К.Ф. О'Берон – Истории приграничья (страница 47)

В комнате повисла напряжённая тишина. Им-Трайнис с недоумением глядел на друга, Ронэ-Паул сидел, опустив глаза, командир хмурился, поглаживая рукоять кинжала.

— Чудно́е дело, — заговорил Нак-Эндарс наконец. — Порой такое случается — когда кочевники быстро отступают и не могут увезти раненых и больных с собой. Нынче же в их власти было забрать всех до единого почти без риска. Так зачем…

Его речь прервало донёсшееся издалека пение.

Высокий женский голос тянул странную заунывную мелодию, похожую то ли на погребальный плач, то ли на завывание ветра в зимнем лесу. Оцепенев от неожиданности, рыцари вслушивались в тоскливый напев, звучавший так, будто его источник находился одновременно вдалеке и рядом.

— Проклятущее чародейство! — вскакивая, воскликнул Ронэ-Паул. — Словно в каждом углу демон сидит! Мерзкий вой слыхать со всех сторон разом!

— Ильэлл! — откликнулся Им-Трайнис. — Так не мне одному сие чудится?

Ук-Мак молча покачал головой.

— Странно, — с обычной невозмутимостью молвил Эгер-Огг, — голос слыхать хорошо, а слов не разобрать. Не так ли, господин Нак-Эндарс?

Командир сидел в напряжённой позе, чуть склонив голову набок. Казалось, он прислушивается к пению. Но как выяснилось, уловил бывалый воин другое.

— Во дворе бой! — Нак-Эндарс резко поднялся и устремился к двери. — За мной!

Его слова точно рассеяли наваждение. Остальные рыцари с удивлением разобрали за тягучим повторяющимся мотивом отголоски звона клинков и обрывки воплей.

Внутри ограды действительно шла сеча. В полумраке, озарённом мельтешащим светом нескольких факелов, метались тёмные фигуры и лязгало оружие. Высыпавшие из башни рыцари на пять ударов сердца замерли, не понимая, что происходит. Они видели кочевников и эмайнских ратников, и все дрались со всеми. Под ноги Ук-Маку повалились двое мужчин, сцепившихся в яростной попытке убить друг друга. И оба носили доспехи пограничников.

— Во имя Ильэлла, что происходит?! — воскликнул Бел.

Нагнувшись, он рывком растащил дерущихся в стороны. Один из ратников глянул безумными глазами и охрипшим голосом принялся повторять:

— Демоны… демоны…

Другой, издавая дикое горловое ворчание, полоснул Им-Трайниса кинжалом. Лезвие со скрежетом скользнуло по чешуйчатой броне, а в следующий миг Дерел выбил оружие из руки атаковавшего.

— А ну, прекратить! — гаркнул солдату командир Радовника. — Иначе…

Озвучить угрозу помешало появление кочевника. Вырвавшись откуда-то из гущи свалки, он кинулся к группке рыцарей, воздев над головой топорик. Ронэ-Паул скользнул ему навстречу и мастерским выпадом вонзил меч в живот. Чуть провернув клинок, высвободил и начал поднимать для добивающего удара. Кочевник, вместо того, чтобы упасть или застыть от полученного тяжёлого ранения, живо подскочил ещё на шаг и стремительно опустил топор на незащищённую голову рыцаря. Узкое, чуть изогнутое лезвие, точно клюв хищной птицы, легко пробило кожу и кость и застряло в черепе. Часто дёргая руками и ногами, рыцарь повалился наземь.

Кочевника потянуло вслед за падающим телом. Почти в то же мгновение Нак-Эндарс отрубил руку, сжимавшую топорище, а меч Дерела прошил воина насквозь, войдя под левой ключицей. Нападавший качнулся, после подался вперёд, насаживаясь на клинок. Когда в его окровавленное тело упёрлось стальное перекрестие меча, кочевник согнулся и, вытянув шею, впился зубами в руку Ук-Мака, не успевшего надеть перчатки. Дерел шумно выдохнул от боли и принялся колотить врага левым кулаком в висок. После третьего удара, послышался глухой хруст, но кочевник продолжал стискивать зубы, по которым текла кровь вперемежку с тягучей мутной слюной.

Отшвырнув ратников, Бел кинулся к другу. Ухватив кочевника за сальные волосы, перерезал ему горло кинжалом. Увидев, что и это не помогло, продолжил пилить шею, покуда не отделил голову от туловища. Лишь после этого тусклые глаза чужака закатились, и Ук-Мак сумел высвободить руку. Морщась, он упёрся ногой в труп и потянул меч.

На него сбоку бросился один из пограничников — тот самый, что пытался зарезать Им-Трайниса. Его перехватил Нак-Эндарс. Меч командира неярко блеснул отражённым светом факела — и голова ратника покатилась по земле.

— Клянусь Ильэллом, они — мертвецы, — глухо проговорил Нак-Эндарс.

Точно подтверждая его слова, с земли неторопливо поднялся Саймон Ронэ-Паул. Подёрнутые поволокой глаза рыцаря не моргали, в черепе всё ещё торчал топор, из-за чего голова убитого клонилась к плечу.

От неожиданности Им-Трайнис пнул Ронэ-Паула ногой, отчего тот кубарем покатился по земле. Топор вылетел из раны, кровь окрасила бледное лицо тёмным. Мёртвый рыцарь вновь встал, выхватил кинжал и опять устремился к бывшим товарищам.

Ук-Мак шагнул вперёд. Правая подошва жёстко ударила утоптанный грунт, корпус повернулся скручиваясь. Удерживаемый двумя руками меч смазанной линией распорол воздух и наискось срезал голову Ронэ-Паула. Тело рухнуло и более не шевелилось.

— Колдовство, — прокомментировал командир форта, — но с ним можно совладать.

Он повысил голос:

— Собирайте людей! Зажгите больше факелов! Что на стенах?..

Под энергичным руководством Нак-Эндарса, сбитые с толку пограничники воспрянули духом и сумели потеснить нежить. Несколько человек удерживали подходы к лестницам, ведущим на стены, где другие ратники отражали нападение кочевников, штурмовавших форт снаружи.

Когда почти все мёртвые воины были обезглавлены, колдовское пение стихло. Вытирая пот, перемешавшийся с чужой кровью, командир Радовника расхаживал по двору, осматривая поле боя, подсчитывая потери и раздавая указания.

Ук-Мак с Им-Трайнисом плечом к плечу сидели на земле у стены казармы.

— Как полагаешь, закончилось? — пробасил Бел.

Дерел устало приподнял плечи.

— Не ведаю того, — его настороженный взгляд шарил по сторонам, задерживаясь на распластанных повсюду окровавленных телах. — Мыслю, нужно быть готовым ко всему.

Подумав, гигант кивнул:

— И то верно.

Опираясь на меч, поднялся.

— Пойду, водички попью. И осмотрюсь.

Глубоко втянув ноздрями пахнущий смертью воздух и медленно выпустив через рот, Ук-Мак прикрыл глаза:

— Побуду здесь пока. Дух переведу.

Им-Трайнис сверху вниз поглядел на друга, снявшего этой ночью самое большое количество голов. Значительная их часть принадлежала эмайнцам — пускай и мёртвым.

— Я и тебе попить принесу, — сказал он.

Губы Дерела растянулись в слабой улыбке:

— Спасибо.

В оставшуюся часть ночи кочевники ещё дважды пытались взять стены Радовника. Оба раза атаки сопровождались пением, поднимавшим мертвецов. Но нежить теперь лезла только снаружи, вдобавок, ратники узнали, как совладать с такими врагами. Форт удалось отстоять.

Предрассветные часы убаюкивали уставших воинов обманчивым покоем. Пограничники во главе с Эгер-Оггом сидели на стенах, гадая, нападут ли кочевники вновь. Остальных рыцарей командир Радовника вновь собрал в башне.

Кроме самого Нак-Эндарса, за столом сидели Бел с Дерелом да Элнир Анс-Мор. Ещё один рыцарь — Крегг Марн-Авилли, — тяжело раненый во время последнего приступа, лежал в своей комнате. Лион Ван-Ваэн, Саймон Ронэ-Паул и Ваурс Дренс-Калнир пали от рук нежити.

— Ночь ещё не закончилась, а мы лишились четверых рыцарей и более двух десятков простых ратников. Не все из них убиты. Но по словам лекаря, из покалеченных не каждый доживёт до завтрашнего полудня. Те же, кого не возьмут боги, сейчас не бойцы. — Неяркий свет свечи подчёркивал заострившиеся черты лица Нак-Эндарса и тёмные пятна у глаз. Из-за этого командир форта выглядел ещё старше. — Коли и дальше так пойдёт…

— Грязным дикарям, не знающим чести, посчастливилось застать нас врасплох! Ведали бы мы, что угроза исходит от оставшихся после боя покойников! Никто не ждал нападения изнутри, да к тому же от своих! Кабы ни это колдовство!— Анс-Мор ударил кулаком по столу. — Нужно было убить проклятую ведьму, когда она стояла у ворот!

Ук-Мак подумал, что, быть может, стоило отдать кочевникам палку, пусть это бы и нанесло урон гордости эмайнцев.

— Что сделано, то сделано, — слова Нак-Эндарса стали ответом и Элниру, и мыслям Дерела. — Теперь нужно решить, как нам выстоять.

— Их сила — в числе, — сказал Им-Трайнис. — Мы убиваем живых и сбрасываем со стен мёртвых, а они вновь поднимаются. Головы рубить не всегда сподручно, особливо, когда и тут и там супротивник… Нам бы сравняться с ними. А лучше — разорить лагерь и убить эту… босоркану. Если бы другой отряд ударил со стороны…

— Кстати была бы подмога, — согласно кивнул Улге Нак-Эндарс. — Но не приходится на это надеяться.

— Нужно отправить гонцов, — вскинулся Анс-Мор. — Смельчаков, что лисами проскользнут в темноте и доберутся до заставы или Фумина.

— Как они выйдут?

— Спустятся по верёвке со стены.

— Я готов, — поднял голову Дерел. — Я умею двигаться незаметно.

— Простите, любезный Ук-Мак, — запальчиво возразил Анс-Мор, — но первенство в замысле моё. И честь сего свершения должна принадлежать мне!

— Вы непревзойдённый мечник, господин Ук-Мак, — поддержал Элнира командир. — Нынче вы нужнее здесь.

Помешкав, Дерел с едва различимым вздохом склонил голову.

— Я могу пойти с господином Анс-Мором, — вызвался Им-Трайнис.