Канира – Новая Переменная (страница 53)

Бог Смерти был фигурой, которой не молились и не возводили храмов. О нет.

Его боялись и страшились, ведь он был страшен. Это вам не какой-нибудь Бог Любви. Тут другая тема: смерть была сакральной в этом мире, и чистый мир был вотчиной Шинигами. Откуда Узумаки узнали о Боге Смерти? Сам появился, когда умер первый Узумаки. Тот лично забрал его душу в чистый мир, ну, по крайней мере, так написали. С чего такая честь — не было понятно, но поверить можно, хоть и с трудом.

Маска, что была показана в первоисточнике, не давала мне каких-либо объяснений. Храм был, и я даже посещал его, но никаких масок я там не видел. Этот секрет был довольно важен, как мне казалось, и я не думаю, что маску, что могла управлять самой Смертью, могли просто держать у всех на виду. Скорее, я поверю, что маска хранится у главной семьи, и те используют её как последнее оружие судного дня. В свитках также не было упоминаний о маске.

Так и повелось, что Узумаки, одарённые личным присутствием Шинигами, могли вызывать его печатями и использовать как последний довод при борьбе с врагом. Тецуя, что потерял своего сына, не видел смысла в жизни и горел местью. Паршиво использовать человека, но с волками жить — по-волчьи выть. Техника была передана, и теперь он может отомстить.

Я знал все печати для техники. Шики Фуджин — запечатывающая техника, разработанная кланом Узумаки, которая позволяет призвать на помощь силу Шинигами. Обучение этой технике не каралось, но никто в здравом уме не стал бы вызывать Шинигами просто так. Распространение техники вне клана каралось жёстко, но обучению соклановцев никто не противился. Хоть и никто этим не помышлял, ведь уровень такой техники был очень высок, а безумцев никто определить не мог. Странные законы были насчёт этой техники, не до конца понятные, но другого выхода я не видел.

Чтобы убить этого монстра, нужно обладать очень большой силой. Думается мне, чтобы отправить биджу на перерождение, надо либо убивать джинчурики, в которых биджу запечатан, либо иметь силу Хаширамы и Мадары. Таковых здесь не было.

Все понимали, что это билет в один конец. У Шинигами всё просто: вызываешь? Значит, хочешь в иной мир. А что за иной мир? Загробный. Призыватель умирает, а Шинигами исполняет его последнюю волю и запечатывает врага в призывателя, и вместе с ними они попадают в желудок Бога Смерти, откуда не выбраться без маски, хотя про маску не было слов в технике, но это я уже знал сам. Никаких чудес — это было запечатывание. Ну что ещё ожидать от Бога — покровителя Узумаки?

Рёв я услышал издалека, а печати начали складывать одновременно десяток вместе со мной. Техника, которой меня научил старик.

— Фуиндзюцу: Барьер Узумаки!

Огромная золотая клетка захлопнулась вокруг демона, что бесновался и не прекращал вызывать огонь вокруг. Барьер был многократно сильнее по сравнению с тем, что использовали в первый раз, и биджудама не смогла пробить его. Хоть и тряхнула знатно. Чувствовалось, внутри было очень жарко. Температура вне барьера в виде куба была очень высокой, словно в пустыне. Но все не обращали на это внимания. Чакра текла, словно через дырки, а сдерживать этого Лиса было всё труднее и труднее. Что за монстр, и как Мадара смог эту махину покорить? Всё дело в силе управления посредством Мангекьё, или любой другой обладатель таких же глазок мог сделать из биджу зверюшку?

Тецуя, красноволосый молодой мужчина, чьи зелёные глаза горели ненавистью, закончил складывать печати. Пропустив его в барьер и окружив его изнутри таким же барьером, мы дали ему время. Мы не видели Шинигами, так как его видели лишь те, кто близок к смерти, или сам призыватель, но почувствовать его присутствие и смутный силуэт могли все.

Это было словно холодный ветер в жаркой пустыне. Словно у затылка был приставлен клинок, который в любой момент мог пронзить твой мозг. Смерть была рядом, и Узумаки приветствовали покровителя знаками, которые не несли какого-либо практического смысла. Вера. Одна лишь вера и доказательство, когда Лис взревел больным голосом.

Его будто разрывали на части, и, когда фигура огромной махины потекла красным светом в сторону Тецуи, я понял, что это конец. Барьер исчез. Запечатывание прошло успешно, и, когда Лис исчез полностью, Тецуя ещё стоял минуты три, пока к нему не подошла Акая. Я не стал подходить, понимая, что для меня это незнакомый парень, который пожертвовал своей жизнью ради мести.

Он пал замертво неожиданно и быстро, словно нитки у марионетки оборвали. Я отпустил технику и лишь молчал, как и все вокруг. Золотые частицы барьера падали на наши головы, но мы молчали. Не было криков радости или празднования. Сегодня клан лишился героя и сотни своих друзей и родных.

Сегодня день лишений.

— Это было опрометчиво, Оками.

— Я знаю, Глава, но выбора не было.

— Выбор есть всегда. — Тебе-то легко говорить. Был бы там — никто бы не умер. Но мои мысли остались при мне. Они были глупы и беспочвенны. Потери стольких людей сказались на мне не лучшим образом.

Я стоял перед самим Ашиной. Глава клана не был в гневе, скорее задумчив.

— Ты наказан. — Его голос прозвучал тихо. — Отныне ни шагу из клана, пока не получишь моё разрешение. Ты понял?

— Да, Глава. — Поклонившись, он меня отпустил.

Прошёл месяц с тех самых событий. Старик и прибывший настоящий командир центра были в ужасе, когда узнали, что случилось. Дедушка не обвинял меня, но сетовал, что можно было найти другой выход. Я же лишь молчал и думал.

Очень много думал. Какая реакция будет у тех, кто натравил на нас Лиса? Что они задумывали и какие последствия будут?

**Взгляд со стороны**

— Старший Брат, похоже, часть от Десятихвостого запечатали.

— Я знаю, знаю. — В пустоте, в чёрном пространстве, сидели в воздухе два брата, что давно ушли из физического мира и следили из-под кромки. — Этот пришлый действует опрометчиво, но он — кровь от крови моего сына. На этот раз я прощу этого отрока. Кураму можно легко вытащить, но пусть побудет там до предстоящих событий. Ничего не изменится. А этой маленькой лисе будет уроком.

— Ты всё же не хочешь отходить от своего плана, Брат?

— Никогда. Это единственный шанс противостоять гостям из звёзд.

Глава 24

— Раздумывая над этим экспериментом, меня не покидает ощущение, сын, что ты пытаешься просто свести себя с ума. Этот способ ведь может повредить твой разум и оставить тебя навсегда в ловушке, ты ведь понимаешь?

— Я всё понимаю, мама, но это единственный вариант. И ты меня не отговоришь от использования этой техники. Ты должна мне в этом помочь, без тебя не получится сотворить технику. Мне нужен наблюдатель и управляющий, иначе…

— Ох, и чья сторона решила передать в наследство тебе такой характер?

— Обе.

Время, словно нить, что связывает события всего сущего, шло своим чрезмерно быстрым темпом. Дни складывались в недели, а те — в месяцы. Месяцы, словно морской ветер, гнали сезоны и складывались в годы. Для шиноби годы войны были полны крови и потерь. Годы, что уносили по всему миру сотни тысяч жизней шиноби, которые больше никогда не обагрят кровью своих врагов клинки.

— Эй-эй, Эна, ты слышала новость, что в клан возвращается Охотник? — Новость была очень важной для прожжённых сплетниц, и разговор проходил в особом месте — в чайной в центре, где собирались лучшие сплетницы клана. Острый слух шиноби улавливал всё в помещении, в котором сидели шиноби и простые люди, участники, в число которых входил этот разговор.

— Не может быть, сам Охотник?! О Ками-сама, он же такой горячий! Я никогда не смогу себе позволить хотя бы пальцем прикоснуться к этому парню. Ох-х, будь я моложе лет на двадцать…

— Забудь-забудь, — раздался третий голос за столом. — Принцесса скорее отречётся от титула, чем позволит этому парню общаться с кем-либо, кроме неё. Вы же знаете, какая она ревнивица.

— Эх-х, как жаль. А ведь говорят, что он так красив, что сразил наповал саму главу клана куноичи из клана Онто. Говорят, они выбирают себе в мужья самых красивых и сильных шиноби.

— Ой, никто его не видел, Эна, о чём ты? Может, он какой-нибудь уродец…

Слушая пустой трёп трёх женщин слегка за сорок, я испытывал стыд от всех этих разговоров, но пирожки сами себя не съедят, а эти пирожки были слишком вкусны, и я давно хотел вновь их поесть. Всё же уже два месяца не был в клане. Моя шляпа закрывала лицо, но старик, похоже, понял, кто я, и теперь подмигивал мне и показывал большой палец вверх, когда слышал все эти разговоры. Ох, уж эти слухи! И вообще, та дамочка просто попросила спарринг, не объясняя всей подноготной, а то, что она проиграла и теперь хотела меня себе в мужья, вообще ни в какие ворота. Наглость, которую я не стал терпеть и свалил в закат.

Вот уже пять лет прошло с начала войны, и скоро мой день рождения. Восемнадцать лет в мире шиноби, Наруто которого никогда не будет. Учитывая, что его дружка запечатали, история этого мира пойдёт теперь совсем по другим рельсам, искренне на это надеюсь. Целых пять лет, которые пролетели, словно миг. Занимаясь одним и тем же делом, словно обыденностью, время для меня смазалось, и я даже не понял, как уже восемнадцать лет копчу эту землю. Эпоха воюющих кланов не собирается заканчиваться и не закончится в ближайшее время, а я стал её самым кровавым участником. Забрал сотни жизней во благо клана.