом, которому далеко было до радушного.

Наверху шторм ощущался громче, когда ветер стонал близ навеса крыши и дождь сильно барабанил в окна. Я приоткрыла окно и подозвала свистком Харпера, который иногда любил пережидать плохую погоду внутри помещения. Не было никаких признаков присутствия ворона, и я вскоре закрыла окно, дабы дождь не попадал внутрь.

Я услышала шарканье и повернулась, когда Дейзи перепрыгнула через верхнюю ступеньку. Шторм её не волновал, но она всегда составляла мне компанию в отсутствие Нейта. Я почесала её по голове, и она последовала за мной, когда я направилась в ванную комнату, с целью включить воду и наполнить ванну. Разговору Николаса придётся подождать до тех пор, пока я не приму хорошую тёплую ванну, которую я сама себе обещала. Если он хотел поговорить, ему просто придётся томиться в ожидании, пока я не буду готова.

Я выпуталась из мокрых джинсов и запустила руку в передний карман за пузырьком с кровью Птеллона и благоговейно вложила его в свою ладонь. Всё, что случилось в гавани, стоило того, чтобы обеспечить Нейту безопасность. Мы, возможно, не были настолько близки, как мы оба этого хотели бы, но я пойду практически на всё, чтобы защитить его от опасности, которую я же и привнесла в наши жизни. Я открыла верхний ящик в столике с раковиной и запрятала пузырёк в самую его глубь, чтобы он был в сохранности, пока Нейт не вернётся домой. Мне надо всего лишь капать по три капли кроваво-красной жидкости в его еду или напиток ежемесячно, и содержимого пузырька будет вполне достаточно, чтобы продержаться минимум год. Благодаря защите и Птеллону, Нейт должен пребывать в безопасности почти от всего сверхъестественного, по крайней мере. Кровь Птеллона не отпугивает людей, но волновалась я вовсе не из-за людей.

Блаженный стон вырвался из меня, когда я погрузилась в горячую воду. Я положила голову на подушку для ванной и закрыла глаза, пока испускавшая пар мыльная вода вытягивала песок и зловоние из моих пор. Мой разум проигрывал то, что произошло в гавани. Мужчины, гнавшиеся за нами, были пугающими, но вот что действительно взволновало меня, так это столкновение с крысами. Я никогда раньше ничего подобного тому, что присутствовало в разуме крыс, не чувствовала, и я задрожала, несмотря на горячую воду. Как я умудрилась вытолкнуть это из крысы, а затем найти в себе силу, чтобы повлиять единовременно на всю стаю крыс? Моя сила становилась сильнее? Николас сказал, что способности Мохири усиливаются, как только они достигают зрелости. Может быть, это было тем, что происходило со мной. Было так много всего в моём даре, что до сих пор для меня оставалось загадкой, и мне хотелось, чтобы кто-то мне всё это объяснил.

Я заставила себя расслабиться и оттолкнуть приводящие в замешательство мысли в сторону. Постоянная барабанящая дробь дождя по крыше убаюкала меня в приятную дремоту, и я пребывала в ней до тех пор, пока вода не начала остывать. Я спустила воду и встала, чтобы помыть голову под душем. Вопреки последним нескольким часам и нежелательному гостю, ожидавшему меня на нижнем этаже, я почувствовала себя значительно легче, когда обернула вокруг себя большое полотенце и вошла в свою спальню.

— Эй! Что, по-твоему, ты делаешь? — завопила я на Николаса, который сидел на моём диване, а мой вероломный кот свернулся калачиком рядом с ним.

Мой альбом для рисования лежал открытым на его коленях, в то время как он изучал один из моих эскизов. Мои рисунки были сродни моему дневнику, и было нечто настораживающе интимное в том, что он сидел на моём личном месте, рассматривая их.

— Убирайся из моей комнаты и не трогай мои вещи.

Он проигнорировал мой выплеск эмоций, его взгляд потемнел и стал бездонным, когда он посмотрел на меня.

— Ты так долго пробыла в ванной, что я было подумал, что ты снова попробуешь сбежать.

Я туже затянула полотенце вокруг себя и постаралась не замечать жар, зарождавшийся на моём лице.

— Ну, как можешь видеть, я всё ещё здесь. Итак, не возражаешь ли ты покинуть мою комнату, чтобы я смогла одеться?

Выводящая из себя улыбка заиграла в уголках его рта, и в комнате неожиданно стало слишком жарко.

— Конечно, — он положил альбом для рисования на диван и встал. — Твои рисунки довольно хорошие. Тебе вообще кто-нибудь об этом говорил?

— Я не показывала их никому. Это личное, — подчёркнуто произнесла я, чтобы вновь напомнить ему, что он вторгся в моё личное пространство.

В душе я чувствовала маленькую вспышку удовольствия от его похвалы, но я никогда не позволю ему об этом узнать.

Выглядел он абсолютно не раскаивающимся за вторжение, пока неторопливо шёл к лестнице.

— Скоро увидимся внизу.

Рассердившись, я подошла к дивану, чтобы закрыть альбом, и резко остановилась, немного не дотянувшись до альбома, когда увидела смотревшее на меня лицо Николаса. Я почувствовала уже знакомый мне укол страха, который я испытывала каждый раз, когда вспоминала о том вечере в Портленде. Я не записывала свои чувства в дневник, я рисовала их, и по некой причине этот образ был тем, что больше всего выделялось в моём воспоминание того вечера. Может быть, потому что это был момент, когда я поняла, что не была одинока. То, что кто-то ещё посмотрел на это, заставило меня почувствовать себя незащищённой и уязвимой, особенно если это был Николас.

Я оделась не торопясь и планировала потратить чрезмерно много времени на сушку волос, чтобы не допустить столкновения с ним как можно дольше. Однако у шторма были иные планы, и электричество отключилось, как только я взяла в руки фен.

— Отлично! — пробормотала я, ища фонарик.

Я схватила полотенце, дабы попробовать просушить волосы насколько смогла бы, и затем, поскольку откладывать неизбежное больше было невозможно, спустилась на первый этаж, вместе с Дейзи, следовавшей за мной по пятам.

Я нашла Николаса на кухне, занятым приготовлением сендвичей при свете горящей свечи, рукава его рубашки были закатаны, а его кожаная куртка была перекинута через спинку стула. Повседневная домашняя картина, представшая передо мной, была настолько контрастной образу воина, к которому я привыкла, что я внезапно остановилась и Дейзи натолкнулась на мою ногу.

— Что ты делаешь?

— Ужин. Я бы заказал доставку, но, похоже, электричества нет во всём городе. Так что остаются сендвичи, — он передвинул тарелку по столешнице в мою сторону. — Надеюсь, ты любишь жареную говядину.