Кара Мель – Зимняя сказка. Забава для близнецов (страница 26)

Меня бомбит так, что я весь пылаю. Еще немного – и разнесу всю гостиную в хлам.

Любые попытки прийти к здравомыслию или хоть немного успокоиться ни к чему хорошему не приводят. Напротив, лишь сильнее заводят меня.

– Марк, что-то случилось? – осторожно спрашивает Забава. Она уложила детей и спустилась ко мне.

– Все нормально, – цежу сквозь стиснутые зубы. Если скажу хоть на одно слово больше, то она уж точно все поймет.

Запихиваю одну коробку в другую. Не лезет. Психую, прикладываю силу, рву картон, но утрамбовываю так, как хочу.

Забава многозначительно на меня смотрит, еле заметно вздыхает, но никак мое поведение не комментирует и больше ничего не говорит.

– Дай, пожалуйста, – бережно забирает у меня из рук покореженные коробки. – Иди отдохни. Я сама уберу.

– Я тебе помогу, – настаиваю. Внутри все бурлит от негодования и дикой злости.

– Марк, – выпрямляется, смотрит мне в глаза. – Я же вижу, что тебе хреново. – Небольшая пауза. – Ты зол, и тебе нужно выпустить пар.

– Вот я и пытаюсь, – показываю на бедлам, что перед нами. – Нужно куда-то энергию деть.

– Помогает? – спрашивает с вызовом.

– Не особо, – говорю честно.

– Иди за мной, – машет рукой и направляется в сторону гаража.

Я недоумевающе иду следом за девушкой.

– Держи, – вручает мне в руки лопату для чистки снега.

– Нафига? – удивляюсь. – У меня снегоуборщик есть, – киваю на агрегат, что стоит рядом с воротами.

– Снегоуборщик тебе не поможет, – заявляет со знанием дела. – А это, – кивает на лопату, – самое то.

В глазах Забавы столько заботы и доброты, что мне вдруг становится дико неудобно перед ней за свое поведение.

Забава самоотверженно помогает мне, ничего не требует взамен и не лезет в душу ни с лишними вопросами, ни с нравоучениями. А я… Я вечно то наезжаю на нее, то довожу до белого каления.

– Думаешь, ручная чистка снега поможет избавиться от злости? – недоверчиво щурю глаза.

– Уверена, – лукаво улыбается.

– А если не поможет? – спрашиваю недоверчиво. Уж слишком моя ярость сильна. Стоит только подумать про недавний звонок, как она вновь меня одолевает.

– Если не поможет физическая нагрузка… – Забава делает шаг вперед, приближается вплотную. На ее губах играет загадочная улыбка, в глазах опасный блеск.

Напротив меня стоит не просто красивая добрая девушка, а умудренная жизнью роковая красавица, которая четко знает, что делает.

– То я знаю еще один способ успокоить и расслабить разбушевавшегося мужчину, – еле слышно шепчет на ухо, пробуждая совершенно иные эмоции внутри.

В груди вместо дикой ярости рождается страсть, руки хотят не сжиматься в кулаки, а держать хрупкое женское тело. Да и физическую силу и выносливость мне вдруг резко захотелось потратить не на расчистку территории от снега. Бестолковое и никому ненужное занятие.

Внутри разгорается пожар. И он не имеет ни малейшего отношения к той ярости, что совсем недавно сжигала меня дотла.

Отставляю лопату в сторону, обнимаю Забаву за талию, приподнимаю. Резко разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, ставлю девушку к стене. Ее глаза удивленно распахиваются. Дышит часто.

– И какой же другой способ? – произношу, медленно проводя носом по чувственной тонкой коже на шее. Слегка дую на нее, прикусываю. Над моим ухом раздается сдерживаемый стон.

– Все тебе расскажи да покажи, – говорит хриплым голосом, сама же подается чуть вперед.

Наши тела соприкасаются, у меня сносит башню. Чувства пылают, эмоции перекрывают здравый смысл.

Какой нахрен снег? Я знаю более приятное и действенное средство для успокоения. И если так дальше пойдет, то меня уже будет не остановить.

Забава задирает мою футболку, проводит ноготками по спине, заставляя меня выгнуться ей навстречу, не отрывает от меня провокационный взгляд.

– Женщина, ты понимаешь, что ты творишь? – спрашиваю, каким-то чудом до сих пор не потеряв рассудок.

– А ты сам как думаешь? – произносит, снимая футболку с себя. – Думаю, снегоуборщик потом справится со снегом, – лукаво улыбается. Внутри все горит.

Стараюсь не смотреть никуда ниже лица, иначе окончательно сорвет крышу. Но когда вниз летит еще одна деталь женского гардероба, уже не могу себя сдержать.

– С огнем играешь, – предупреждаю. Еще немного – и назад дороги не будет. Ни для меня, ни для нее.

– Тебе ведь нужно успокоиться. – Ноготки со спины перебираются на живот. Одна рука двигается вверх, другая в совершенно противоположном направлении. Добирается до желаемого, и я резко втягиваю воздух в себя.

– Зая, – предупреждающе рычу. Но Забаве на мое предупреждение пофиг, она продолжает свою игру.

– Не хочу причинить тебе боль, – признаюсь. В своем нынешнем состоянии я нежным не буду, и далеко не каждая девушка способна выдержать такого меня. – Будешь ходить по грани, – предупреждаю.

– Или пущу по тонкой грани тебя, – заявляет в ответ.

Я просто охреневаю от ее такого ответа. Отбрасываю все доводы разума прочь.

Подхватываю Забаву под бедра, приподнимаю, она обхватывает длинными стройными ногами меня. Впиваюсь в губы огненным поцелуем, хватаю за волосы, заставляю открыться, углубляю до невыносимости наш поцелуй.

Мы уносимся так далеко, насколько это возможно. Не видим, не слышим ничего из того, что происходит вокруг.

Стоны, руки, губы, прочь шмотки, да и уже нам обоим посрать, что мы в гараже.

Подхожу к тачке, на капот кидаю толстовку. Забава не заслуживает того, чтобы ее распяли на холодном металле. Вновь целую, мои губы исследуют каждый сантиметр. Пусть зверь внутри рвется наружу, пока могу, я хоть немного постараюсь его удержать.

Забава нежная, она нуждается в ласке. Ради нее можно немного потерпеть, а потом…

Потом я потеряю тормоза. Я это знаю.

Но пока могу, сделаю все для нее.

Мы сходим с ума, мы горим, вокруг нас все пылает. Раскладываю девушку на капоте, она кусает губы от наслаждения, томно смотрит мне в глаза.

– Не останавливайся, – просит, подаваясь вперед. – Последствий не будет.

– Ты уверена? – хмурюсь. Я не привык не предхраняться.

– Да, – тянет меня на себя. Сливаемся воедино. Мир вокруг окончательно перестает существовать.

Глава 29. Забава

Просыпаюсь лежа у Марка на груди. Мне так хорошо, что не хочу подниматься. Притворяюсь, что дальше сплю, наслаждаясь его близостью и нежностью. Ощущения словами не передать.

Сладкая истома тлеет в груди. Стоит только вспомнить, что мы творили этой ночью, как волна жара прокатывается по телу.

Вроде взрослые люди, а вели себя, как дорвавшиеся до близости юнцы.

Открываю глаза и тут же их закрываю. Прячусь. Мне стыдно.

Мы обследовали все поверхности гаража, проверили на прочность капот машины, а о том, что вытворяли в ее салоне, лучше вообще промолчать! Не представляю, как теперь вообще окажусь рядом с этим транспортным средством.

Взяла и соблазнила мужика, блин… Вот и кто я после этого?

Но как же нам с ним было хорошо… Я до сих пор пребываю в блаженстве от его прикосновений.

Марк не спит. Он рисует замысловатые узоры на моей обнаженной спине, нажимает на только ему одному ведомые тайные точки, заставляя кожу покрываться пупырышками. Низ живота томно ноет.

Мышцы с непривычки потягивает, но подобной расслабленности в теле я не испытывала уже очень давно. Мне так хорошо, что не передать словами.

А еще дико стыдно.

Ведь мы вытворяли такое… Просто ух.