Капитан М. – Сброс настроек (страница 3)

— Как вам моя вечеринка? — пробормотал Дмитрий, не отрывая взгляда от экрана.

Бойцы были экипированы неплохо, но против такого эффекта их тактические очки с защитой от лазеров не помогали. У некоторых, возможно, были противосудорожные препараты, но не у всех. Двое из четверых рухнули на пол, скорчившись в приступе рвоты. Остальные, пошатываясь, начали отступать к выходу, таща за собой товарищей.

Первая атака захлебнулась. Они не ожидали такого сопротивления. Они думали, что имеют дело с жалким программистом-затворником, а получили систему противодействия.

Но Дмитрий понимал, что это только начало. Они не остановятся. Следующая попытка будет умнее. Они вырубят свет в подъезде физически, перебьют провода или используют свои фонари с постоянным освещением. Тогда его «Дискотека» станет бесполезной.

Нужно было действовать на опережение. Он переключился на «Комаров». Его мини-дроны были разбросаны по вентиляционным шахтам дома. По одному ему известной команде они начали вылетать в подъезд. Он управлял ими через систему «умный дом», передавая сигналы через усилители, спрятанные в стенах.

На экранах появилось мельтешение — пять, десять, пятнадцать точек. Дроны набросились на отступающих бойцов. Одни распыляли едкий перцовый газ, другие врезались в стёкла их шлемов, ослепляя. Третьи, оснащённые микро-динамиками, издавали резкий, пронзительный звук, невыносимый для человеческого уха.

В подъезде начался хаос. Паника. Крики. Он слышал их не через камеры — микрофоны «Комаров» транслировали звук прямо на его наушники. Ругань, кашель, стоны. Люди, привыкшие убивать, столкнулись с невидимым, звенящим, жалящим роем.

— Получите, ублюдки, — прошептал Дмитрий, чувствуя прилив странного, злого удовлетворения.

Но он трезво оценивал обстановку. Они быстро придут в себя, вызовут подкрепление, пришлют людей в полной химической защите, с глушителями помех. Его игрушки не смогут сдерживать их вечно. Он должен был решить главную проблему — выбраться отсюда живым.

Он снова сел за главный компьютер и открыл программу, которую писал и переписывал последние два года. Это был его «побег из Шоушенка», его альтернативный выход. Он знал, что когда-нибудь ему придётся уйти. И он не мог уйти через дверь. Он подготовил путь через стену.

За его кухней, в несущей стене, была техническая ниша. Он давно, по ночам, когда соседи спали, проковырял в ней лаз из своей квартиры в соседнюю, пустующую квартиру, купленную им через подставное лицо несколько лет назад. Лаз был узким, но для его тщедушного тела — в самый раз. Там, в соседней квартире, он хранил запасной комплект одежды, деньги, документы и мотоциклетный шлем. В подземном гараже стоял мотоцикл, зарегистрированный на другого человека.

Он встал с кресла. Колени слегка дрожали от напряжения и адреналина. Он попытался сделать несколько шагов. Ноги были ватными. Он весил всего пятьдесят шесть килограммов, но и это тело казалось ему неподъёмным.

— Соберись, тряпка, — процедил он сквозь зубы.

На экранах снова началось движение. Спецназ пошёл на второй штурм, но теперь они были экипированы серьёзнее. Он увидел, как один из бойцов несёт на плече какое-то устройство, похожее на гранатомёт. Скорее всего, это был заряд для вышибания дверей. Или хуже — для пробития стен.

Времени почти не оставалось. Часы на стене показывали, что прошло пятнадцать минут с момента рокового предупреждения.

Он бросился к своей нише, раскидывая коробки и провода. Его сердце бешено колотилось. В голове, как навязчивый мотив, крутилась мысль: «Они знают. Они знают про лаз. Они всё знают».

Он отодвинул фанерный щит, замаскированный под шкаф с инструментами. За ним был узкий проём, ведущий в темноту. Он юркнул внутрь, проклиная свою неспортивную форму. Дышать было трудно, плечи застревали. Он прополз несколько метров на четвереньках, обдирая локти.

Наконец, он оказался в соседней квартире. Здесь было темно и пахло пылью. Он не стал включать свет. Он знал здесь каждый угол. Схватив с полки заранее приготовленную куртку и рюкзак, он начал одеваться поверх своей футболки. В рюкзаке были деньги, паспорт и ключи от мотоцикла.

Внезапно пол под ним содрогнулся. Где-то внизу раздался мощный взрыв. Это они взорвали дверь. Или подъезд.

Пора было уходить.

Дмитрий рванулся к выходу из квартиры, к лестничной клетке. Но его рука замерла на дверной ручке. Он посмотрел в глазок. На площадке стояли двое бойцов. Они не штурмовали его квартиру. Они охраняли выход из соседней. Их стволы были направлены прямо на его дверь.

Всё было кончено? Нет. Он вернулся в квартиру и бросился к окну. Оно выходило во внутренний двор, не на ту сторону, где был парадный вход. Дмитрий осторожно выглянул из-за шторы. Во дворе стоял один из их чёрных внедорожников, и возле него прохаживался ещё один боец с автоматом.

Он был окружён. Они знали о его лазе. Они знали о его мотоцикле. Они знали о нём всё. «РусТехПром» не экономил на разведке. Его досье было толщиной с медицинскую карту.

Тогда Дмитрий понял. Это конец. Его великолепный план провалился. Он — не герой боевика, у которого в рукаве всегда припасён козырь. Он — жалкий, загнанный в угол человек с кучей игрушек, который слишком много о себе возомнил.

Он сел на пол в тёмной пустой квартире, прислонившись спиной к холодной стене. Адреналин схлынул, оставив после себя опустошение и усталость. Он закрыл глаза. Можно сдаться. Выйти с поднятыми руками. Они, возможно, сохранят ему жизнь. Посадят в яму, будут пытать, вытягивать информацию. А потом ликвидируют, как только он перестанет быть нужным.

Нет.

Что-то внутри него, какой-то древний, инстинктивный огонёк, заставил его вскочить на ноги. Он не зря называл себя Призраком. Призрак не сдаётся. Призрак исчезает.

Он отбросил рюкзак и скинул куртку. Он вернулся в свою квартиру через лаз так же быстро, как ушёл.

На главном мониторе мигали строки логов. Спецназ вскрывал его входную дверь. Ещё минута, и они будут внутри.

— Ну что ж, — сказал Дмитрий, усаживаясь в кресло. Его пальцы снова обрели твёрдость. — Раз вы пришли за Призраком, вы его получите.

Он открыл программу управления «Малышом». Робот-пылесос, затаившийся под диваном в прихожей, зажужжал, готовый к атаке.

Дмитрий улыбнулся. Его лицо, освещённое светом мониторов, было похоже на ухмыляющийся череп.

— Это мой дом, ублюдки. И я здесь не просто так жил. Я здесь оборонялся.

Глава 2. Танец пыли и тока

Дверь содрогнулась. Глухой, металлический удар прокатился по квартире, заставив задребезжать стёкла в шкафах и задрожать провода под потолком. Дмитрий смотрел на главный монитор, где в режиме реального времени транслировалась картинка с миниатюрной камеры, вмонтированной в дверной глазок. Изображение дёргалось от каждого нового удара. Он видел, как четверо бойцов в чёрной экипировке, ощетинившись стволами, готовятся зайти внутрь. Тот, что стоял впереди, держал в руках компактный гидравлический разжим, похожий на металлическую клешню рака. Ещё двое прикрывали его с флангов, а четвёртый, чуть поодаль, манипулировал наладонным компьютером, вероятно, пытаясь взломать или отключить систему умного дома.

— Ну давай, ломай, — прошептал Дмитрий, не сводя глаз с экрана. — Только не подавись.

Он знал, что их попытки бесполезны. Вся электроника квартиры была завязана на изолированный сервер, который он сам собрал и запрограммировал. Он не доверял облачным сервисам и уж тем более стандартным протоколам. Здесь всё было зашито намертво, с многоуровневым шифрованием и автономным питанием. Чтобы отключить его систему извне, им пришлось бы обесточить половину города, а он уже позаботился о том, чтобы этого не случилось.

Раздался ещё один удар, сильнее прежнего. Стальные «веки», выдвинутые из пазов дверной коробки, держались, но Дмитрий слышал, как жалобно заскрипел металл. Гидравлика против легированной стали — это была битва титанов, и исход её был предрешён. Он не обманывал себя: дверь падёт в ближайшие минуты. Нужно было встречать гостей.

Палец нажал на клавишу. «Малыш» проснулся.

Под диваном в прихожей что-то зашуршало, зажужжало, и из темноты выкатился небольшой круглый робот-пылесос. Внешне он почти не отличался от тысяч своих собратьев, трудящихся в квартирах по всему миру, но его начинка была далека от мирной. Дмитрий сам перепаял платы, заменил аккумулятор на более ёмкий, а в носовую часть встроил два оголённых медных контакта, способных выдавать разряд до пятидесяти тысяч вольт. На верхней панели, под декоративной крышкой, скрывался резервуар с капсаициновой смесью и миниатюрный распылитель. «Малыш» был его первым эшелоном обороны.

Робот выехал на середину прихожей и замер, тихо гудя. Его единственный глаз-камера смотрел прямо на дверь. Дмитрий переключил управление в ручной режим, переводя взгляд на соседний монитор, где транслировалась картинка с камеры «Малыша». Качество было отвратительным, но этого хватало, чтобы видеть, как дверная рама начала деформироваться.

— Ты готов? — прошептал он, словно обращаясь к роботу. — Сейчас начнётся.

Он активировал «Дискотеку» в самой квартире, но не стал включать её на полную мощность. Сначала он хотел ослепить противника, а затем использовать световые вспышки как отвлекающий манёвр. Он настроил систему так, чтобы светодиодные панели над входом мигали с частотой восемь герц — достаточно, чтобы вызвать головокружение, но не судороги. Ему нужно было, чтобы враги оставались в сознании, но потеряли координацию.