Карен Кейси – Взаимозависимость и сила отстраненности. Как установить границы и сделать вашу жизнь только вашей (страница 11)

Элен также убедила Дану поставить детей на первое место. Дана толком не понимала, как это возможно. Ее дети никогда не играли первых ролей в ее жизни. Более того, большую часть лет своего материнства она вообще редко о них вспоминала. Так как наркотики и мужчина имели большее значение, она часто игнорировала родительские обязанности. Когда Дана прекратила лечение, она поняла, что материнство является нелегкой задачей. Простое приготовление пищи и слежка за тем, чтобы у всех была чистая одежда для школы, измотало Дану уже в первую неделю, когда она находилась дома. Так как она не обращала внимания на нужды семьи довольно долгое время, она не осознавала, насколько внимательны были ее родители к ее детям в последние несколько лет.

Ей было очень стыдно, и чувство вины сделало ее злой и обидчивой. Она не понимала своих чувств, но Элен посоветовала ей обсудить свои эмоции с другими женщинами, которые шли на поправку. Она попробовала последовать совету и поняла, что женщины из ее послелечебной группы поддержки и другие барышни, находящиеся на этапе исцеления, ее не осуждали. И она посещала собрания, получила наставника и отодвинула мужчин на задний план. Она также начала понимать, что, если кто-то с ней не соглашался, она могла справиться с этим без выпивки, слез и не падая в объятья очередного сексуального партнера. Свобода, которую она стала ощущать, удивила ее, и впервые за долгие годы у нее появилась надежда. На самом деле, она даже не понимала прежде, насколько «безнадежной» была большую часть ее взрослой жизни.

Дана посещала собрания «Ал-Анон» вкупе с занятиями в «АА», как и было предложено для ее лечения. (Ее первая наставница тоже посещала обе группы.) Посещение группы «Ал-Анон» научило ее тому, что ее задачей было не сделать других людей счастливыми, а быть зрелым, ответственным родителем.

На сегодняшний день она не принимает наркотики или алкоголь уже более десяти лет. Она научилась правильно выбирать друзей-мужчин и сделала выбор в пользу холостой жизни и предпочла стать такой бабушкой своим внукам, которой, как она думала, никогда не станет по собственной воле. Те многие вещи, которые Дана не делала, когда была матерью, она с радостью делает, будучи бабушкой. Игры, долгие беседы, чтение книг и путешествие с внуками заняли место наркотиков и мужчин. У нее есть безусловная любовь внуков и уважение собственных детей. У нее все еще осталась склонность привязываться к определенным людям, но, по крайней мере, окружение, к которому она привязывается, не использует ее и не причиняет ей боль.

Дана просыпается каждое утро, зная, где находится и как хочет провести свой день. И даже лучше, она встает с кровати, зная, что несет ответственность только за саму себя. Она больше не страдает из-за чьих-то действий или реакций. Она больше никогда никому не даст себя в обиду и не позволит пользоваться собой по какой бы то ни было причине.

Когда Дана покинула программу, ее наставник Элен дала ей совет: «Научись отстраняться от нездорового внимания других». Дана не представляла, что Элен имела в виду, но та настояла на том, чтобы ее пациентка обсудила это с другими женщинами в программе. «Ты можешь научиться», — сказала она.

Элен, люди из «АА» и «Ал-Анон» сказали Дане, что она развивалась бы нормально, если бы продолжила ходить на собрания и прислушиваться к словам опытных людей. Ей сказали, что духовный прогресс возможен и он позволит ей увидеть свой потенциал как женщины и как матери. Ей снова и снова повторяли, что ее страхи уйдут. Ей особенно сложно было поверить в последнее обещание, потому что ее страхи преследовали ее годами. Но новые друзья заверили ее, что начинали свое излечение такими же, как она, — запуганными и невосприимчивыми к новым идеям, и она могла видеть, что сейчас они счастливы. Впервые в жизни Дана начала прислушиваться к рекомендациям людей, которые не принимали никакие препараты.

Если кто-то страдает от взаимозависимости, нет более комфортного места, где можно встретить здравомыслящих людей, чем сообщество «Ал-Анон». История Даны показывает, что, если мы продолжаем посещать собрания и слушать людей более опытных и читать нашу литературу, мы начнем интуитивно понимать то, что поначалу понять не могли. Как говорит мой друг, если мы ходим на собрания, программа «до нас доберется». Мы меняемся легче, если находимся в группе людей, которые тоже меняются. Мы видим ситуацию более четко, если нас окружают те, кто смотрит на вещи ясно. Все, что мы видим и слышим, отпечатывается у нас в сознании. Принципы, которые мы узнаем, посещая собрания, слушая наших наставников, работая по программе «Двенадцать Шагов» и неустанно стремясь познать нашу Высшую Силу, — дают нам надежду так же, как дали ее Дане. Если мы не усвоим урок, когда он преподан нам впервые, у нас будет еще немало возможностей, чтобы воспринять его, если мы продолжим прислушиваться к другим. Так же как и Дана, мы научимся тому, чему должны научиться. Затем мы станем учителями другим людям в нашей жизни.

Стать учителем — это именно то, что сделала Дана. Она стала наставником для тех, кто так похож на нее прежнюю.

У нее возникло желание научиться правильно «проходить жизненный путь», и она является примером для подражания, особенно для женщин, которые попали в зависимость от мужчин в их жизни. Другие дамы тоже могут обратиться к ее истории и осознать, что они также способны остановить круговорот своих зависимостей.

Пример Даны является яркой иллюстрацией идеи о том, что мы укрепляем в себе то, чем намерены делиться с другими. Мы сможем достигнуть мира в себе только тогда, когда отдадим и поделимся тем, чему научились. Мудрость, которую мы можем разделить с другими, делает круг полным. Мы должны делиться знаниями, которые приобрели, в противном случае мы не сможем их удержать.

Глава 9. ДУХОВНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Реймонд говорит, что даже не мог вообразить, что его жизнь изменится. Он думал, что будет пить день за днем.

Реймонд вырос на Среднем Западе. Его отец пил редко, но сам Реймонд впервые напился, когда ему было одиннадцать, самогоном, который сделал его родитель. К тому времени, как ему исполнилось четырнадцать, он напивался регулярно. Его мать тоже начала пить и быстро стала алкоголичкой вместе со своим сыном. Отец Реймонда был вне себя от горя из-за того, что происходило с его семьей. Реймонд продолжал обещать себе и отцу, что бросит, но так и не сдержал своих обещаний.

Он женился на женщине из семьи алкоголика, и, таким образом, ему не приходилось оправдывать свою привычку выпивать. В первые годы их брака Мэри сопровождала Реймонда в барах, пила вместе с ним, как это делала долгие годы ее мать.

После того как родились дети, Реймонд начал посещать бары один, что его вполне устраивало. Его приятели всегда были там и, в основном, тоже без своих супруг. Большинство его друзей, приятелей-почтальонов, тоже были алкоголиками. Так как они все носили это клеймо, то покрывали друг друга каждый раз, когда кто-то из них напивался так, что не мог добраться до дома или доставить на следующий день почту. Он считал, что ему повезло иметь такую группу людей, которая следила за ним.

Однако Мэри стала уставать от его попоек, и после одной серьезной аварии в нетрезвом виде она пригрозила забрать детей и уйти от него. Он не поверил ей и снова стал пить, сразу после того, как вернулся на работу. Она же не выполнила свою угрозу.

Только после тридцати Реймонд осознал, что выпивка стала проблемой. У него стали появляться провалы в памяти, и он знал, что это не нормально. Он мог вспомнить в общем, где начинались пьянки, но мало что оставалось в его памяти после этого. Мэри опять заговорила об уходе и на этот раз выполнила обещание, забрав детей в Калифорнию. Она отсутствовала целый месяц, и все это время Реймонд не пил. Это был самый долгий трезвый период в его жизни с четырнадцати лет.

К сожалению, его отказ от алкоголя не затянулся. Вскоре после возвращения Мэри из Калифорнии он начал пить снова. Он был взволнован тем, что она вернулась. Он хотел, чтобы она и дети остались в его жизни. К тому времени его болезнь ухудшилась, он часто пропускал работу, полагаясь на то, что «парни» его прикроют.

Прямо перед тем, как Реймонд все осознал, он и Мэри праздновали свою двадцать пятую годовщину. Она начала посещать собрания «Ал-Анон», а он согласился вступить в «АА». Но его решимость не пить была периодической. Он три года пытался «придерживаться своего решения», но тяга к выпивке была сильнее. В конце концов Мэри в порыве гнева подала на развод. И, как обычно поступают запуганные алкоголики, Реймонд поклялся больше не пить, так и было в течение одного месяца. Мэри забрала заявление на развод.

Поначалу Реймонд не бросал пить окончательно. Но его потребление алкоголя уменьшилось. Удивительно, но ему понравилось в группе «АА» и были симпатичны люди, которых он там встретил. И что было еще более удивительно, так это то, что он начал подозревать, что он тоже им нравился. Он никогда прежде не чувствовал себя настолько комфортно, разве что с почтальонами, с которыми работал и пил.

Реймонд с удовольствием начал выполнять работу, которую делали все новички в «АА». Он готовил кофе, расставлял стулья, подвозил людей. Ему нравилось принадлежать к группе. Ему также нравилось, что никто не говорил ему держаться подальше, когда он пил. Его принимали таким, каким он был, и теперь, когда он старался подальше держаться от баров, ему было куда пойти.