Капитан М. – Дефектоскопист (страница 5)

И теперь он собирался её уничтожить. Но не так, как хотели они.

— Красиво, — сказал Родион, подходя к Андрею. — Впечатляет.

— Это только верхушка, — ответил Андрей. — Самое интересное — внутри.

Он посмотрел на Родиона и добавил:

— Вы знаете, что находится в резервуаре номер четыре?

— Нефть, — ответил Родион.

— Не только. Там смесь нефти и попутного газа. Если поставить заряд неправильно, газ воспламенится, и взрыв будет таким, что от станции ничего не останется. А если правильно — то взрыв будет направленным. Он уничтожит оборудование, но не заденет резервуары. И тогда станция просто остановится. На несколько месяцев. Может быть, на год.

Родион слушал внимательно. Он не перебивал. Он смотрел на Андрея и, казалось, взвешивал каждое слово.

— А зачем нам это? — спросил он. — Мы хотим, чтобы станция была уничтожена.

— Уничтожена — да, — ответил Андрей. — Но не стёрта с лица земли. Вы же не хотите, чтобы погибли люди. Вы не хотите, чтобы нефть залила тундру. Вы хотите, чтобы станция перестала работать. Чтобы компания понесла убытки. Чтобы экология не пострадала. Я могу сделать это. Я знаю, как.

Он говорил уверенно, хотя внутри у него всё дрожало. Он не знал, поверит ли Родион. Он не знал, сработает ли его план. Но он знал одно: пока он говорит, пока он объясняет, пока он демонстрирует свою полезность — он жив. А значит, у него есть время.

А время было его единственным союзником.

Они подошли к воротам станции. Здесь тоже стояли охранники — на этот раз двое, в чёрной одежде, с автоматами. Они пропустили Родиона без вопросов. Андрей вошёл на территорию станции и почувствовал, как всё внутри сжимается. Здесь он провёл тысячи часов. Здесь он знал каждый угол, каждый вентиль, каждый метр трубы.

И здесь он собирался устроить ад.

— Показывай, — сказал Родион.

Андрей кивнул и зашагал вперёд. Он знал, что первым делом нужно сделать — отвлечь их внимание. Создать иллюзию, что он помогает. А потом — действовать.

Он подошёл к распределительному узлу и положил руку на вентиль. Металл был холодным, как лёд. Но под пальцами Андрей чувствовал жизнь. Давление. Движение. Систему, которая ждала его команды.

— Вот здесь, — сказал он, указывая на трубу. — Здесь нужно ставить первый заряд.

Он соврал. Он знал, что здесь заряд ставить нельзя. Здесь давление было слишком высоким, и взрыв мог пойти в обратную сторону. Но он также знал, что если они поставят заряд здесь, у него будет время. Время, чтобы сделать то, что он задумал.

Родион посмотрел на трубу. Потом на Андрея. И кивнул.

— Хорошо. Кирилл, ставь.

Кирилл подошёл и начал устанавливать заряд. Андрей смотрел на это и думал о том, что через несколько минут всё начнётся. Через несколько минут он перестанет быть пленником. Через несколько минут он станет тем, кем никогда не думал стать.

Он станет охотником.Кирилл присел на корточки возле трубы и принялся возиться с зарядом. Андрей наблюдал за ним краем глаза, отмечая каждое движение. Пластичное взрывчатое вещество, похожее на серый пластилин, детонатор с проводом, небольшая коробочка с мигающим красным светодиодом — таймер. Всё это Кирилл делал быстро и уверенно, как человек, который не в первый раз держит в руках подобные вещи.

— Сколько времени ставить? — спросил Кирилл, не оборачиваясь.

Родион посмотрел на Андрея.

— Ты лучше знаешь. Сколько?

Андрей сделал вид, что задумался. На самом деле он уже давно всё рассчитал — ещё тогда, когда шёл по коридору административного корпуса, ещё тогда, когда паника только начинала подниматься из глубины живота. Он знал, что если поставить таймер на двадцать минут, то у него будет ровно двадцать минут, чтобы сделать то, что он задумал. Двадцать минут — это много. Двадцать минут — это целая жизнь.

— Тридцать минут, — сказал он. — Если меньше, мы не успеем уйти на безопасное расстояние. Если больше — можем не успеть до рассвета.

Родион кивнул.

— Ставь на тридцать.

Кирилл повернул регулятор на коробочке. Красный светодиод мигнул и начал отсчитывать время. Тридцать минут. Андрей мысленно отметил это и перевёл взгляд на станцию. Теперь ему нужно было действовать быстро, но осторожно. Одно неверное движение — и всё пропадёт.

— Что дальше? — спросил Родион.

— Дальше — второй заряд, — ответил Андрей. — Он должен быть на другом конце станции, чтобы взрыв пошёл по касательной. Если поставить оба заряда рядом, они просто сомнут трубу. Нужно, чтобы ударная волна прошла через всю систему.

Он говорил это спокойно, уверенно, как человек, который точно знает, что делает. И в этом была его сила. Террористы не знали станцию. Они не знали, как она устроена. Они видели только трубы и резервуары, а Андрей видел систему. Систему, которую он мог повернуть против них.

— Веди, — сказал Родион.

Андрей зашагал вглубь станции. Он шёл между резервуарами, мимо насосных агрегатов, мимо теплообменников, которые гудели и выбрасывали в морозный воздух облачка пара. Здесь было теплее, чем на улице, но всё равно холодно. Металл отзывался на каждый шаг глухим гулом, и этот гул отдавался в костях Андрея.

Он остановился возле узла, где сходились несколько труб. Здесь было самое высокое давление в системе. Здесь металл работал на пределе. Здесь любая ошибка могла привести к катастрофе. И Андрей знал это лучше, чем кто-либо другой.

— Вот здесь, — сказал он, указывая на фланец. — Здесь ставим второй заряд.

Кирилл снова принялся за работу. Андрей смотрел на него и краем глаза следил за остальными. Родион стоял в стороне, скрестив руки на груди. Двое охранников — те, что шли с ними от посёлка — отошли на несколько метров и о чём-то переговаривались. Они не смотрели на Андрея. Они смотрели на станцию, на огни, на факелы, которые горели ровным пламенем.

Это был его шанс. Маленький, почти незаметный, но шанс.

Андрей сделал шаг назад, потом ещё один. Он двигался медленно, словно разминая ноги. Никто не обратил на это внимания. Кирилл был занят зарядом. Родион смотрел на Кирилла. Охранники смотрели на станцию.

Андрей сделал ещё один шаг. И ещё один. Он подошёл к небольшому распределительному щиту, который стоял у стены. На щите были манометры, датчики и задвижки. Обычное оборудование, которое никто не замечает, пока оно работает. Андрей положил руку на одну из задвижек. Металл был холодным, но под пальцами он чувствовал движение. Давление. Жизнь.

Он повернул задвижку на четверть оборота. Ничего не произошло. Пока ничего. Но он знал, что через несколько минут система почувствует это. Давление в одном из участков начнёт расти. Медленно, почти незаметно. Но оно будет расти.

— Готово, — сказал Кирилл, поднимаясь. — Второй заряд на месте.

Андрей убрал руку с задвижки и повернулся. Лицо у него было спокойным, хотя сердце колотилось где-то в горле.

— Хорошо, — сказал он. — Теперь третий. Он должен быть в насосной.

Он направился к насосной станции. Это было большое здание с высокими потолками, внутри которого стояли насосные агрегаты. Андрей знал здесь каждый угол. Знал, где находятся аварийные клапаны, знал, где проходит система пожаротушения, знал, где можно создать избыточное давление, а где — нет.

Он вошёл в насосную и остановился. Здесь было шумно. Насосы работали, гнали нефть по трубам, и от этого шума закладывало уши. Но Андрей привык к этому шуму. Он слышал его каждый день. И сейчас он использовал этот шум как прикрытие.

— Здесь, — сказал он, указывая на основание одного из насосов. — Ставьте под ним. Тогда ударная волна пойдёт вверх и разрушит перекрытия.

Это была ложь. Если поставить заряд здесь, взрыв уничтожит насос, но не перекрытия. Он просто отключит один агрегат, и система продолжит работать на остальных. Но Андрей знал, что террористы этого не поймут. Они не знают, как устроена насосная. Они просто верят ему.

Кирилл снова принялся за работу. И снова Андрей отошёл в сторону. На этот раз он подошёл к панели управления. Здесь были кнопки, тумблеры, датчики. Обычная панель, которая управляла насосами. Андрей знал, что если нажать определённую комбинацию, можно отключить один из агрегатов. Или изменить режим работы системы. Или создать скачок давления.

Он нажал три кнопки. На панели мигнул зелёный индикатор. Где-то в глубине системы что-то изменилось. Давление в одном из участков поднялось ещё немного. Андрей посмотрел на манометр и удовлетворённо отметил, что стрелка сдвинулась вправо.

— Готово, — сказал Кирилл.

— Хорошо, — ответил Андрей. — Осталось два заряда. Один — на выходе из станции. Второй — в диспетчерской.

Он вышел из насосной и зашагал к выходу. Теперь ему нужно было время. Ещё немного времени. Ещё несколько минут, чтобы система вышла из равновесия.

Они подошли к выходу из станции. Здесь труба выходила наружу и уходила на юг, к нефтеперегонному заводу. Андрей остановился возле вентиля и положил на него руку. Этот вентиль он знал особенно хорошо. Именно его он проверял в первую неделю своей вахты. Именно на этом участке он нашёл небольшой дефект, который должен был устранить на следующей неделе.

— Здесь, — сказал он. — Здесь ставим четвёртый заряд.

Кирилл подошёл и начал устанавливать взрывчатку. Андрей смотрел на него и краем глаза следил за манометром, который был вмонтирован в трубу чуть выше. Стрелка дрожала. Давление росло. Медленно, но росло.