Калья Рид – Разгадка (страница 54)

Я положила руку ему на локоть.

– Ты всегда говорил мне, что я должна мечтать, должна хотеть чего-то за пределами Маклина. Вот я и захотела. А теперь я уезжаю отсюда, а ты…

Он вскинул подбородок и посмотрел мне прямо в глаза.

– Что я?

– Ты как будто злишься, – сказала я очень тихо.

– Нет, мне просто грустно. Я вернулся домой навсегда, а ты уезжаешь.

Не происходи это со мной, я бы рассмеялась над его иронией, но я могла лишь дышать, превозмогая боль, зная, что весь мир ополчился против нас. Я даже подумала, что у нас, скорее всего, никогда не возникнет идеальной возможности быть вместе.

– Я всегда знал, что рано или поздно ты уедешь отсюда. Просто не ожидал, что это произойдет сейчас.

До того, как он пришел сюда, я собиралась сообщить ему, насколько я зла. Я собиралась орать на него. И где же этот мой гнев?

– Я оставалась здесь все это время. Что мешало тебе вернуться домой?

– Тебе было семнадцать!

– И?

Он наклонил голову.

– Ты просто…

Я попятилась.

– Клянусь Богом, только попробуй произнести слово «малышка», и я за себя не ручаюсь! – крикнула я. – Ты прекрасно знаешь, что мы оба взрослые. Разница в возрасте уже не так велика. Ты знал это в прошлом году и знал это несколько лет назад, когда поцеловал меня!

Он с вызовом расправил плечи и сердито поджал губы. Было видно, что ему хотелось поспорить со мной. Но вместо того, чтобы крикнуть и выпустить на волю правду, он отступил назад, на шаг, потом еще на один.

– Я не собираюсь стоять здесь и спорить с тобой, – наконец сказал он.

– Ты уходишь? – бросила я ему вслед.

– Лучше уйти, чем это! – крикнул он через плечо.

– Я когда-то давно сказала тебе, что люблю тебя. И до сих пор люблю.

Он остановился и повернул голову ко мне. Я нервно облизала губы.

– Ты уходишь потому, что сердит на меня, или потому, что тебя пугает то, что ты чувствуешь?

Он застыл, упершись руками в бока и вздернув подбородок. Он смотрел на все что угодно, только не на меня.

– Наоми…

– Ну так как? – упорствовала я.

Я стояла, сжав кулаки, и ждала, когда он ответит на мой вопрос. Я сказала ему правду давным-давно. И заслужила знать ответную правду. Я заслужила, чтобы он честно смотрел мне в глаза, когда, наконец, скажет ее.

Шли секунды. Для меня они растянулись на годы. А затем его карие глаза встретились с моими.

– Ты любишь меня? – спросила я.

Лахлан застыл, не говоря ни слова. От страха мое сердце колотилось в груди как бешеное.

И он шагнул. Сделал шаг, которого я ждала многие годы. Шаг за шагом он сокращал расстояние между нами и, когда, наконец, очутился рядом, взял мое лицо в свои ладони. Его губы коснулись моих.

Вы знаете этот поцелуй? Тот, который забирает всю вашу боль, страх, неуверенность, печаль и уничтожает их в считаные секунды? Поцелуй, который возвращает вас к жизни?

Это был тот самый поцелуй.

Я приподнялась на цыпочки. Схватила его за футболку и обняла за шею. Он повел меня назад, пока я не оказалась спиной у дерева. Я тотчас забыла об окружающем нас мире. Все вокруг исчезло, остались только он и я.

Наши руки одновременно потянулись к одежде друг друга – быстрыми, нетерпеливыми рывками. Он возился с пуговицами на моем платье, расстегивая его от горла до самого низа. Наконец последняя пуговица расстегнулась, и его палец коснулся моего живота. Платье разошлось, обнажив светлый розовый бюстгальтер. По моей коже пробегала щекотка. Я жаждала прикосновений. Я схватила его за футболку. Он послушно поднял руки, и футболка скользнула вверх и через голову. Мы не стали обниматься, а застыли, пожирая друг друга глазами. Я ждала этого момента многие годы, и, наконец, он настал. Мой взгляд заскользил по телу Лахлана.

По гладкой коже его груди. Его пресс напрягся, с каждым вздохом становясь более рельефным. Я посмотрела на мышцы внизу его живота, те, что похожи на перевернутый треугольник. Мой мозг тут же пошел вразнос, пальцы невольно сжались в кулаки.

Дрожащими руками я потянулась к застежке лифчика. Одно движение – и кружевные чашечки разошлись, повиснув у меня по бокам.

Я застыла неподвижно, давая ему время рассмотреть меня. Так же, как я рассматривала его.

Я смотрела на него, чувствуя, как бешено бьется мое сердце. Его взгляд был не просто пристальным. Он был почти что голодным. И я поняла: я не единственная, кто ждал этого момента.

Тихо выругавшись, он буквально врезался в меня. От соприкосновения наших тел я едва не задохнулась. Его губы скользнули к моим губам. Я откинула голову назад, мои пальцы впились ему в плечи.

Его руки скользили по моей коже, его губы следовали за ними. Я почувствовала его теплое дыхание на моей груди, ощутила, как его язык коснулся моего соска.

– Продолжай! – взмолилась я.

Никогда еще я не чувствовала в своем теле такого жара. Казалось, еще пара секунд, и я воспламенюсь. Я хотела, чтобы это длилось вечно.

Одна его рука скользнула в мои волосы. Другая собрала мое платье и, закрутив подол вокруг талии, легла на мои ягодицы. Он прижал меня к себе, и я ощутила твердость его члена.

Судорожно дыша через нос, я провела пальцами по напрягшимся мышцам его живота.

Лахлан сквозь зубы втянул в себя воздух и прижался лбом к моему лбу. Я тем временем расстегивала его джинсы. Мои большие пальцы скользнули за ткань его «боксеров». Мои руки дрожали, я тяжело дышала. Я была готова увидеть и ощутить его. И в этот момент Лахлан дернулся, словно ему на голову вылили ведро холодной воды. Он стоял, тяжело дыша, джинсы повисли на бедрах, грозя в любую секунду свалиться. Я знала, что выгляжу не лучше. Волосы всклокочены, губы в синяках от поцелуев. Одной рукой я держала подол платья.

– Только не здесь, – хрипло произнес он.

– Почему нет? – прошептала я.

Его глаза все еще горели яростным желанием, но он окинул меня взглядом и немного остыл.

– Ты Наоми, – сказал он, словно это все объясняло.

– Мне все равно, где мы это делаем, – заявила я.

Так оно и было. На полу, на кровати или даже прижавшись к дереву. Неважно где, просто я нуждалась в нем, в его прикосновениях, его объятиях.

В эти мгновения для меня существовала только любовь. Я не замечала боли, зато мой голод был поистине ненасытен.

– Прикоснись ко мне прямо сейчас, – прошептала я, убирая руку от платья. Оно соскользнуло с моих плеч. Соски мгновенно затвердели. Тело покрылось гусиной кожей.

Лахлан приоткрыл рот, но не издал ни звука. Он шагнул ко мне прежде, чем последнее слово сорвалось с моих губ. Его руки скользнули за мою спину и оторвали меня от земли.

– Обхвати меня ногами, – сказал он.

Я нетерпеливо обвила его ногами.

– Но ведь на мне трусы, – запротестовала я.

Я схватилась за резинку, намереваясь стянуть их вниз, но он опередил меня. Тонкая ткань разорвалась и упала на землю. Затаив дыхание, я наблюдала, как он вытащил из заднего кармана бумажник и достал из него маленький квадратный пакетик. Бумажник упал в траву. Лахлан спустил «боксеры». Его член, твердый как камень, был всего в нескольких дюймах от моих бедер. Дрожа всем телом, я смотрела, как он надевал презерватив. Его движения были медленными, и, клянусь, он делал это нарочно, чтобы я могла все хорошенько рассмотреть. Я хотела потрогать его, кожа выглядела такой соблазнительно гладкой и шелковистой. Я протянула руку. Но Лахлан ее перехватил. Нежно, но крепко взяв мое запястье, он посмотрел на меня, и его губы изогнулись в лукавой улыбке.

Я подняла ноги. Его член коснулся внутренней поверхности моих бедер.

Лукавая улыбка исчезла.

Он медленно вошел в меня. Чтобы я прочувствовала каждый дюйм. Мой рот приоткрылся. Веки отяжелели. Это было божественно.

Я ждала, когда Лахлан начнет двигаться, но он замер. Взяв меня за подбородок, он заставил меня посмотреть на него. И я поняла: он хочет наблюдать за мной. Хочет увидеть мою реакцию, когда он сделает первое движение внутри меня.

– Двигайся, – выдохнула я. – Ты должен двигаться.

Я думала, что он заставит меня умолять. И, честно говоря, была к этому готова. Ради Лахлана я была готова на все что угодно.