JK Svetlaya – Истинная кровь (страница 22)
- Ничего я не каменный, - выдохнул он ей в самое ухо горячим шепотом. От этого шепота Мари вздрогнула и повернула к нему лицо.
- Тогда неужели ты не видишь, - не менее горячо зашептала она, - что я разве что кошкой не кричу?
- Не всегда следует доверять собственным глазам.
- Знаешь что! Это не я тебе изменяла! Иначе моя проблема давно была бы решена!
- Я тебе не изменял, - устало в тысячный раз проговорил Мишель.
- Возможно. Но ты ее хотел!
- Нет! – взревел он. – Как мне тебе доказать?
- Не смей на меня кричать! – взвизгнула Мари. – И возвращайся на свой диван! Утром поговорим, когда успокоишься!
- Нет, я буду спать здесь!
- Тогда уйду я!
Она резво, насколько позволяло ее положение, вскочила с постели и направилась к выходу из комнаты.
- И ты никуда не пойдешь! – распорядился Мишель. Он вскочил следом за ней, подхватил на руки и вернул обратно в кровать. – Будем спать вместе.
Она забарахталась, вырываясь, и возмущенно воскликнула:
- Ты не имеешь права!
- Еще как имею!
- Я с тобой разведусь! – выкрикнула Мари и ударила кулачками по его плечам. – И уеду в Южную Америку!
- Такого королевства не существует, - возразил Мишель, терпеливо снося ее побои.
- Вот и прекрасно! Значит, там ты меня не найдешь!
- Найду. Я найду тебя где угодно.
- Ненавижу тебя!
- А я тебя люблю.
- Ну и пожалуйста, - выдохнула она отчаянно. – Пожалуйста, оставайся. С тобой спать – все равно что одной!
- Ах так! – возмутился Мишель и впился в ее губы горячим, страстным поцелуем.
Мари застыла от неожиданности, позволяя ему прикасаться к себе, но это длилось лишь мгновение. Она вновь забарахталась, пытаясь выбраться из кокона его рук и рассерженно замычала. Но он лишь крепче прижимал ее к себе, не отпуская ни ее губы, ни тело. Она заколотила ладонями по его спине и попробовала увернуться, чувствуя, как кровь прихлынула к вискам и разозлившись от этого еще больше. А потом сделала то, чего от самой себя не ожидала. Она втянула носом воздух и тут же решительно выдохнула его ему в рот, понимая, что начинает смеяться.
Мишель в ответ тоже весело фыркнул и вернулся к прерванному поцелую.
- Ты невозможный… - успела возмутиться она.
Он лишь кивнул. А после, когда они засыпали, он зарылся носом ей в волосы и шепнул:
- Я невозможный...
Только у двери комнаты Сержа, которую разделила с ним в прошедшую ночь, маркиза очнулась. Резко развернулась и пошла в другую часть коридора, где было ее новое пристанище. Если бы не метель…
Катрин замерла на миг и толкнула дверь. Нерешительно осмотревшись, облегченно вздохнула. Комната была пуста. Она опустилась на топчан и, откинувшись на стену, прикрыла глаза.
Разбудил ее лишь несколько часов спустя грубый голос у самого лица.
- А ну кыш с топчана, fellator! – пробасил голос, и чужое дыхание обдало ее винными парами.
Маркиза вздрогнула. Прямо перед собой она увидела блестящие белки чужих глаз и свечу, которой возмущающийся рыцарь светил ей прямо в лицо. Маркиза попыталась отшатнуться. Но она и без того опиралась на стену.
- За этот топчан мной уплачено хозяину, - проговорила Катрин, вцепившись до боли руками в необструганные доски.
- А я говорю кыш! – рявкнул не слишком трезвый рыцарь, схватив ее за капюшон и стаскивая с топчана.
Поморщившись от заноз, которые оказались в ладонях, Катрин воскликнула:
- Чем вас кровать не устраивает? Зачем вам топчан?
- Затем, что ты, citocacius, места своего не знаешь. А всяк должен знать свое место! – пьяным голосом объявил рыцарь и, наконец, сдернул Катрин на пол.
Спорить было бессмысленно.
- Да, мессир, - пробормотала она и отошла подальше от буйного постояльца.
Рыцарь, видимо, не особо удовлетворился ее послушанием и, усевшись на топчан, выставил вперед ногу.
- А теперь помоги мне разуться!
- Сами разувайтесь, - пробормотала маркиза, перемещаясь от нетрезвого соседа поближе к двери.
Рыцарь изумленно окинул ее взглядом, будто заинтересовался забавным насекомым, и, улыбнувшись уморительно снисходительной улыбкой, сказал:
- Ааааа… Да ты, поди, попросту не знаешь, кто я!
- Не знаю, мессир.
Рыцарь поднялся с топчана и попытался принять величественную позу.
- И чего ждать от этого Трезмона, когда здесь эдак встречают фрейхерра Кайзерлинга, наивернейшего из подданных Фридриха Гогенштауфена из Вестфалии! – объявил он и рухнул назад, доски под ним скрипнули, а из груди его вырвался протяжный звук отрыжки.
Катрин поморщилась и попыталась вжаться в стену. Теперь она уж не знала, что хуже, быть в одной комнате с Сержем или с этим... фрейхерром.
- Ваша слава раскинулась широко за пределы Вестфалии, мессир, - набравшись смелости, произнесла растерянная маркиза.
- А если так, то разувай меня! – удовлетворившись, потребовал Кайзерлинг.
- Это слишком большая честь для меня, мессир. Я не достоин ее, - Катрин сделала еще один шаг к двери.
В одно мгновение пьяный до невменяемого состояния рыцарь оказался возле нее и рявкнул прямо в лицо, снова обдав винными парами:
- Я сказал, разувай! А после принесешь мне еще вина да бабенку приведешь. Только смотри, я на кости не бросаюсь. Мне поздоровее!
Катрин становилось не по себе. Но чертова дверь, которая была для нее единственным спасением, словно исчезла среди камней комнатных стен.
- Может, я сначала вам вина принесу, рыцарь Кайзерлинг? – спросила она, посылая небу одновременно молитвы и проклятия.
Рыцарь замер, внимательно вглядываясь сквозь сумрак комнаты в лицо соседа. Мутный его взгляд стал каким-то масляным, почти нежным, как топленое молоко. Он протянул руку и коснулся ее шеи грубой лапищей с обломанными ногтями. Мизинца на руке не наблюдалось.
- А ты, не иначе, от родителей удрал да в Святую землю собрался?
Маркиза отшатнулась.
- Нет, - отчаянно стараясь не расплакаться, сказала она, - я здесь… с родственником.
- Так я тебе и поверил, - загоготал фрейхерр Кайзерлинг, - спишь-то ты здесь, а не с родственником. Пожалуй, обойдемся мы и без бабенки пока. Что может быть лучше доброй мужской компании, верно, юнец? Без мужской компании совсем бы я пропал в походе против Ломбардской лиги! С тех пор, так сказать, имею слабость.
- Так свободных мест не было. Метель, мессир. А родственник мой в соседней комнате живет.
- Ну и славно. Не станем мы мешать родственнику! – радостно заверил Кайзерлинг, стаскивая с Катрин плащ.
И тут совершенно растерянная маркиза нащупала, наконец, дверь. Она толкнула ее, та, к счастью, оказалась не запертой, и Катрин выскользнула в коридор. Не раздумывая, она помчалась в единственное место, где могла чувствовать себя в безопасности – к Сержу.