К.О.В.Ш. – Обещанная богу солнца (страница 43)

Энеида замолчала, глядя в потолок. Все ее тело болело, напоминая о том, как Демедий набросился на нее. Он выхватил нож, который всегда носил при себе, и стал беспорядочно им размахивать.

– Мне было так страшно и так больно, – расплакалась Эни. – Везде была моя кровь, а Демедий не унимался. Я… я не думала, что он может быть таким. Диана, я ведь боготворила его. Мне кажется, он думал, что убил меня, когда я упала и потеряла сознание. И только поэтому я еще жива.

Диана не знала, что и сказать. Она гладила щеки Эни, утирая ее слезы, жалея ее всей душой. Она смотрела на бинты на ее тонких руках и сама была готова расплакаться.

– Боги, если бы я не отозвала Гнурра, если бы не доверилась Аврелиям… Диана, если бы я была хоть вполовину такой же умной, как ты или мама.

– Эни, ты…

– Не утешай меня, я этого не заслужила. Лучше расскажи, что случилось? Сколько я спала?

Диана пересказала Эни все, что произошло, не умолчав и об убийстве Гнурра.

– Боги, какой кошмар! Наверное, Демедий решил улизнуть через мой балкон – у меня под кроватью лежит веревка. А стража Цезария знает про визиты Демедия. Никто бы ничего не сказал.

– Они спешно покинули виллу после того, как Маркуса ранили. И он тоже до сих пор молчит.

– Надеется, что я мертва. Боится запятнать свое имя. Трус Цезарий, – ехидно прохрипела Эни. – Значит, Демедий собирался сбежать, услышал шаги Гнурра, притаился и убил его?

– Все так. Рядом с телом Гнурра валялась ваза – она вся была в крови.

Диана устало потерла виски – переварить это было тяжело. Во всем, что с ней случилось, Эни была виновата сама, потому что доверилась не тому человеку. Но сказать об этом сейчас Диана бы не смогла. Эни уже заплатила за свои ошибки собственной кровью.

А еще Диана жалела, что никогда не думала о чувствах сестры. Может, будь она добрее и внимательнее к ней, все сложилось бы иначе. Если бы они доверяли друг другу, если бы…

– Диана, мне нет прощения, мама и ты никогда этого не забудете. Какой позор. Я такая глупая… я должна уехать…

– Эни, мы во всем разберемся, – перебила Диана. – Я не злюсь, и Талия тоже тебя простит. Главное, что ты пережила эту страшную ночь.

Энеида закрыла глаза и очень долго молчала. Диане уже стало казаться, что она уснула, но тут Эни слабо пошевелила рукой, находя ладонь Дианы, и едва ощутимо сжала ее пальцы.

– Думаешь, мне есть прощение? – робко спросила она, не решаясь посмотреть на сестру.

– Ты раскаиваешься. Это уже шаг к спасению.

– Почему я не такая, как мама? Она всего за неделю обольстила Тиберия, так и не родила ему ребенка, а все равно все контролирует.

– Отец ее полюбил, – пожала плечами Диана. – Им повезло.

– Не смеши меня, Диана, – горько усмехнулась Эни. – Им не повезло, это все ум моей мамы. Она месяц готовила сценарий, по шагам продумывая, как соблазнит Тиберия. Он купился на ее ухищрения, а еще знал, что она тоже выгодная партия, – у нас есть влиятельные родственники в Риме. Не думаю, что у них любовь. Я видела, как твой отец обнимает служанку втайне от мамы. Все мужчины одинаковые… И почему я спорила с мамой?

– Потому что ты – не она! Тебе не обязательно быть как она или кто-то еще, Эни, – вспыхнула Диана. – Пусть они живут как хотят, а мы возьмем судьбу в свои руки! Мы со всем справимся!

Диана прикусила язык, осознав, что говорит словами Кая. Она стала мыслить, как он! Ее речи, ее мысли… она больше не уповала на волю богов.

Она вдруг вспомнила ночное видение, как Аполлон сказал, что она предала его. Значит ли это, что теперь он будет глух к ее молитвам? Станет ли помогать ей или отринет, потому что она теперь недостойна его тепла?

Диана с ужасом поняла, что ей плевать, стерпят ли боги ее дерзость или обрушат новые беды на голову. Она верила в то, что сказала Эни, – ее жизнь в ее руках, и, если боги не согласны, она будет бороться за жизнь даже с ними.

– Ты стала какой-то другой, Диана, – улыбнулась Эни. – Мне так нравится больше.

Диана покраснела и посмотрела на нее, впервые в жизни по-настоящему поверив в то, что они сестры.

– Ты тоже стала другой, Эни, – искренне сказала Диана. В облике Эни что-то неуловимо поменялось. Ее взгляд был совсем не таким, как раньше, а в голосе появились новые интонации. – Мне нравится, – повторила она слова сестры.

Эни закрыла глаза, продолжая улыбаться и сжимать руку Дианы. Та сидела рядом и слушала ее глубокое дыхание, понимая, что Эни снова погружается в сон.

Диана смотрела на ее умиротворенное лицо и думала о том, что сестра повзрослела. Жаль, что ей пришлось совершить столько ошибок и едва не расстаться с жизнью, чтобы набраться мудрости. Но Диана была уверена, что теперь с Эни все будет хорошо.

Глава 17

Золото и железо

– Госпожа?

Несколько пар глаз неотрывно следили за Дианой. Все хотели скорее узнать, что же ей рассказала Эни. Однако Диана не успела и рта открыть – ее отвлек шум с первого этажа. Она облокотилась о перила и увидела внизу несколько фигур в плащах.

– Талия! – воскликнула Диана, когда мачеха скинула капюшон и потребовала у слуги вина и еды.

Диана, едва не расталкивая стражу руками, бросилась вниз по лестнице. За ней тут же побежали все остальные. Только Агрипп и Фестус не присоединились, а вернулись в покои к Эни в сопровождении двух стражников.

– Талия, где ты была?

– Что с моей дочерью? – вместо ответа спросила Талия, скидывая плащ на пол.

– Эни пришла в себя, мы поговорили, но сейчас она снова спит. Где ты была?

Талия жестом позвала следовать за ней. Они вошли в небольшую комнату без окон, и Диана догадалась, что этот разговор не должны слышать посторонние. Талия впустила Кая, Алиса, Октавия и Теокла, а потом заперла дверь и устало опустилась на лавку у стены.

– Вчера я не доехала до Аврелия, – заговорила Талия, неотрывно глядя на Диану. – По дороге мы заметили Патриция на лошади и последовали за ним в город.

Диана слушала и чувствовала, как волосы на голове встают дыбом от страха. Казалось, невидимая черная туча сгустилась над Талией и всеми, кто был в комнате.

– Вы схватили Патриция? – Диана переводила взгляд с Талии на такого же мрачного Алиса и Октавия. – Умоляю, скажи, что Патриций вернулся домой! Талия!

– Тише, Диана, – зло оскалилась мачеха. – Патриций вернулся туда, откуда родом. В бездну Плутона.

– Нет, – прошептала Диана, осев на лавку напротив Талии. – Скажи, что ты не убила его! Талия!

– Мы схватили его и пытали полночи. Он во всем сознался. Подонок.

– В чем он сознался?! Что его брат Демедий был любовником Эни? Талия, Патриций просто мальчишка. И он ничего не сделал!

– Он покрывал свою семейку!

– Талия, послушай меня! – Диана рассказала ей о поездке к Аврелию и сделке, которую они заключили, а еще пересказала то, что узнала от Эни. – Талия, ты совершила большую ошибку!

– А что мне оставалось делать! – воскликнула Талия, в отчаянии хватаясь за голову.

Рассказ Дианы ее поразил.

– Нельзя было похищать Патриция! И тем более убивать!

– Нас никто не видел, – нервно облизнула губы Талия. – Мы обставили все так, будто это был Маркус Цезарий.

– Кто поверит в этот бред? Маркус Цезарий трясется от страха на своей вилле, а Линею уже доложили, что видели тебя в городе с Патрицием! – Диана смотрела на Талию и ужасалась ее поступку. А еще тому, что она сама не столько горевала о смерти Патриция, сколько боялась последствий, которые обрушатся на них теперь. – После отъезда старшего Цезария Аврелии контролируют все сделки в порту и имеют кучу шпионов. Они могли бы выяснить, кто предатель на нашей вилле, но теперь об этом можно забыть. А если Линей узнает, что Патриций пал от твоей руки…

– Я умою их кровью за то, что они сделали с Эни! Демедий и Селеста умрут еще более мучительно, чем Патриций.

– Талия, ты обезумела? – Диана вскочила на ноги, не в силах больше сдерживать свой гнев. – У нас мало людей! Магистрат вернется из Неаполя только завтра, отец в Риме. Уже день! Если до вечера Патриций не вернется домой, Аврелии придут к нам на порог!

– Пусть попробуют! – гордо сказала Талия, собрав остатки самообладания. – Они не посмеют открыто напасть на виллу главного строителя акведуков.

– Ты почти в открытую убила его сына! А когда обнародуют то, что сделал его второй сын, Линею нечего будет терять. Он знает, что мы сейчас уязвимы.

– Я согласен с госпожой Дианой, – не удержался Кай. – Аврелии могут подослать пиратов, а сами сбежать из Мизен.

– Так не должно было быть, – закусила губу Диана, лихорадочно думая, что делать.

– Хватит трястись, словно мыши! – Талия встала с лавки и подошла к начальнику стражи. – Алис, отправь своих людей и приведи к нам городскую стражу. И пошли кого-нибудь в Неаполь со срочным донесением магистрату. Усиль охрану виллы, запри ворота. Нам нужно продержаться день до возвращения магистрата.

– А что потом?

Диана была в шаге от истерики. Ее горло сжимала ледяная рука страха, мешая дышать. Талия погубит их всех!

– Аврелиям предъявят обвинения и схватят. Магистрат поддержит нас, Тиберий и Цезарий получат письма. Они в Риме и могут заручиться поддержкой сената и императора. Старший Цезарий лично удавит Аврелиев, когда узнает о пиратах.

– Старший Цезарий брал плату за посредничество в сделках! Думаешь, он поспешит нам на помощь?

– Диана, замолчи! Прекрати паниковать, – потребовала Талия, опасно сверкнув глазами. – Это все со слов Линея. Нет у него такой власти, о какой он поет. Он не посмеет подослать к нам убийц. А завтра магистрат уже будет здесь. И ты забыла, что Цезарий – наш друг?